Шарлотта Штейн – Как помочь голодному оборотню (страница 14)

– Ну… нет. Но это еще ничего не значит.

– Я не согласна. Должно же быть хоть что-то. Хоть какие-то признаки.

– Ты же знаешь, что их нет. И если ты помнишь, раньше мы с тобой частенько жаловались, что, мол, как же жалко, что мы не знаем, есть ли все это на самом деле. – Сет отвел взгляд.

Его глаза затуманились.

И Кэсси прекрасно понимала, в чем дело: сама она старалась не делать этого с тех самых пор, как увидела его на пороге своего дома. Он погрузился в воспоминания. Вспоминал, как они шептались, уютно устроившись в ее шкафу, в куче старой одежды, оберток от жвачки и крошек от попкорна. Вспоминал, как летом их кожа была липкой от пота, а зимой они дрожали от холода, просачивающегося через хлипкие окна ее спальни.

Она вспомнила, как однажды сказала: «Так обидно, что потусторонний мир – это выдумка».

И как Сет сказал ей что-то подобное, когда они нашли в лесу полое дерево. Они были уверены, что в стволе спрятано что-то жуткое, но нашли там только насекомых, мульчу и кусочки коры. Они проложили полый ствол дерева брезентом и сделали там убежище. И однажды, когда они в очередной раз скрылись от мира в его пыльном голубоватом полумраке, Сет рассказал ей, что почувствовал, когда впервые увидел, что там ничего нет: «Я думал, мы нашли проход в другой мир, но вместо этого – только гниль и рухлядь».

Когда Сет снова посмотрел на нее, она поняла, что была права. Он с головой погрузился в воспоминания. Кэсси поняла это еще до того, как он заговорил – тихо, с непонятной тоской:

– Здорово, когда рядом есть кто-то, кто тоже испытывает это разочарование. Кто-то, кто тебя понимает. