Шэрон Гослинг – Книжный на маяке (страница 50)

– Не найдет, – ответил Тоби. – Он тебя не найдет.

– Как ты можешь это говорить? – спросила она. – Откуда ты знаешь?

– Рэйчел…

– Не заходи ко мне перед отъездом, – отрезала она. – Считай, что это и было прощание.

Тоби ничего не ответил, но коротко кивнул, словно подтвердилось то, что он рассчитывал услышать. То, что он заслужил услышать. Он знал, что этим все кончится. Даже в такой ситуации он предвидел ее следующий шаг.

Она оставила его на пороге и, не оглядываясь, зашагала прочь. Впереди на холме высился маяк. Она представила Эвелину Макдональд – двести лет и несколько жизней назад она стояла там, на крошечном чердаке под куполом, спрятавшись ото всех, и смотрела на жизнь с безопасного расстояния, недосягаемая в своей башне. Рэйчел могла понять, чем такая жизнь привлекательна для человека, которому жизнь преподносила один страшный удар за другим. Да, она очень хорошо это понимала.

Рэйчел не хотела возвращаться в дом Эзры. Не хотела ни с кем разговаривать и ничего объяснять. Она поднялась на холм и направилась к маяку, надеясь, что в тишине и пустоте сможет собраться с мыслями. Было еще рано – около шести часов утра. До открытия книжного магазина у нее есть время для себя. Возможно, она даже поднимется в комнату с камерой-обскурой и постоит там в тишине, представит себя неприступным облачком, парящим в теплом рассветном воздухе. Рэйчел прошла по узкой тропинке вдоль сторожки и взглянула на башню, устремившуюся в небо.

Краем глаза она уловила на вершине холма какое-то движение. У башни стояла группа людей – спиной к ней и лицом к лесу и далеким горам. Рэйчел остановилась, и тут один из группы махнул рукой в сторону леса, а затем в противоположную сторону; рука качнулась как маятник, словно прокладывая невидимый маршрут, ведущий от леса к маяку и спускавшийся к сторожке. Приблизившись, Рэйчел узнала в фигуре, махавшей рукой, Дору Маккриди.

На миг Рэйчел замерла, не в силах пошевелиться, и попыталась понять, что происходит. Под мышкой она держала газету, одну из многих, где описывались все преступления этой женщины, которые та совершила, чтобы добиться своего, и этих преступлений было множество. И все же она стояла здесь, перед Рэйчел, и, очевидно, планировала как ни в чем не бывало пожинать плоды своих махинаций. Этого не может быть, подумала Рэйчел. Не может маяк достаться Маккриди после того, как Тоби приложил столько усилий и всем показал, на что готова эта женщина, чтобы его заполучить. Разве это справедливо?

Ярость заклокотала в ее груди. Она подошла к людям на вершине холма, не сводя глаз с Маккриди.

– Что вы здесь делаете? – спросила Рэйчел. – Вы нарушаете границы частной территории – все вы. Уходите, или я вызову полицию.

Дора насмешливо взглянула на нее.

– Удачи, – ответила она совершенно невозмутимым тоном. – Полиция наверняка захочет с тобой поговорить. Или тебя уже вызывали? Вышла под залог? Как тебе это удалось?

Рэйчел почувствовала, как уверенность ускользает от нее. Она думала, расследование Тоби все исправит, все поставит на свои места, но…

– Что ж, – продолжала Дора, – давай спросим у хозяйки земли, нарушаю я что-то или нет. Я позвоню Труди Гудвин и спрошу, кто из нас, по ее мнению, может здесь находиться, а кто нет. Кого, по-твоему, она выберет – ту, которая собирается отвалить ей целое состояние в обмен на ее имущество? Или женщину, предположительно причастную к смерти Каллена?

Рэйчел стало плохо. Маккриди сунула руку в карман за телефоном. Его там не оказалось, как и в сумочке.

– Телефон у помощницы, – тихо выругавшись, проговорила она, – в любом случае не надо быть гением, чтобы догадаться, каким будет ответ. Вещички собрала? Учти, как только сделка будет подписана, ноги твоей тут не будет.

Рэйчел судорожно сглотнула. В горле у нее пересохло. Они с Маккриди молча уставились друг на друга. Тишину нарушил пронзительный телефонный звонок. Один из сопровождавших Дору мужчин в костюмах потянулся в карман за телефоном. Потом зазвонил другой телефон, и третий. Послышались сигналы уведомлений, слившиеся в какофонию звуков. Как будто кто-то названивал им всем одновременно. Дора нахмурилась и повернулась к своим спутникам; один из них держал телефон у уха. Он выслушал говорившего и озадаченно взглянул на Дору.

– Что-то случилось, – сообщил он, – мне велели проверить новости.

– Мне тоже, – сказал другой.

Внизу кто-то кричал. Рэйчел повернулась и увидела помощницу Доры, бежавшую на каблуках вверх по холму. В руке она держала телефон.

– Миссис Маккриди, – кричала она, пыхтя от натуги, – миссис Маккриди, вы должны это увидеть…

Все окружавшие Дору мужчины уткнулись в экраны и переговаривались или лихорадочно листали ленту новостей. Вид у них был недовольный.

