Shell L – Шахджахан (страница 10)
– Перестань, – попросила девочка и сделала крошечный шажок вперёд, пересиливая страх. – Тебе же плохо!
– Мне хорррошо, мне очщень хо… – он сбился и дёрнулся, точно получив пощёчину. Какое-то время они стояли молча, пока, наконец, Владыка не прекратил смотреть в одну точку и не вернул взгляд на девочку. – Как ты сказсала? Мне плохо, да. Ты права. Я болен.
– Тогда лечись, – искренне посоветовала девочка.
– У меня есть лекарство, но оно сейчас далеко. Для лекарства так безопаснее. Моя болезнь не лечится, – горько усмехнулся Владыка. – Кровь – не водица. Это не проссто жшидкоссть, это обычщаи, традиции, ссила и характер предков. От неё так проссто не изсбавиться. Впрочщем, тебе пока есщё рано рассссуждать на такие темы. Просто зссапомни.
– Хорошо, а…
– Что ты здесь делаешь, негодница?!
Король и королева спешили из тронного зала навстречу Владыке и маленькой принцессе. Лоуэр ожидала, что сейчас её будут справедливо ругать за побег и уже приготовилась к лекции на тему, какая она плохая девочка, как внезапно раздался спокойный звучный голос Владыки.
– Девочщка сспассла меня от очщередного припадка безсумия, а ты назсываешь её негодницей? – Владыка посмотрел на испуганно замершего короля сверху вниз, выдержал паузу и, подпустив в голос призрения, продолжил куда более высокопарно, – К тому жше, почщему я вссё ещё лишён ссчасстья быть предсставленным этой иссключщительно одарённой юной леди?
– Моя дочь, принцесса Лоуэр Лалавэй, – промямлил побелевшмй как плотно король, ответивший скорее неосознанно, чем сознательно.
Маленькая Лоуэр крутил головой, переводя взгляд с папы на странного дядю и обратно на папу. Она догадалась, что странный дядя решил занять её сторону, и теперь надеялась избежать выговора. Было бы совсем хорошо, если бы дядя ещё и говорил яснее, но его странные речи можно и потерпеть.
– Ваше Высочество, – король взял себя в руки. – Согласно этикету, моя дочь ещё слишком мала для приёмов, поэтому, надеюсь вы извините её отсутствие…
– Ссоглассно этикету, меня должшен был ожшидать торжшественный приём ссс не менее торжшественной всстречщей, но – он не позволил открывшему было рот королю возразить, – Разс уш мы уше однашты отсступили от этикета по причщине моей нелюбви к вссякого рода ссборищам, то, ссмею надеяться, ссможшем отсступить от него ещё раз?
– Что вы имеете ввиду, Ваше Высочество? – спросил король с хорошо натянутой улыбкой. Он был достаточно умён, чтобы понять, что спор с древним монстром – дело гиблое и заведомо провальное.
– Я жшелаю, – Владыка особенно выделил эти слова, подчёркивая свою власть. – Чтобы эта юная леди принимала учщасстие в приёме. Её общесство сскрасит моё пребывание зсдессь.
Король поджимал губы и молчал. Отказать Владыке не мог никто, это знали все.
– Боюсь, моя дочь покажется вам странной, Владыка, – предпринял он последнюю попытку.
Владыка улыбнулся, влажно чавкнув клыками.
– Вряд ли она будет страннее меня.
Король нервно сглотнул и указал рукой на тронный зал:
– В таком случае идёмте, милорд.
Владыка фыркнул и поправил:
– Шахджахан. Ессли тебе не нравится зсвать меня Владыкой, эльф, зсови Шахджаханом. Этот титул мне дали сстепняки.
– И что же он означает? – из вежливости спросил король.
– «Чщёрный хозсяин», – оскалившись, ответил Зверь.
***
Вечером король расчёсывал свои длинные волосы перед изящным резным зеркалом и жаловался стоявшей на балконе королеве:
– Эта тварь просто невыносима! Как он смеет являться в мой замок и раздавать указания?! Животное, настоящее животное!
– Ты произсносишь это слово так, будто это оскорбление, а не похвала, – раздался в ответ тихий насмешливый голос супруги.
– Это и есть оскорбление, дорогая! – воскликнул король. – Этот, не побоюсь этого слова, скот весь вечер не обращал никакого внимания ни на меня, ни на других королей! Зачем, спрашивается, вообще приходил?! Никогда не поверю, что его слова о совете прийти от этой мифической Всематери – правда! Если нечего было сказать, мог бы и отменить собрание! Как будто без этого у нас забот не хватает! Да он даже на Ленвальда смотрел, как на пустое место! А ведь тот так близок к самой Звёздной госпоже!
