SIARHEI PYZH – Ностальгия по ночным кошмарам (страница 11)

– То есть вернулись в каменный век…

– Практически «Да…»

– Вот только на долго ли хватит?..

– Наверное сам Господь бог не ведает, когда и чем все это закончится… Хотелось бы чего-нибудь по мрачнее, но, пожалуй, уже некуда…

Но, так дело не пойдет. Надо срочно поменять методы работы. Пожалуй, самый надежный в такой ситуации это: “Шерше ля фам…” «Ля фам», которую предстояло «отшершеть», обнаружилась практически сразу. У колодца, молодка, русая коса, в несколько колец уложенная на голове, большие голубые глаза, ямочки на румяных щечках, мелкие, редкие канапушки на курносом носике, округлые, чуть пышноватые формы тела… Сразу в голове возникла ассоциация с первым весенним тюльпаном, одиноко алеющим посреди унылой, безжизненной пустыни… Я попросил напиться воды. Затем, как можно галантней занес ей ведра в хату, где и предложил составить компанию сотрудникам милиции. На что она без вопросов согласилась. Мы отъехали к лесной опушке (время подошло уже ко второму завтраку), за разговором перекусили, распили пару бутылочек водочки. Оксана, так зовут нашу новую знакомую, лихо, одним глотком, опрокидывала свои стопарики. Про нашего клиента, может, что и слышала, но где он, что он, понятия не имеет…

Через полчаса ей понадобилось домой, по хозяйству… Я вышел первый, учтиво открыл ее дверь, подал руку… А, когда глаза наши встретились, молча взглядом спросил, что дальше. Она так же взглядом указала на большой сарай, стоящий у самого леса. И, тем же томным взором провела по опушке маршрут по которому к нему можно незаметно подойти. Я пальцем, как можно незаметней, указал на свои часы. Она быстрыми движениями, трижды сжала кулак и затем растопырила всю пятерню – через 15 минут.

Весь экипаж отправился в соседнюю деревню, за пять километров, попытать счастья в сельсовете, а я выдвинулся по указанному маршруту, к месту встречи. Прождать пришлось больше обещанного. Уже начал подумывать об отходе. Но она все-таки пришла… Это было упоительно… Как в, уже давно позабытой, безоблачной юности… Пыльный запах прошлогоднего сена…Весенний ветерок, напевающий в щелях крыши сарая что-то очень романтическое… Упругое как, слегка приспущенный, резиновый мячик девичье тело, от которого пахнет молодостью, парным молоком и самогоном… Просто голова кругом…

Часа через полтора, ребята заехали за мной, и мы направились в лес. Там на заимке организован общедеревенский мини заводик по производству самогона. Такой имеется практически в каждом селе. Любой житель, у кого подоспела брага, везет ее туда, на не очень общественном транспорте, в спокойной обстановке перегоняет, приводит в порядок аппарат, и возвращается с уже готовым продуктом. Именно там и обосновался наш бывший участковый, приватизировав общественное оборудование, и взимая необоснованно высокую арендную плату, исключительно первачом (приватизация по Чубайсу). Население ропщет, негодует, но предпринимать, что-либо боится – у него пистолет все время при себе…

Если бы не подробнейшее описание маршрута, предоставленное Ксюхой, мы не то, что не нашли бы место, но и сами бы наверняка заблудились. А так по одной из многочисленных лесных дорог уверенно выдвинулись на исходную. Ровно за полкилометра спешились и пошли к цели. По дороге, достали и перезарядили оружие.

– Мужики, эта падла, конечно, нужна живой, но если, что-то пойдет не так, то хрен на него, «валить, и всего делов…»

Тихо ступая, выходим на довольно чистую и светлую поляну, посреди которой, на берегу ручья вкопана добротная и довольно просторная, крытая дерном полуземлянка. ”Хаты свои лучше бы так содержали…” – с горечью подумал я… Знаками приказываю Вадиму и участковому смотреть по сторонам, а опера приглашаю с собой внутрь. А сердце, если б знало, что в заднице есть дырка – выпрыгнуло бы… Подходим к слегка приоткрытой двери и с облегчением, различаем доносящийся из помещения, прерывистый, захлебывающийся храп. Резко врываемся внутрь, направив стволы впереди себя. Шарошников в полной отключке лежит на добротном топчане, сколоченном из толстых досок и застеленном старым, замызганным овечьим тулупом. Рядом на земляном полу валяется, выпавший из какого-то кармана ПМ. На столе у изголовья, трехлитровая банка на четверть заполненная жидкостью, несколько черствых кусков черного хлеба, да пара усохших соленых огурцов. Посреди помещения, внушительный самогонный аппарат на кирпичной плите, даже с сухопарником… Тут все очень серьезно… Даже приличный запас сухих дров у стены… Судя по багрово-синюшной опухшей морде бухал бывший капитан очень основательно… На него надели наручники и выволокли наружу. В одном из магазинов ПМа не хватало пяти патронов, куда-то он их израсходовал…

