Шевченко Андрей – Дикарь с окраины вселенной (страница 6)

Шеф-полковник надолго замолчал, что-то обдумывая. Алиа не тревожила дядю, а Хайнеру, тем более, не хотелось общаться с заносчивым хизареком. Наконец Онтер глубоко вздохнул и вынес решение:

– Идём к третьей планете. Оружейник, приведи пилота в сознание.

– Этот полёт убьёт Рависа – его организм обессилен…

– Маликс, ты понял, что тебе приказали?

Интонации, переданные лингвотранслятором, были угрожающими. Хайнер вжался в кресло, словно это могло защитить его от гнева хизареков, но упрямо повторил:

– Этот полёт убьёт Рависа. Пусть он наберётся сил. Мы пока можем лечь в анабиоз…

– Сколько ему понадобится времени?

– До сорока корабельных суток – это зависит от степени истощённости организма.

– Слишком долго! – сразу же последовал ответ Онтера. – Джанийцы могут нас накрыть в любой момент. Оружейник, буди пилота. И отключи медсистему – нам совершенно ни к чему, чтобы она вновь ввела пилота в искусственную кому.

– Нет!

– Алиа!

Хизарийке не понадобились дополнительные команды. Она метнулась к креслу, в котором сидел оружейник, и резким движением выдернула щуплого маликса. Держа его одной рукой, Алиа Лованн второй принялась методично хлестать Хайнера по лицу. У расы маликсов кожа была тонкая и нежная, а потому уже после пятого удара обе щеки оружейника кровоточили. В довершение экзекуции хизарийка схватила сломанную руку маликса и несколько раз дёрнула её. Хайнер взвыл и от боли потерял сознание.

– Дорогуша, пожалуй, на этот раз ты перестаралась, – Онтер невозмутимо наблюдал за действиями племянницы. – Будь с ним поаккуратнее, маликс нам ещё нужен.

Хизареки подождали, пока Хайнер придёт в сознание, после чего шеф-полковник повторил приказ. Хайнер больше не мог сопротивляться – он, всхлипывая и стоная, принялся отдавать команды корабельной медсистеме.

– Прости, друг, – прошептал он, глядя, как дёрнулся, пробуждаясь, Равис Торн.

– Пикнешь – убью! – передал свою мысль Онтер и сорвал с головы Хайнера шлем лингвотранслятора.

Алиа схватила оружейника в охапку и вышла с ним из рубки управления, зажав маликсу рот своей шершавой ладонью.

Равис Торн приоткрыл глаза, когда хизарек бесцеремонно потряс его.

– Пилот, я тобой говорит шеф-полковник хизарекского флота Онтер. Ты находишься на боевом задании и должен выполнить мой приказ.

Онтер получил какую-то мешанину из мыслей и образов – лингвотранслятор не смог передать какого-либо связного ответа Торна.

– Маликс даже членораздельно ответить не может, как же он поведёт корабль? – озабоченно пробормотал хизарек. Онтер вспомнил, как оружейник называл товарища. – Равис! Очнись! Вспомни, ты – лучший пилот Наёмных миров. Ты должен выполнить задание. Только ты можешь это сделать.

Равис Торн сумел открыть глаза. Онтер склонился над пилотом, глядя в его расширенные буро-зелёные зрачки.

– Равис, ты меня слышишь? Ты понимаешь, что я тебе передал? – получив в ответ слабый кивок, хизарек настойчиво продолжил: – Ты должен доставить корабль в точку, которую я тебе укажу. Только ты, лучший из лучших, можешь сделать это. Равис, от тебя сейчас зависит судьба всех Наёмных миров. Ты должен справиться. Давай, принимайся за дело!

– Где точка?

В голове Онтера послышался еле слышный шёпот – это лингвотранслятор очень точно воспроизвёл интонации мыслей маликса.

– Во вспомогательном навигаторе данные от посланного зонда. Ты должен доставить корабль на третью планету звёздной системы под временным номером 93433. Приступай, солдат!

Равис Торн прошелестел "Есть" и закрыл глаза. Онтер с тревогой уставился на маликса, чьи хрупкие кости, казалось, просвечивали сквозь тонкую кожу – настолько тот исхудал за время изнурительного бегства от джанийских карателей. Несмотря на опасения Онтера, из недр корабля послышалась дрожь заработавшего двигателя. Хизарек поспешил плюхнуться в кресло, которое ранее занимал Хайнер. Алиа к этому времени уже находилась в тесной каютке для десантников, крепко прижимая к себе оружейника – щуплый маликс даже не пытался вырваться из крепких рук хизарийки.

"Шенна" плавно набрала ход, и Онтер облегчённо вздохнул – похоже, пилот не так уж и плохо себя чувствует, как это представил оружейник. Словно в ответ на эти мысли, корабль вдруг дёрнулся, замедлив ход, затем снова начал набирать предпрыжковую скорость. Теперь шеф-полковника посетила другая мысль – не менее страшная: а что, если пилот умрёт во время гиперпрыжка? Штурмовик останется в сером "нигде" навечно, а вместе с ним и хизареки. А если маликс подохнет во время посадки? Тогда "Шенна" превратится в пылающий шар на безызвестной планете где-то далеко за границей обитаемых миров. А вместе с ней и два последних представителя славного рода Онтеров.