– Что, черт возьми, происходит? – беспокойно проговорила Дора.

– Миссис Маккриди, – помощница наконец, задыхаясь, добралась до вершины холма, – пресса… там публикации… статьи о вас…

– Какие статьи?! – сердито воскликнула Маккриди. – Говори же, девчонка, не молчи!

Рэйчел достала из-под мышки газету, расправила ее и показала Маккриди передовицу, чтобы та прочла заголовок.

– Думаю, она имеет в виду эту статью, Дора, – тихо произнесла Рэйчел и увидела, как расширились глаза Маккриди. – Это во всех национальных газетах. Во всех. И по всему интернету.

Дора побледнела, потянулась и выхватила газету у нее из рук. Бизнесмены, которым она показывала свой участок, уже разбежались – кто-то торопливо спускался с холма, кого-то уже и след простыл.

– Погодите! – закричала Дора им вслед. – Это какое-то недоразумение! Позвольте объяснить! Постойте!

Никто не остановился и даже не оглянулся.

– Может, позвоним Труди Гудвин? – спросила Рэйчел в наступившей тишине. – И спросим, что она теперь обо всем этом думает?

Дора вытаращилась на нее.

– Если вы сейчас же не уйдете, я вызову полицию, – сказала Рэйчел. – Полагаю, вам сейчас это ни к чему. Уходите, Дора. У вас тут нет власти. У вас нигде больше нет власти. Надеюсь, скоро я прочитаю, какой срок вам дали. С вами покончено. Уходите.

Глава сорок вторая

Когда Рэйчел ушла, Тоби вернулся на кухню и стоял, глядя в окно на сад, пока чай не остыл. Он представил, как скажет Сильви об очередной своей неудаче, и решил, что лучше об этом не думать. Пора возвращаться к работе – похоже, только это у него по-прежнему хорошо получается. Да и что еще ему оставалось?

Зазвонил телефон. Он достал его из кармана и увидел незнакомый номер. Нахмурился, глядя на экран; может, очередная газета хочет подробностей о деле Доры Маккриди? Он был не в настроении разговаривать, но все равно ответил:

– Алло?

– Мистер Холлингвуд?

Говорила молодая женщина, шотландка. Тоби ее не узнал.

– Да?

– Это Стефани. Стефани Уоррен. Из Исторического общества Грейт-Данбара.

– А, – ответил он и, кажется, почувствовал внезапную неловкость на том конце телефонной линии. – Стефани. Слушаю.

– Простите за беспокойство, – затараторила она, – но это касается архива Бреколла.

– Да, – Тоби потер глаза, – что ж, сейчас не очень подходя…

– Я продолжила изучать архив после того, как вы ушли, – говорила она, и Тоби услышал, что она нервничает. – В тот день, когда вы приходили, эти документы меня так заинтересовали, что, начав, я уже не могла остановиться. Сама мысль, что передо мной такие старинные бумаги, которые кто-то держал в руках… пусть даже это самые обычные расчеты, но для кого-то они были частью повседневной жизни, как для меня – отпирать дверь в архив и заполнять журнал регистрации посетителей или…

– Стефани, – мягко прервал ее Тоби, – уверен, это очень интересно, но дело в том, что мое расследование… завершено. Теперь я занимаюсь другими делами. И в ближайшее время уезжаю из Ньютон-Данбара.

– О… – В ее голосе послышалось разочарование.

– Мне жаль, – повторил он, чувствуя необходимость перед ней извиниться. – Это…

– Нет, я все понимаю, – поспешно выговорила она. – Просто я обнаружила кое-что странное, сама разобраться не могу и решила, что вам может быть интересно. Но у вас, должно быть, миллион других дел, а я в любом случае собиралась перебрать архивы, так что…

– А что вы обнаружили? – спросил он. – Вы сказали, что нашли что-то странное.

– Заказ на свечи.

Тоби растерялся:

– Свечи? – Он переложил телефон к другому уху. Ему пришло в голову, что, возможно, Стефани нарочно нашла повод ему позвонить, и он задумался, как бы отшить ее помягче и при этом не показаться полным ослом. – В Бреколле наверняка использовали много свечей, что в этом странного?

– Да, – согласилась девушка, – и у них была постоянная договоренность с поставщиком, который привозил свечи раз в три месяца.

– Ясно. Так что же…

– А потом я обнаружила этот дополнительный заказ. Свечей потребовалось много. Очень много. Так много, что поставщик не смог выполнить такой большой заказ. Вот почему это бросилось мне в глаза. Всего за месяц они разместили пять заказов на свечи у разных продавцов.

– И сколько всего свечей заказали?

– Сто пятьдесят тысяч.

– Сколько?

– Сто пятьдесят тысяч, – повторила Стефани, – это помимо обычной поставки раз в три месяца.

Тоби обдумывал услышанное.

– Что ж… пожалуй, это действительно очень странно.

– Это может иметь отношение к вашему расследованию?

– Не знаю, – честно признался он. Это было странно, но, возможно, разгадка находилась у него перед носом, и он просто ее не замечал. – А зачем могло понадобиться столько свечей? Есть идеи, Стефани?