SIARHEI PYZH – Ностальгия по ночным кошмарам (страница 10)
День, действительно, выдался наичернейший. Выйдя из зала совещаний, мы только приступили к обсуждению очень важного вопроса – куда пойти «водченки попьянствовать», как дежурный похерил все наши надежды и чаяния. Еще около 13.00, на стоянку возле здания управления комбината, подошел неизвестный в форме капитана милиции, в наглую влез на сидение рядом с водителем новенького УАЗика начальника карьера, сунул водителю под ребра ствол пистолета и приказал ехать. Заехали в какую-то глухомань, по проселочным дорогам. Там он высадил водителя, сам сел за руль и был таков… Водила часа два пешком шел к ближайшей деревне, откуда позвонил в милицию и сообщил о разбойном нападении.
Ввели план “перехват”, (за чем, не понятно, я лично не припоминаю, чтобы он хоть раз дал какой-либо результат), но пыль поднять было просто необходимо, тем более, что генерал все еще здесь… Я на правах ответственного за преступления в отношении автотранспорта, “отмазался” от участия во всеобщей суматохе и ликовании. Гораздо полезней было побеседовать с потерпевшим. Старый, опытный, всяко повидавший водитель, сообщил, что преступник, скорее всего настоящий мент. Это чувствовалось по тому, как на нем сидела форма (человек был в своей шкуре), по манере поведения, плюс пистолет Макарова с не запиленным номером. Чуть выше среднего роста, крепкого телосложения, на вид лет 35-40, волосы светло русые, брови такие же, лицо овальное, складки по бокам рта, глаза серые, прищуренные, на подбородке ямочка, на левой щеке шрам около 4-х сантиметров, от виска к подбородку, на нижней губе справа, еще один, вниз около сантиметра. Был в «дупеляку» пьян. А если так, то ему надо было где-то надраться, или, хотя бы “затариться…”
Выяснилось, что между 10 и 12 часами дня этого капитана видели в центре в районе Универмага. Там имеется пара кафетериев, со спиртным, пивная, и кафе “Дружба”. Оказалось, что наш злодей побывал везде. Заходил, выпивал сотку-другую, расплачивался и молча уходил. Только в кафе, будучи уже изрядно “под шафе”, и, видимо, желая произвести на молоденькую официантку нужное впечатление, обмолвился о своих Бузовских корнях.
Час от часу не легче… Деревня Бузовка Горского района, населенный пункт в своем роде уникальный. С незапамятных времен это были выселки, где оседали каторжники, отбывшие свое наказание. Так, что проживают в ней «сидельцы» уже в 5-м, а то и в 7-м колене. Местное население не мало гордится тем, что во время войны, немцы старались близко к Бузовке не подходить, а колхоз в ней был организован только после победы… Какую-либо информацию там можно получить, только при наличии рядом кого-то из местных, причем, уважаемого и авторитетного… Из таковых под рукой оказался помощник дежурного сержант Сашка Сосюк, в народе больше известный как “Соса-Кола”. Который как раз сегодня дежурит по отделу. Я призвал на помощь начальника розыска, и мы вдвоем уговорили Саню, завтра пораньше сдать дежурство и посетить свою малую Родину…
Утром следующего дня Семенович выдал нам из НЗ пять бутылок изъятой, Дубовской водки, машину с водителем, забрал табельное оружие, удостоверения и отправил в Бузовку… Вот уж никогда не подумал бы, что смогу за пол дня выпить столько… А ведь больше 50-100 грамм с одним челом не принимал… Просто у Сосюка оказалось столько родственников и друзей… Но, зато удалось выяснить, что несколько дней назад к жителям Бузовки Шарошниковым, приезжал родственник, капитан милиции, работающий участковым в одном из дальних районов, соседней области. По описанию точно походит на нашего разбойника…Вчера утренним, рейсовым автобусом уехал в Горск и больше не появлялся. Вернувшись в отдел, я сел на телефон, после почти получаса междугородних звонков, наконец связался с начальником уголовного розыска нужного нам РОВД. Оказалось, что у них, действительно имеется головная боль, под названием участковый инспектор, капитан милиции Шарошников А.Н. Вернее уже бывший. С месяц назад его уволили из органов за беспробудное пьянство и не выход на службу. Вот только до сих пор не могут отловить, чтобы забрать форму и, главное, табельный пистолет…
“Фокс” потащил меня к папе Коле… Я уже решил было, что буду расстрелян на месте, за то, в каком состоянии мне приспичило явиться перед ясны очи… Начальник ОУР спас, своевременно разъяснив, что к чему…
– Сук-кины дети, вы дадите мне до пенсии доработать? Или только до инфаркта?..
– Да не переживай ты так, Николай Иванович… Человечий мотор два штуки выдерживает – только в путь, так что у тебя запас прочности ого-го какой еще…
– Утешил, кардиолог, пальцем деланный…
– Что с этим делом творить будем? Ориентировку давать смысла нет. Они его по своему стволу найти не могут, а на наш разбой и подавно чихать хотели. Надо самим туда ехать.