Может, всё-таки, нужно последовать совету оружейника и подождать, пока организм пилота наберётся сил естественным образом? И тут же Онтер подумал, что капитаны джанийских кораблей наверняка имеют приказ уничтожить беглецов. И ему, Онтеру известно почему – потому что всевечный Джани любит чужие страдания и ненавидит отдавать долги. Нет, ждать прибытия карателей нельзя. Неизвестно, что их ждёт на отсталой планете, зато от джанийцев можно ждать только одного – смерти.

Шеф-полковник невероятным усилием избавился от этих ужасных мыслей и постарался успокоиться, чтобы отголоски его волнения через лингвотранслятор не просочились в мозг пилота. За свою долгую жизнь он и не из таких передряг выбирался, выберется и из этой, сказал себе Онтер.

Пилот будто решил опровергнуть это утверждение и обмяк в глубоком кресле. Корабль, уже набравший предпрыжковую скорость, дёрнулся и задрожал, словно попал внутрь гигантского вибростанка. Потрескивание переборок ввергло Онтера в панику – он почувствовал, как по щекам стекают струйки пота – явление в высшей степени неприличное в среде хизареков.

– Солдат, очнись! – взревел шеф-полковник. – Корабль в опасности!

Вопль хизарека или мысль, что "Шенна" вот-вот рассыплется, вернули Рависа в сознание. Маликс выровнял работу двигателей, проверил координаты и послал штурмовик в гиперпрыжок. В отличие от прошлых прыжков, этот был поистине ужасен. Онтер почувствовал, как сознание его рассыпается на мириады мельчайших составляющих, и отключился.

Когда шеф-полковник пришёл в себя, "Шенна" уже тормозила. На дисплее визуализатора Онтер увидел, что Равис сбросил скорость до стандартной планетарной. Несмотря на своё крайне истощённое состояние, пилот сумел не просто совершить гиперпрыжок, но и доставить корабль точно по адресу – прямиком к третьей планете жёлтой звезды под временным номером 93433. Если, конечно, визуализатор не врёт.

В рубке управления царила полутьма – освещение почему-то отключилось. Хизарек приподнял голову и посмотрел на пилота, утонувшего в глубоком кресле. В свете, отбрасываемом главной панелью, маликс выглядел, как живой труп: огромные глаза смотрят в никуда, сквозь полупрозрачную кожу просвечивают кости, из ноздрей течёт струйка буро-коричневой крови.

– Эй, ты живой? – шеф-полковник осторожно потряс маликса.

Равис слабо пошевелился, попытался что-то сказать, и из его потрескавшихся губ брызнула кровь. От неожиданности Онтер отпрянул: осторожность никогда не помешает – вдруг пилот заболел какой-нибудь экзотической болезнью, которую биоспециалисты цивилизованных миров ещё не вычислили и не заблокировали? Но, подумав пару секунд, Онтер пришёл к выводу, что у маликсов так проявляются признаки истощения организма, и снова придвинулся к пилоту.

– Солдат, очнись! Ты должен посадить корабль на планету.

– Нет сил, – прошелестела в голове шеф-полковника ответная мысль пилота.

– Ты должен, слышишь? Равис! Ты – лучший! Кроме тебя никто этого не сможет сделать. Вспомни о своём друге, – Онтер с трудом вспомнил имя оружейника. – Хайнер в опасности. Спаси его и всех нас – посади корабль на планету.

– Куда?

Шеф-полковник хотел было сказать "на планету", но с некоторым опозданием сообразил, что пилот запрашивает конкретное место для посадки. А откуда, шеррх его раздери, Онтеру знать это место? Аборигены этой планеты, конечно, дикари, но уже вышли в космос. Может, у них и оружие имеется, способное пробить защиту штурмовика. Не хватало ещё вступать в бой с противником, обладающим неизвестным потенциалом.

Онтер ещё раз посмотрел на пилота, могущего в любой момент потерять сознание или даже умереть. Остаться в космосе или рискнуть дать команду? Альтернативой посадке была смерть от орудий джанийцев, которые, несомненно, придут сюда, рано или поздно. А, может, и не придут…

– Включай защитный экран и сажай корабль куда-нибудь подальше от крупных скоплений туземцев, – решил он, наконец. – Там на месте разберёмся.

"Шенна" медленно и как-то нерешительно изменила положение относительно жёлтого светила и двинулась к третьей планете.

*****

– Сеня! – вскипел Кирилл. – Прекращай валять дурака!

– Ты же сам говорил о рысях, – возразил Семён. – Поэтому я от костра ни на шаг.

– Скорее, ни на шаг от Кострова, – Кир таким незатейливым способом обыграл свою фамилию, однако шутка не помогла заставить поднять приятеля и отправить его к озеру. – В конце концов – это ты перевернул котелок, и мы остались без воды.

– Я лучше голодным спать лягу, – решительно заявил Семён, и Кирилл понял, что к озеру придётся идти самому.