Шеннон Майер – Корона льда и лепестков (страница 45)
– Давным-давно.
Миниатюрное копье снова кольнуло мне большой палец, вырывая из сладкого тумана, которым Лан всегда меня окутывал.
– Рубезаль не может покинуть мир фейри.
Лан уставился мне в глаза.
– Что? Откуда ты знаешь?
Я быстро пересказала ему свои подозрения. На щеках Лана заиграли желваки.
– Ты чего? – спросила я.
– Ради этого я пять часов ковырялся в пыльной дыре, которую тут называют библиотекой.
Я с трудом сдержала смех.
– У-у, какая досада. Ты должен был знать, что я самая умная фейри здешней тусы. Но это не все.
Я протянула Фаолану крошечную арфу.
– Что думаешь?
– На ней сыграет разве что букашка.
Я фыркнула.
– А теперь серьезно. Скажи, что бы ты подумал, если бы обнаружил арфу вот с этим? – Я передала Лану портал и копье.
Он внимательно осмотрел все три предмета и округлил глаза.
– Портал, копье и арфа. Но… непохожая на прежнюю.
– Я нашла их в столе Елисаваны. Они были переплетены в головоломке, с которыми играют дети фейри, только в этой магия была одновременно Благая и Неблагая. Думаю, мои родители создали ее вместе и оставили для меня. Словно знали, что в последней битве инструмент Луга будет сломан.
Лан бросил на меня пристальный взгляд.
– Считаешь, арфу можно починить?
Я закивала, вспоминая бледно-голубое свечение.
– У арфы все еще осталась кое-какая сила Луга, но уже не та. – Я подозревала, что дух женщины, которую исторгнул испорченный инструмент, был остатками его мощи. – Жрица сказала, что когда угасает одна сила, другая растет. Лан… нам нужно заменить энергию арфы. Причем до того, как мы встретимся с Рубезалем.
– О, – криво хмыкнул он, – всего-то?
Я быстро оделась, и мы поспешили по коридору на кухню.
– Догадалась, Одуванчик? – спросила Жрица, попыхивая трубкой в кресле-качалке.
– Надо найти того самого духа из арфы или нужно что-то другое? – в лоб выдала я.
Лан удивленно на меня покосился, а вот Жрица улыбнулась.
– Удачи в поимке той дикой сучки. Она обратно внутрь ни за что на свете не полезет.
Ладно.
– Что должно наполнить арфу?
Жрица закатила глаза.
– Опять сплошные вопросы. Так ничему и не научилась?
Ага, уяснила уже, что бессвязное бормотание Жрицы куда полезнее.
– Можешь хотя бы ткнуть в нужном направлении?
Жрица действительно ткнула трубкой в занавеску, которая отгораживала кухню от примыкающей комнаты.
Лан скользнул туда первым, и его рычание подсказало, что что-то неладно. Правда, я очень быстро сообразила, в чем дело.
Переступив порог, я увидела фейри крови.
– Дерьмово выглядишь, – сообщила я Девон.
Засохшая кровь уродовала ее лицо темно-коричневыми мазками. Будто тело растрескивалось изнутри. Под глазами и на скулах разливалась глубокая синева.
– Чувствую себя так же, королева всех фейри.
Она звала меня королевой – и при этом ударила в спину.
– Какого хрена ты помогла Рубезалю?
Лежа на кровати, фейри крови посмотрела мне в глаза.
– Я уже сказала почему. Ты уже знаешь ответ. Просто не хочешь понять, что он означает.
Девон ошибалась. Я обо всем догадалась.
Только жалела, что нет иного способа. Когда Лан был рядом, живой, я совсем не хотела верить, что мой путь скоро окончится могилой.
Или, скорее, желудками зверюшек Андерхилл.
Я безмолвно предостерегла Девон – не продолжай. Лан не должен этого услышать. Узнав правду, он ни за что не позволит мне сделать необходимое.
– Если все должно быть в равновесии, то добыче полагается оружие, равное силе хищника.
На губах Девон мелькнула тень улыбки.
– Так вот, кто ты?
– Разве не так решила Андерхилл?
– Не пытайся толковать хитросплетения решений Андерхилл, юная фейри. Вместо этого меняйся, как меняется она, и прими, что ничто, ни твои желания, ни надежды, ни злость, ни печаль не повлияют на предначертанное. – Девон закашлялась и потянулась за тряпицей, чтобы утереть свежие потеки крови с подбородка. – Спрашивай, что пришла спросить.
– Арфа. Нам нужно заполнить ее энергией. Что может это сделать?
Фейри крови откинулась назад.
– Твой ответ лежит на лугу.
– Серьезно? – оживилась я.
– Теперь оставь меня.
Лан вышел, но я замешкалась у занавески:
– Ты поправишься, Девон?
Пусть фейри крови – предательница, но в конечном счете она же сосуд Андерхилл и, вероятно, точно так же скована этой ролью, как Жрица своей.
Девон вздохнула.
– Мое время еще не пришло.
Но осталось недолго? Мой желудок скрутило от уверенности, что все наши судьбы – даже этого мира – связаны с грядущей битвой.
Отогнав накатившую обреченность, пока она не захватила меня полностью, я прошагала мимо Жрицы, похрапывающей в кресле-качалке, вышла из дома и едва не налетела на Лана.