SIARHEI PYZH – Ностальгия по ночным кошмарам (страница 9)
Суд приговорил “Мамлюка” и “Гендоса” к “вышке” (но расстрелять не успели, ввели мораторий на смертную казнь), остальных фигурантов к разным срокам тюремного заключения.
С меня, действительно сняли ранее наложенное взыскание, строгий выговор. Только представление на присвоение очередного специального звания капитан милиции отправить не успели, а может просто подзадержали – опять “влетел…” Так, что “старлей” я, видимо, все-таки вечный… – Честь имею…
* * * * *
Почему я не успел получить капитана в этот раз?.. – причин целых две. Первая – удивительно идиотская история…
Месяца два назад я, по просьбе деда Бобышкина, оказывал помощь участковому. Нужно было прижучить известную в городе торговку самогоном и скупщицу краденного “маму Тому”, Тертычную Тамару Петровну, 57-лет, не судимую, неоднократно, привлекавшуюся к административной ответственности за самогоноварение… Еще до рассвета тихонько проникнув во двор частного дома, и с полчаса просидев под дверями, пока хозяйка не выглянет на улицу, мы попали внутрь (это называется “войти с плеч”). Наш ранний подъем и предрассветное бдение на легком морозце окупились сполна: брага созрела, аппарат уже пыхтит и полным ходом выдает продукцию… В общем: «кто рано встает – тому бог дает…»
Пока околоточный оформлял, полагающиеся по такому случаю бумаги, я, от скуки осматривал притон. Обычный частный мещанский дом. Кстати аккуратно прибранный и досмотренный. Надо сказать, мамаша – ворона стрелянная, краденного у себя не держит, тут же избавляется, перепродает по сходным ценам. Идиллию прервал замысловатый, видимо условный, стук в дверь. Я открыл сам. На пороге стоял, уже мой клиент, Ванька “Шмыга”, Шмыгарев Иван Васильевич, 47 лет, судим раз пять или шесть, за кражи, причем ни разу ничего путного не украл, потому и сроки, по-моему, ни разу больше трехи не получал. Житель Горска, не женат. В руках он держал довольно объемный сверток. За грудки затащив его внутрь, я первым делом ознакомился с содержимым его ноши. Там оказалось, видавшее виды, но еще довольно бодрое, льняное постельное белье, несколько наволочек, пара пододеяльников, три простыни, все еще влажное, откуда-то с сушки стащил. Иван “понтоваться” не стал…
– “Непруха”, начальник… Вчерась “паточной” обожрались, сегодня с устатку, мочи терпеть нет, башка лопается. Вот тряпье и сдернул по нужде крайней. Налей стакан, опохмелиться, да оформляй “мою душу к хозяину”. – И без его комментариев, было видно, как бедолагу “ломает и плющит…”
«Паточная,» она же «свекловка,» она же «бурячная,» она же «борщевка,» она же (на Украине) «бурякивка» – самогон, изготавливаемый из сахарной свеклы… Чтобы понять, что это за термоядерный химикат, нужно попробовать и дожить до утра… Уникальнейшую головную боль и премерзотнейшие ощущения во рту и во внутренностях, как говорится «ни в сказке сказать, ни пером описать…»
– Хрен вот тебе, сначала все бумаги, а уж потом стакан…
– Ладно, ты только давай “кропай” побыстрей, бо так и “ласты склеить” недолго…
Я оформил изъятие, допросил его сразу на три протокола: как свидетеля, как подозреваемого и как обвиняемого. После того как все было подписано, налил ему полный стакан только что изъятого, “неразбадяженного” благородного первача. Чтобы не расплескать, “Шмыге” пришлось брать стакан двумя руками… Что удивительно, такой поворот событий его вполне устроил…
Задержанный и изъятое были доставлены в отдел. Туда же спустя часа два пришла убитая горем старушка, с заявлением о пропаже белья. В общем получилось, что кражу раскрыли раньше, чем потерпевшая сама ее обнаружила. Престарелая матрона прониклась таким восхищением, уважением и любовью к правоохранительным органам (почему-то именно в моем лице), что решительно омрачила пару месяцев жизни. Открытка на день святого Валентина, большой букет гвоздик, на годовщину вывода войск из Афганистана, коробка конфет на 23 февраля… и прочие, мягко говоря, не очень уместные знаки внимания и почитания… А тут еще и ее дед чудить начал. Ей 68, ему 74, вместе прожили, без малого, полвека. И вдруг в старичке проснулся «Отелло, хер Венецианский», мать его в нюх… Стал он свою бабульку дико ревновать, а для большей убедительности прикладывать свои старческие кулачонки к различным частям тела благоверной. Та, конечно же ко мне, ябедничать. И вот как то, будучи в запарке, я ей «выдал»:
– Мать, не дури ты мне голову. Наверни ты своего ревнивца чем-нето по башке, при следующем скандале, чтоб мозги на место встали, и все будет ровно…
– А чем?.. – Уточнила она… И вот тут я совершил трагический промах, не оценив всей серьезности вопроса…
– А что под рукой окажется… – Был мой роковой ответ…
Следующий скандал на почве ревности вспыхнул на кухне, когда бабулька готовила обед… И под рукой оказалась сковородка со шкварчащими на ней котлетами… Дед войну прошел артиллеристом, и немцев, и японцев громил. Все без единой царапины. А тут на старости лет был контужен, ранен и обожжен у себя дома, собственной старухой. А когда боевитую бабульку «взяли за задницу», она с ясными глазами заявила: “Так мне ваш старший лейтенант Крюк разрешил…”
И вот сейчас, утро, я сижу в кабинете “Людментия Палыча”, в качестве подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного статьей 108-й, частью первой, через статью 17-ю. Простым языком: подстрекательство к нанесению тяжких телесных повреждений. Помощник прокурора изо всех сил пытается казаться грозной, но, с трудом сдерживаемый смех, то и дело прорывается наружу.