– Хорошо, Крюк, бери Манжурова, оформляйте командировочные и завтра в путь…
– Николай Иванович, сейчас весна, шоссейных дорог там всего то с десяток километров. На легковушке дальше окраины райцентра не сунешься. УАЗик бы надо.
– 750 верст в один конец на УАЗике?.. Отчаюги…
– А что делать?.. На шоссе трещетки выкрутим и вперед.
– Ладно бери Вадика Липского. Сейчас все оформить, жду бумаги на подпись, и завтра часа в четыре утра в путь. Поедешь один. Там местные помогут, у них тоже интерес к этому мусору имеется…
Выехав в половину четвертого утра, попеременно садясь за руль, мы с Вадиком к 18.00 были на месте. Ощущения, будто бы все тело от затылка до пяток – одна сплошная затекшая жопа…Поймет меня только тот, кому доводилось на УАЗике «на дальняк ходить…» Прибыв в отдел, первое с чем разобрались, это почему они до сих пор не могут отловить своего блудного капитана: на весь район примерно 100 Х 150 километров один полуживой дежурный УАЗик, полудохлый “жигуленок” начальника, да, в бозе почивший “Москвич-412” ДПС ГАИ. И бензина по 10 литров на машину в сутки. Все познается в сравнении. Мы у себя в Горске, благодаря комбинату – просто в шоколаде, да и еще и с миндалем… Начальник РОВД несказанно обрадовался, что мы на своем транспорте, и пообещал выделить столько людей сколько потребуется, плюс любое содействие. Договорившись завтра пораньше выехать в деревню, где обычно обитает Шарошников, мы с Вадимом, оставили свою машину в отделе и отправились отдохнуть в местную гостиницу, вернее ночлежку-клоповник…
Пасмурное весеннее утро. Я, Вадик и местные опер с участковым выехали за 40 километров от райцентра в деревню… Какая разница как она называется, таких по России-Матушке тысячи, если не десятки тысяч… Дорога типичная для сельской глубинки, в это время года, раскисшая, с глубокими, извилистыми колеями, обширными и бездонными лужами. Снег уже сошел, оголив, заросший подлеском, захламленный валежником, сухостоем и буреломом лес, перемежающийся с, уже несколько лет не паханными полями, как ежики, утыканными черным прошлогодним быльем и кустарниками… Наимрачнейшую картину сельского постколхозного апокалипсиса дополняют деревни, через которые приходится проезжать. Проходимые, разве что только для танков, улицы, вросшие в землю, покосившиеся хаты, осыпавшиеся заборы, хоз. постройки, стоящие только потому, что не могут определиться в какую сторону падать. На улицах и во дворах нет никакой деревенской живности, ни коров, ни гусей, ни кур, ни даже собак и котов. Из людей – изредка промелькнет какая-нибудь серая тень… Заросшие, запущенные сады. Забитые сорняками и кустами кладбища на которых нет ни одного, ровно стоящего креста… Фильм-катастрофа – «Безумный макс,» только не в Техасскуой пустыне, а в средней Российской полосе…
Половину пути едем молча, подавленные, окружающим пейзажем.
– Вот так вот и живем… – резюмировал общее настроение Андрюха, участковый. – Погоди, сейчас еще с людьми пообщаешься, вообще охренеешь в корень…
– Да-а, доперестраивались… Мать твою…
Прибыв в нужное селение, мы разделились. Я с участковым пошли делать подворный обход, а Вадик с опером, на машине проехали через деревню, остановились у околицы, на возвышенности, чтобы видеть любого, кто решит направиться в сторону леса, через огороды. Деревня ничем не отличалась от тех, что мы только что проехали. Около стапятидесяти дворов, вдоль единственной разбитой, размытой улицы, идущей параллельно лесной опушке. Половина хат заколочены досками, с пустыми мрачными окнами… Все огороды и сады, на две трети, давно запущенные и заброшенные, упираются в лес… На все село всего один колодец… Андрей, недавно назначенный на этот участок, здесь явно впервые.
Чуть больше часа ушло на то, чтобы обойти селение. Две трети опрошенных никогда не слышали ни о Шарошникове, ни о каком-то капитане, хотя он лет семь был их участковым. Оставшаяся треть видела его в последний раз еще в начале восьмидесятых… При чем все мужики и две трети баб, с которыми пообщались пребывали в степени опьянения от средней, и до полной комы…
– Слыш, Андрюх, а на какие шиши здесь народишко существует?.. Ведь и для самогона надо сырье где-то брать, и жрать ведь что-то надо…
– Все что осталось от колхозов уже растащили и пропили… Теперь круглый год лес рубят и продают «перекупам,» и «деловой,» и просто дрова, за копейки, но с размахом… В сезон еще и грибы, ягоды собирают и опять же сдают… Браконьерничают безбожно… В лесах, ни то, что крупного зверя, зайцев и куропаток практически не осталось… Рыбу почти всю в речушках и озерах «вытралевали» сетями, да электроудочками…