Шеннон Майер – Печать судьбы (страница 31)
– О, семейный турнир. Превосходно! – Уилл развернул свой жезл и встал с Эдмундом лицом к лицу. – С нетерпением жду возможности снова победить вас, Генерал!
Мое сердце сжалось, потому что для Уилла это была лишь игра.
Для Эдмунда, однако… это была возможность причинить боль нам обоим. Заставить нас заплатить за то, что мы родились.
Я стиснул дерево в руках, не сводя с Эдмунда глаз и отслеживая его движения. Лучшее, что я мог, – надеяться, что смогу улучить момент, чтобы отвлечь и замедлить Эдмунда. Не то чтобы я не хотел встретиться с ним лицом к лицу. Но это означало бы проигрыш Уилла.
А если Уилл проиграет, то только потому, что Эдмунд будет занят не спаррингом, а пытаться ранить или даже убить нашего младшего брата, обставляя это как простую случайность. Точно так же он поступал со всеми своими женами и любовницами.
Они кружили, пристально глядя друг на друга. Уилл нанес первый удар, и Эдмунд легко отразил его.
– Да брось, Уилл, шутки в сторону. Давай посмотрим, из какого ты теста. И есть ли в тебе что-нибудь стоящее.
Обычно веселое лицо Уилла посуровело, и на долю секунды я увидел в нем отражение своего. Такой глубокой ярости, что голубизна глаз сменилась осколками стекла. Он поменял позу, двигаясь намного быстрее, чем со мной, его реакция на слова Эдмунда была мгновенной.
И это застало Наследного Принца врасплох. Среди зрителей воцарилась тишина.
Гул дерева разносился по воздуху. Едва сдерживая Уилла, Эдмунд был вынужден шаг за шагом отступать. Я не осмеливался подбодрить его. Не осмеливался усмехнуться.
Я держал рот на замке и не сводил с них глаз, когда Уилл нанес удар по ребрам Эдмунда. В прошлом этого было бы достаточно, чтобы положить бою конец. Уилл заявил бы, что выиграл, и отступил.
Уилл продолжал наступать.
– Возможно, тебе следует быть более осторожным со своими просьбами, брат.
Я не знал, выдержит ли мое сердце это, и, хоть и понимал, что такое не случится, часть меня не могла сдержать возгласов в голове.
Я не мог убить Эдмунда, но Уилл мог и был вправе сделать это и занять положение Наследного Принца.
Словно услышав мои мысли, Эдмунд внезапно присел, избежав сильного удара по голове, схватил горсть песка и швырнул его в лицо Уиллу. Тот старался держать глаза открытыми. Слезы текли по его щекам, он напрягался, щурясь, чтобы разглядеть что-нибудь сквозь песок.
Воспользовавшись моментом, Эдмунд взмахнул своим жезлом, нанеся идеальный удар в челюсть Уилла, треск дерева и ломающейся кости прогремел в тишине.
Уилл упал навзничь, глаза закатились. Кровь капала из рассеченной кожи, обнажившей кость.
Эдмунд повернулся и улыбнулся мне, показав клыки.
– О боже. Порой мне кажется, я не ведаю, насколько силен.
Все вокруг нас сдержанно зааплодировали. Эдмунд помахал им рукой и поклонился. Они сделали это потому, что я годами учил их, как вести себя рядом с Наследным Принцем.
– Капитан, – рявкнул я Скарлетт, изо всех сил пытаясь сдержать растущую ярость. – Отведите юного принца к медикам. Нужно убедиться, что челюсть восстановится ровно, и клыки не раздроблены. – Я впился в Эдмунда взглядом, не потрудившись скрыть гнев. Он точно знал, что я к нему чувствую.
Он улыбнулся.
– Ну что? Вы готовы встретиться со мной на поле боя, Генерал?
Это… интересно. Он редко предлагал мне спарринг, потому что знал, что я могу победить в нем, выбив при этом оба клыка и глаза.
Эдмунд не был бойцом. Он больше походил на паука, плетущего паутину и ожидающего, когда его жертва совершит ошибку. А значит, он что-то замышляет.
– Как пожелаете, – протянул я, выставляя перед собой жезл и постукивая им по его предплечью.
Жезлы зазвенели в знак приветствия. А после я скользнул в сторону, отступив назад, когда он с разворота нанес удар.
Я подпускал его, позволяя гоняться за мной по кругу. Уилл отталкивал его, и я позволял ему подходить ко мне, всегда оставаясь вне досягаемости. Держа конец своего жезла, я направил его к его ноге и ударил по лодыжке, заставив Эдмунда споткнуться. Ничего серьезного. Никаких существенных травм.