– Мать твою растак, Крюк, кобелюка, ты гребанный-смешной… Девок и баб тебе в Горске мало? На старух переключился, в дых тебя и твою родню… Мозги бабке запудрил, некрофил хренов…Ты хоть понимаешь, что тебе от трех до восьми светит?
– Понимаю…
– Не звезди!.. Ты понимаешь, только когда вынимаешь, жеребец неспутанный… Что вот мне с тобой теперь делать?
– Понять и простить…
– Бог простит. Слушай, Серега, для тебя единственный шанс выкрутится, это деда с бабкой замирить…
– Уже замирил. Вчера вечером к нему в больницу ходил. Часа два калякали, по сотке приняли… Потом бабулька присунулась. В общем у них теперь лямур, тужур и жабьи лапки. Дед очень просил Вас прийти. Он показания поменять хочет…
– Ладно. Но учти, если впорожняк прошвырнусь – обижайся на себя. Уйди с глаз моих, чудак на букву “М”…
Но это была только первая часть. Сегодняшний день, воистину, чернее квадрата Малевича… Вторая его половина… Общеотделовское собрание… Подведение итогов за первый квартал года. Такие мероприятия проходят всегда по одному и тому же сценарию, и представляют смесь концерта по заявкам с утром стрелецкой казни. Чтобы не чихвостить весь отдел, выбирают кого-то одного, как правило опера или старшего участкового, изредка, в особых случаях, целую службу (это когда нужно снять начальника оной), и всем миром клеймят его со всей яростью благородной. Я давно ожидал, что настанет и мой черед «сквозь строй проходить». Но самые ожидаемые события всегда приходят внезапно…
То, что объектом “групповухи” сегодня буду именно я, стало ясно, когда “Фокс” в приказном порядке усадил меня рядом с собой на первом ряду. А поскольку данное мероприятие почтил своим присутствием сам начальник УВД области, «избиение младенца» проходило с особым рвением и задором…
Каждый выступавший, как правило начальник службы, сначала докладывал скромные, малоутешительные итоги работы за отчетный период, потом делился мутными планами на будущее, а затем следовала сакраментальная тирада: “Но есть у нас и недостатки в работе, особенно по линии преступлений, связанных с автотранспортом, которую в ОУР ведет старший лейтенант Крюк…” И дальше меня обвиняли во всем на свете, от международного терроризма и природных катаклизмов, до затяжки на чулках секретарши начальника ГОВД. (Это сегодня у меня юмор такой…) Свои неудачи умудрились свалить в мою строну, даже, безнадежно далекие от автотранспорта, паспортно-визовая служба и отделение статистики…
Я сидел в первом ряду и чувствовал, как у меня закипает и мозг в голове, и дерьмо в заднице… “Фокс” склонился ко мне, сдавил своей рукой мое запястье и шепотом попросил не рыпаться. Сидевший в президиуме папа Коля, взглядом приказал то же самое…
Сначала я был всерьез настроен рассказать все, что думаю по поводу происходящего, а затем послать всех присутствующих, прямо из этого зала на то место, откуда их папа в свое время сбрызнул. Однако под монотонный бубнеж докладчиков понемногу успокоился. Плетью обуха все равно не перешибешь… И когда меня вызвали на трибуну отчитаться, как докатился до такой жизни, я был уже белым и пушистым… Признал свои грехи и недостатки, указал, что постоянно участвую в раскрытии особо тяжких и резонансных дел, и несмотря на отсутствие времени некоторые результаты все-таки имеются. В конце попросил у руководства трое суток, чтобы разработать и представить план мероприятий, направленных на улучшение ситуации с автотранспортом… Последнее произвело особенное впечатление на генерала. Однако не наказать было нельзя. Конечно же нашлись “сявки”, которые, учитывая, что я уже неоднократно подвергался дисциплинарным взысканиям, предложили сразу предупредить о неполном служебном соответствии. Тут даже начальник УВД возмутился, мол, зачем перегибать палку. Короче, результат – выговор, приказом начальника УВД области…И четвертая звездочка помахала мне одним из лучиков, сказав, что заглянет где-то через полгода, чисто проверить – за что я получил следующее взыскание…