Как я и обещал Оксане ничего больше не тронули. А участковый клятвенно заверил, что забудет сюда дорогу… (Хотя, будучи не местным, он ее и вряд ли вспомнит…) По следам колес нашли, замаскированный в ельнике УАЗик. Загрузили в него задержанное тело, забрали вторую машину и вернулись обратно в деревню. Уже там в присутствии понятых, Ксюхи и ее подружки, составили все надлежащие документы. После чего, прихватив с собой обеих девчонок, отправились в райцентр… По дороге выяснилось, что обе наши военно-полевые подруги замужем. Их мужья, как и подавляющее большинство мужиков от самогона уже потерялись во времени и пространстве, и пригодны разве, что для тестирования новых рецептов пойла…

Едва начавшего приходить в себя мента-злодея определили в ИВС. Возникла проблема процессуального характера. Пистолет изъятый у него является табельным имуществом РОВД, и должен находиться в оружейной комнате. Но он же – орудие совершения преступления и должен быть доставлен в Горск и приобщен к уголовному делу… Созвонившись с папой Колей, решили ствол оставить на месте, оформив все надлежащие документы и фотографии для уголовного дела. Пришлось нам с Вадиком остаться еще на день…

Чтобы отблагодарить Оксану за оказанную помощь, мы пригласили ее с подружкой в единственный ресторан, носящий имя местной маленькой речушки. Надо отдать должное, спонсором выступил начальник тамошнего РОВД (старый майор был неописуемо счастлив, что все так закончилось. Ему ведь реально светила перспектива не дослужить до пенсии). Получилось, конечно не так идиллично, как хотелось бы… Ресторан по уровню сервиса, кухне и санитарии мало отличался от средней “тошниловки…” Чтобы сгладить негатив, мы “затарились” всем необходимым и выехали на природу…

Прощаясь, уже на околице родной деревни, Ксюха душевно прошептала: ”спасибо,” а затем, что было сил прижалась ко мне и заплакала… Я понятия не имею, что можно сказать в утешение молодой, здоровой, симпатичной и неглупой девчонке, обреченной прозябать в этом, пропахшем гнилью и самогоном болоте…

В тот же вечер местные ребята во главе с начальником РОВД «накрыли для нас поляну». А раненько утром вручили нам вместе с Шарошниковым (у которого в райцентре осталась жена и десятилетняя дочка) готовое уголовное дело по факту хищения последним табельного оружия. На двух УАЗиках мы с Вадиком без приключений, поздно вечером, триумфаторами вернулись в Горск.

Подводя итог проделанной нами работе, папа Коля сказал:

– Чудило, растакое, если бы не давишние залеты, я бы сейчас с удовольствием вручал тебе капитанские погоны… Надо ж уродиться с таким талантом – срать самому себе на голову…

* * * * *

Проснувшись утром, едва открыв глаза я почувствовал, что до зубной боли не хочу идти на службу. Однако в свете последних событий, просто «забить» и не пойти – черевато… Поэтому, быстренько приведя себя в надлежащий вид, попив кофе, я направился в поликлинику. В 8.00 уже сидел в кабинете одной хорошей знакомой, участкового терапевта, и пытался ей «втереть», что-то там про тихонько дремлющие, но тем не менее, вечные чувства… Врачиха мне, конечно же не поверила… Но, все-таки, обозвав кобелем, выписала справку об освобождении от служебных обязанностей, с дежурным диагнозом ОРЗ, чем-то там, жутко осложненное, сроком на три дня… “Фокс”, пожалуй, тоже не принял на веру мой страшный недуг, но спорить с медициной не стал. Что-то посчитав на пальцах до трех, назначил на дежурство в субботу, вместо уезжающего на очередные похороны Игорька Бояринова. Есть такой закон природы: назначить Бояринова дежурить в субботу или воскресенье, значит подписать смертный приговор одному из его многочисленных родственников. Которые мрут как мухи, и всегда накануне Игорешкиного дежурства в выходной…

Оказалось, что моя хандра очень кстати заявилась. Потому как Андреич, большой затейник по части приготовления разного рода крепких напитков, сегодня организовал презентацию своего нового рецепта. Как всегда, пришли его закадычные друзья: Павел Александрович майор в отставке, бывший зам по тех танкового полка, и Андрей Михайлович, тоже отставник, подполковник, артиллерист.

На мангале млеет шашлык, наполняя воздух дурманящим ароматом, который уже поверг в полуобморочное состояние Буяна и поставил на грань полнейшего безумия кота Дымка, болезный, кажется, всем нам штаны на голенях попротирал оказывая знаки внимания. Вокруг скворечника суетится парочка скворцов, обустраивая свое жилище. На ветках, зацветающей вишни воробьи устроили какой-то жуткий гам и возню – у них там, видимо, «разборки» с синицами… Расслабуха полнейшая… Не хочется думать не то, что о работе, а вообще в принципе… Видимо сказывается напряжение последних нескольких недель… И самое лучшее лекарство от перегрузки, это шашлычок под первачок, да преферанс под неторопливую беседу. В общем я «с головой ушел в релакс.»