Снова и снова я выставлял Наследного Принца… глупцом. Опасная игра, но я был слишком зол на него за то, что он ранил Уилла. Сломанные клыки невозможно восстановить. Это единственное, что не поддается восстановлению.
Эдмунд провел рукой по песку и швырнул его мне в лицо, будто эта уловка могла сработать дважды, но я метнулся к нему сбоку, выбив его из равновесия и уронив плашмя на живот.
– Однажды, Эдмунд, – я прижал жезл к его затылку. Он взмахнул рукой. Сигнал?
По позвоночнику пробежало покалывание, и я почувствовал на своей обнаженной коже взгляд, похожий на ласку, приковывающий меня к месту, мысленно выводящий из боя.
Разгоряченный и озябший, я обернулся, когда участницы Игрищ Жатвы скользнули в дверной проем и выстроились сбоку.
А впереди них стояла…
Сиенна и ее золотые глаза, широко раскрытые и очень пристально смотрящие на меня. Мои клыки выскочили из десен и…
Удар под колени заставил меня упасть на четвереньки, а после к шее прижался жезл.
– Очень скоро, Доминик, – прошептал Эдмунд мне на ухо, – я найду ту, что так сильно отвлекает тебя.
16
Сиенна
Я смотрела вперед, пока передо мной разыгрывалась сцена. Тело Генерала двигалось так… словно он был пантерой, его шаги выглядели плавными, кожа блестела от пота.
Другие девушки перешептывались и хихикали, а я могла лишь смотреть.
Господи, этот мужчина тверд во всех нужных местах. Он взмахнул черным жезлом, соединив его с оружием своего противника, а затем просто остановился, повернувшись и уставившись на нас.
На меня.
Его взгляд встретился с моим, и в этот момент я услышала шепот, что звал меня через весь континент, шепот, говоривший, что я все еще в поисках дома.
В этот момент мир исчез, вокруг нас не было ничего, кроме статики и белого шума, меня наполнял гул того, что должно было быть магией. Вероятно, он околдовал меня, потому что совсем мне не нравился. И все же в этот момент я бы отдала все, просто чтобы… прикоснуться к нему.
Я моргнула, и Генерал оказался на коленях, его противник встал позади него, и я наконец узнала его. Наследный Принц. Я посмотрела на свои ноги, когда взгляд Наследного Принца скользнул по нам, женщинам.
И внезапно то, что нам пришлось ждать в маленькой комнате рядом со двором, а затем нас быстро вытолкнули на тренировочную площадку, обрело смысл. Нас использовали как отвлекающий маневр, чтобы он выиграл бой с Домиником.
Нет, не с Домиником. С Генералом.
Я сжала пальцами темно-синюю шелковую юбку, сосредоточившись на ее ощущении, а не на негодовании, вспыхнувшем от имени Доминика.
– Чего бы я только не отдала, чтобы облизать его, как леденец, – промурлыкала Аня. – С ног до головы.
Я посмотрела на нее.
– Кого из?
Она ухмыльнулась.
– Почему один интересует тебя больше другого?
Я поняла, что это ловушка, заглянув в ее глаза, и улыбнулась в ответ.
– Разве это имеет значение? Любой из них с подвохом.
Я бы, скорее, выковыряла себе глаз ложкой, чем приблизилась к Наследному Принцу, но, возможно, Аня предпочитала власть безопасности. И у меня было такое ощущение, что, знай она, что в Генерале есть что-то, хоть отдаленно интересующее меня, намеренно попыталась бы привлечь его внимание.
Девочки в конце группы расступились, а затем во всей своей красе появилась Герцогиня.
– Эдди, что ты творишь? – слова прозвучали, будто удар хлыста, и оба мужчины в центре двора встали, отряхиваясь.
– Эдди? – спросила я. Она серьезно только что назвала Наследного Принца прозвищем?
– Ваша Светлость, – Эдмунд поклонился в пояс. – Спарринг – неотъемлемая часть…
Ее темно-серые юбки взметнулись, когда она подлетела к нему.
– Я не имею в виду спарринг, вы, мальчики, вольны играть со своими палками во что хотите.
У Доминика вырвался низкий смешок, и мне пришлось сжать ноги вместе, когда внизу разлился жар, пытавшийся привлечь мое внимание, поскольку я старалась не смотреть на него с высунутым языком. Аня права – я была бы не прочь облизать его, как леденец на палочке.