Шевченко Андрей – Младший брат дракона (страница 10)

– Звучит обнадёживающе, – проворчал Дилль.

– Почему бы и нет? Ведь ты убил одного дракона, можешь убить и другого.

Дилль понял, что не хочет врать этому человеку. Наверное, дело было в амулете, на который неизвестные мастера-маги наложили какое-то странное заклятье. А, может, он начал становиться человеком, который всегда говорит правду (сохрани его высшие силы от этого)? Дилль глубоко вздохнул, словно набирая воздуха перед нырком в воду, и сказал:

– Я не убивал дракона. Он сам напоролся на сухостой и мирно сдох. А уж в Тригороде я представил всё так, будто сам его сразил. Так что, в этот раз прошлый опыт сражения с драконом мне не поможет.

Маг долгим взглядом посмотрел на Дилля, затем вздохнул.

– Жаль. Значит, шансов выжить у тебя стало ещё на один меньше.

– Когда шансов нет совсем, минус один – это не страшно, – Дилль криво улыбнулся. – Ладно, пойду, погуляю. Оторвусь напоследок.

– На следующей неделе будет ещё один свободный день, вот тогда и оторвёшься. А сегодня постарайся вернуться ко времени, иначе…

Эрстан многозначительно показал на свой амулет. Дилль всё понял – скорее всего, сегодня маг обязан наказать опоздавших – не иначе, приказ сверху.

Стукнув себя кулаком в грудь – ну чем он не королевский гвардеец, подтверждающий приказ начальства? – Дилль покинул казарму.

*****

В городе Дилль тут же заблудился. Спросив дорогу к казначейству у прохожего – судя по виду, приказчика из торговой лавки, он последовал совету не упускать из виду главную башню королевского дворца и всё время поворачивать налево. Таким образом Дилль должен был выйти к площади императора Гариаля, в честь которого когда-то называлась великая Империя, а там и до здания казначейства рукой подать. Вот только попал он в лабиринт узких улочек, сориентироваться в которых было попросту невозможно.

К счастью, Диллю повстречались четыре мальчишки, науськивавших кудлатую дворнягу на пойманную крысу. Пацаны охотно согласились за пару медяков довести его до казначейства, оставили в покое одуревшую от страха крысу и собачонку, которая дрожала ещё сильнее, чем её предполагаемая добыча, и всей гурьбой отправились сопровождать Дилля.

По дороге, которую Дилль даже не старался запомнить, он расспросил мальчишек, что они знают о драконоборцах. Сведения тут же посыпались на него, как из рога изобилия. Оказалось, что настоящие драконоборцы – крутые мужики, одной левой могущие свалить бизонобыка, вот только как раз настоящих драконоборцев уже давно и нет. А те, кого собрали под знамёна борьбы с Неонинским драконом – слабаки и неудачники, потому что ни один из них не то что не смог победить дракона, но даже не сумел просто выжить.

– А ты когда-нибудь видел настоящего дракона? – поинтересовался Дилль у самого старшего мальчишки, который больше всех ругал нынешних драконоборцев.

– Нет, конечно. В Тирогисе драконов нет со времён Величайшей битвы, а кроме города я нигде ещё не был, – ответствовал достойный сын столицы.

– Ну тогда представь, что мелкий дракон размером вот с эту штуку, – Дилль указал на дровяной сарай, мимо которого они проходили. – А струя его пламени бьёт шагов на десять. Как бы ты сразил этого дракона? Вот он – величиной почти с дом, но ближе десятка шагов ты к нему не подойдёшь.

Пацаны коротко посовещались, ни к чему путному не пришли и заметно поубавили ругательный пыл.

– Вот и я думаю, как мне завалить старого дракона, который разоряет Неонин – он, говорят, намного больше, – вздохнул Дилль.

– А тебе это зачем? – удивились мальчишки.

– Видите ли, я имел несчастье сразить зелёного дракона в Тригородских лесах. И сам король Юловар, долгих ему лет, призвал меня на помощь против Неонинского чудовища.

– Так ты из новых драконоборцев? – догадался старший мальчишка. Дилль уже узнал, что зовут его Шаберт, что отец у него портной и пьёт, не просыхая, а мать и братья померли во время чумового поветрия три года назад. – А ты по-настоящему убил дракона?

Дилль, настроение которого с уходом из казармы несколько поднялось, поведал пацанам хорошо заученную историю эпической битвы. В результате заслушавшиеся мальчишки сами свернули не в тот поворот, из-за чего пришлось возвращаться. Наконец впереди над крышами домов замаячила огромная голова памятника императору Гариалю, что стоял на одноимённой площади.

– Дальше нам нельзя, – наморщился Шаберт. – На главной площади запрещено появляться в таком рванье, как у нас. Патрульные так древками алебард попотчуют, что неделю спина будет болеть.

– Что ж, спасибо вам, – с чувством сказал Дилль. – За работу каждому, как и обещал, по одному медяку. Сейчас…

Дилль потянулся к поясу и застыл – от кошеля осталась только верёвочка. Кто и когда успел срезать кошель, для Дилля осталось загадкой. Вот тебе и столица!

Пацаны захихикали, а Дилль нахмурился.