– Слушая тебя, можно зсаподозрить их в чём-то неприличном, а ведь этот тихий ушастик лишь её гонец, – отозвался голос с балкона.
– Как ты могла такое сказать, дорогая?! – возмутился король. – Это же верх неприли…
– Ну, во-первых, не «могла», а «мог», – голос с балкона начал приближаться, и по мере того, как он приближался, он неуловимо менялся. – А, во-вторых, я дейсствительно счщитаю этого зсабитого тихоню просстым гонцом. И хватит бледнеть! Я к твоей жшене и пальцем не прикассался, только уссыпил! А то, что ты счщитаешь меня источщником вссех бед в мире, это только твои проблемы. Да не проклинал никто ваш род, никому вы не нужны! Можшно подумать, я целыми днями только и занимаюсь построением коварных планов и придумываем всяких гадостей! Делать мне больше нечщего! – эту не очень связную, но, безусловно, весьма эмоциональную речь Владыка произнёс перед оторопевшим, совершенно не ожидавшим, что Владыка умеет читать мысли, королём эльфов.
Король же, осознав, что Влалыка слышал все нелестные эпитеты, прозвучавшие в его адрес, побледнел ещё сильнее, ожидая справедливой кары. Откуда ему было знать, что Владыке совершеннейшим образом безразлично кто и что о нём говорил и думал?
Зверь нехорошо улыбнулся.
***
– Это было не слишком красиво, с вашей стороны, великий Шахджахан, – тихий нежный голос коснулся спины Владыки, заставив его остановиться.
– Мне нет дела до твоих слов, Ленвальд, – отрубил Хозяин, даже не повернувшись. Лоуэр тихо пискнула, когда он слишком сильно сдавил её ладошку когтями.
Между тем, из-за ближайшей колонны выплыл красивый юноша с длинными белыми волосами и аметистовыми глазами, ярко сверкавшими на нежном лице. Полупрозрачные голубые ткани, мягко струились по его хрупкому телу.
Владыка подхватил Лоуэр на руки и быстрее зашагал к выходу из дворца, всем своим видом выражая нежелание продолжать диалог.
Ленвальд, проводил спину Владыки грустными глазами, не решаясь больше его задерживать.
***
Они появились у парадного входа замка.
– Ну вот, Лала, твой новый дом, – просто сказал Владыка, махнув когтями куда-то в сторону верхних этажей.
Девочка, с восхищением и некоторой опаской осматривавшая монументальность громадного белого замка, тем не менее нашла в себе силы удивилась:
– Как ты меня назвал?
– Лала. Тебе не нравится?
– Ла-ла, – медленно повторила малышка. – Ла-ла. Вообще-то у нас такие обращения не приняты, но когда именно ты это произносишь, звучит гораздо лучше, чем Лоуэр!
– Скоро ты перестанешь быть эльфом. Можешь начинать причислять себя к нам, гердам.
Девочка кивнула, задумавшись, и промолчала вплоть до третьего этажа. В качестве итога всех своих размышлений, она огорошила Владыку удивительным выводом:
– Ты не злой.
– Поясни. – попросил Владыка.
– Папа говорит, что ты страшный, а раз кто-то страшный, он должен быть злым. Но ты не страшный, а значит и не злой.
Владыка смерил девочку долгим внимательным взглядом, от которого ей стало не по себе.
– По-твоему, зло всегда должно быть уродливо?
– А как иначе? – удивился ребёнок. – Разве красивое может быть плохим, а некрасивое – добрым? Мама всегда говорила, что может быть только так и не иначе.
– Ты когда-то говорила с орками, – разумеется, перед поездкой к эльфам он навёл справки, – которых никто никогда не назовёт красавцами. Они были злыми?
Глаза малышки широко распахнулись, ротик округлился, а кулачки сжались. Раньше она об этом не думала, принимая на веру слова родителей.
– Никогда не смотри на лицо. Для многих дряней нацепить красивую оболочку не составит труда. Смотри на то, что внутри: на цвет души, на свет, что идёт из глаз, на интонации слов и эмоции. У каждого есть запах, который может рассказать о нём почти всё. Просто надо уметь чувствовать.
– И чем пахнет зло? – серьёзно спросила Лала.
Владыка невесело усмехнулся:
– О, ты даже представить себе не сможешь, как разнообразно оно может смердить. Так много запахов нет ни у чего другого.
Лала внимательно на него посмотрела и с недетской серьёзность вдруг сказала:
– Ты не шипишь.
– Да, но всем остальным об этом знать не следует.
Малышка сосредоточенно кивнула. Странный Шахджахан ей очень понравился, поэтому она решила во что бы то ни стало сохранить его секрет.