Шеннон Майер – Корона льда и лепестков (страница 15)
Я заставила себя обуздать Благую магию, обволокла ей зал, чтобы восстановить стол. Превратила четыре угловые ножки в саженцы, сплела их в плоскую поверхность. Использование Благой магии тоже немного меня успокоило.
Я снова уперла руки в стол.
– Надо полагать, что в Андерхилл Рубезаль сильнее. Иначе зачем покидать Унимак? Было бы глупо думать, что здесь его не поддерживают и другие существа-фейри.
В ответ на мои слова зазвенела полная тишина.
– Тогда сразимся, – глухо произнес генерал Стрик. – Как дόлжно.
Он был прав. Выбора не оставалось. Но каждый фейри дал клятву Андерхилл и мне, включая ее невинных созданий. Я посмотрела на Рябинника.
– Есть мысли?
Он устремил взгляд на один из парящих по краям комнаты шаров. Дотронулся, вытянул вперед.
– Вы уверены, что мы должны перейти в Андерхилл? Его оттуда никак не выманить?
Я опустила голову.
– Неприятно, однако в этом отношении я должна согласиться с гигантом. Нельзя воевать на глазах у людей. Если плеснем больше масла в огонь их страха, поставим себя в еще более опасное положение, чем есть.
Рябинник нахмурился, всматриваясь в шар, затем опустил его на новую столешницу. Прижал, магическим образом распластывая, пока тот не покрыл всю поверхность. Одним движением пальцев Рябинник превратил стол в карту.
Не хотелось выдавать то, что я впечатлилась… но я впечатлилась. А ведь парень всего-то пять секунд как заступил на службу.
– Андерхилл – настолько точно, насколько ее возможно изобразить с учетом, что она меняется по прихоти, – пояснил Рябинник. – Карта дает нам представление о том, как разделен мир фейри. Здесь старое…
Столешница разделилась на две дюжины помеченных областей и показывала часть более постоянных опасных зон, включая некоторых существ.
– Драконы слева, гиганты справа, – прошептала я.
– И вот я, с тобой посередине застряв[2], – шепотом выдала строчку песни Цинт, накрыла мою ладонь своей, и я глубоко вздохнула.
Все уставились на карту.
Элва постучала пальцем по северной оконечности Андерхилл, увеличивая изображение.
– Думаю, он будет ждать здесь. Одна из немногих зон Андерхилл, что остается неизменной. Драконья гора.
Я всмотрелась в глубокую долину. Лишь один вход и выход. Гора имела форму головы дракона, устремленной в небо. Идеальное место, чтобы принять последний бой – или устроить ловушку.
– Могу наготовить щекоток с сонным дурманом, – предложила Цинт. – От них ни один дикий не откажется.
Глаза Рябинника вспыхнули.
– Слышал, никто вообще не в состоянии отказаться от твоей готовки, Гиацинта.
– Просто Цинт, пожалуйста. И как насчет заглянуть ко мне, кое-что попробовать?
Она покраснела, и я чуть не уронила челюсть до самого пола. Цинт никогда не краснела. И что за «кое-что» она предлагала?
Прошло всего каких-то несколько часов с тех пор, как Цинт впервые одарила Рябинника томным взглядом. А они, насколько мне известно, не общались со времен приюта.
Я снова уставилась на карту. Передо мной вздымала уродливую голову Драконья гора. Где-то там держат Лана, и я должна его найти. Лучше раньше, чем позже. Может, нам и не суждено быть вместе, но я не сумела бы жить в мире, где он хотя бы не дышит тем же воздухом.
Я отвернулась от стола, пусть остальные разрабатывают стратегию.
Элва встала рядом со мной.
– Вы его любите.
Нет смысла отрицать.
– Ага.
– В вашем сердце другого такого, как он, не будет, – продолжила Элва. – Для этого мне даже не нужно читать мысли. На лбу написано.
– Ты как-то не помогаешь, – я провела рукой по лицу.
Мистик вздохнула.
– Иногда… чтобы получить все, мы должны отказаться от всего.
Я всмотрелась в ее глаза.
– Что ты хочешь этим сказать?
Мою пожизненную квоту по загадочным комментариям уже перевыполнила Жрица.
Элва пожала плечами.
– Лишь то, что обычно повторяла мне мать.
Я представила столкновение с Рубезалем.
Представила, чего оно мне будет стоить. Возможно, жизни.
Стычка неизбежно приближалась, и, если все пройдет так, как я думала, мне все равно придется распрощаться с Ланом.
– Ваше величество, – прервал мои довольно мрачные думы Рябинник. – Думаю… у меня есть идея, которая может сработать. В ее основе – предложение Гиацинты.
Я вернулась к столу.
– И что же ты думаешь, мальчик? – переключил внимание на Рябинника генерал Стрик.
Респект Рябиннику – не поддался на провокацию.
Он провел рукой над картой.
– Ветры дуют над Андерхилл с юго-запада на северо-восток. Если мы войдем здесь, – Рябинник ткнул пальцем в юго-западный угол, – развеем сонный дурман по ветру с помощью пикси и поддадим небольшой поток воздуха, возможно, мы обеспечим себе преимущество. Зелье пронесется по долине, и многие существа вырубятся. Разумеется, более сильных это лишь разозлит, так что не без минусов. – Под моим тяжелым взглядом он нервно переступил с ноги на ногу. – Наверное, никак не узнать, каких существ оно…
Я поджала губы.
– Как долго будет готовиться зелье?
– Около недели, – ответила Элва. – На пару дней меньше, если помогут Неблагие отравители.
Неделя. Я не желала ждать ни единого дня. Однако шансы того, что я открою брешь между мирами без Фаолана до осеннего солнцестояния, которое через несколько месяцев, практически равны нулю. Мне было нужно время, чтобы придумать, как, черт возьми, доставить в Андерхилл армии дворов и не убиться в процессе.
Если б только нам удалось заполучить эту сраную арфу, Рубезаль все еще был бы тут, на Унимаке. И Лан тоже. Мы бы прямо сейчас бились за свободу Лана. Я сжала кулаки, сдерживая желание потереть виски при нынешних свидетелях.
– Королева Каллик, – пробормотала Элва. – Я не знала, что арфа обладает такой способностью.
М-да? Ну, по крайней мере, не я одна была в неведении.
– Наводит на мысли, – продолжила мистик. – Не припоминаете моменты, когда вы были с Рубезалем в одном месте, а затем совершенно неожиданно оказывались в другом?
Я посмотрела на Элву и нахмурилась так, что меж бровей залегла морщинка. Перед глазами всплыло воспоминание.