– Денег не жалко – там и было-то всего несколько медяков, а вот чем вас теперь отблагодарить?

Хихиканье прекратилось, пацаны выжидающе уставились на него.

– О, придумал! Вы никуда не торопитесь? – получив ответ, что никуда, Дилль сказал: – Тогда ждите меня здесь. Я сейчас получу в казначействе деньги, которые мне полагаются, как драконоборцу, вернусь и рассчитаюсь с вами. Ждите.

Дилль направился в сторону площади, когда позади послышался окрик:

– Эй, чужак! Драконоборец, стой!

Дилль удивлённо обернулся – к нему шёл Шаберт, но уже какой-то серьёзный. Мальчишка протянул ему кошель – его собственный.

– Возьми. Мы думали, ты обычный чужак, к тому же обманщик.

Дилль взял кошель и поинтересовался:

– Чужак – понятно, а почему обманщик?

– Да кто же поверит, что такой худющий парень, как ты, смог завалить огромного дракона! – удивился его непонятливости Шаберт.

– Да? А что ты скажешь на это? – Дилль жестом циркового фокусника извлёк из-за пазухи тот кусок выделанной кожи, что ему подписал брат Герон. – Читать умеешь?

– Я – нет, вон он немного умеет, – Шаберт жестом подозвал самого маленького мальчишку. – Прочти.

Тот, запинаясь, прочитал по слогам "Сия грамота дана драконоборцу Диллитону Тригородскому в утверждение того, что он не вампир, а верный слуга Единого нашего Бога".

– Подписано братом Героном – монахом церкви Единого из Верхнего Станигеля, – заметил Дилль. – А уж церковнику в таком деле можно верить.

– Так ты… так вы из настоящих?!!

Дилль прямо-таки чувствовал, как растёт в глазах мальчишек. Если им сейчас ещё что-нибудь показать, то завтра пацаны будут рассказывать о встрече уже не с худосочным рыжим парнем в полувоенной форме, а с громадным и мускулистым драконоборцем, облачённым в зачарованные доспехи.

– Перестаньте, ну какой я настоящий? Просто однажды повезло, – отмахнулся Дилль. Он заглянул в кошель: семь медяков – чуть больше половины сребреника. – Подставляй руку.

Он высыпал в ладонь Шаберта монеты и повесил пустой кошель на пояс.

– Слушай, я по-быстрому схожу в казначейство и вернусь. Вы мне посоветуете какой-нибудь кабачок, где не дерут втридорога и подают не кошатину, а нормальное мясо. А я вам за услугу ещё по монете на брата дам. Идёт?

*****

Кабачок назывался "Стойло ржавого дракона". Дилль только хмыкнул, поглядев на вывеску – там нечто коричнево-красное и дракона по виду ничуть не напоминающее дышало пламенем на какого-то зверя.

– Надеюсь, готовят здесь лучше, чем рисуют.

Расплатившись с мальчишками, Дилль зашёл в кабак. Внутри заведение напоминало "Кухарку и петуха" мамочки Августины, разве что общий зал размером был побольше. Сходство усиливали три драконьих когтя, прибитые на стене между рыцарскими щитами. За стойкой стоял хозяин в чёрном фартуке, и физиономия его Диллю не показалась слишком уж хитрой. В целом впечатление было благоприятным, и Дилль прошествовал к свободному столу у окна. Хозяин крикнул "Линда, клиент", и к столику подошла служанка.

Глаза Дилля округлились – девушка оказалась настоящей красоткой. Огромные синие глаза, правильные черты лица, пышная копна светлых волос, завязанных позади в хвост. Под блузкой с оборками угадывались приятные округлости, а широкий пояс из вышитой ткани подчёркивал талию девушки. Длинная юбка не позволяла рассмотреть даже обувь, но Дилль почему-то был уверен, что с ногами у девушки тоже всё в порядке.

Дилль расправил неширокие плечи и приосанился, придавая себе молодецкий вид. Видимо, перестарался, потому что служанка фыркнула, еле сдерживая смех. Дилль представил себя со стороны, ему самому стало смешно – он махнул рукой и перестал изображать богатыря.

– Скажи-ка, красавица, что у вас есть покушать? Желательно, чего-нибудь мясного, но только не крысиные тушки.

– Обижаете, сударь! – служанка вздёрнула носик. – В нашем заведении подают только хорошую еду. Сейчас есть бараньи рёбрышки под чесночным соусом, есть свиной окорок копчёный, колбаса…

– Мне рёбрышки. А вино?

– Для людей обеспеченных есть вино урожая двадцатилетней давности – по три сребреника за бутылку. Если попроще, то пятилетнее коричневое мироттийское или шипучее из Гридеха – по одному серебряному оксу. А если совсем простое, то есть прошлогоднее – по три медяка за кувшин.

Дилль почесал затылок. Он, конечно, прямо сейчас довольно богат – у него в кошеле было одиннадцать серебряных оксов и восемь медных, но транжирить деньги он не привык. С другой стороны, на что ему тратить свои сребреники, если не на еду и выпивку? Всё равно, через неделю, как сказал маг Эрстан, их отправят в Неонин, а там ему деньги, увы, не понадобятся. Дилль уже почти решился заказать вино для состоятельных людей, как из угла зала послышалось громовое рычание.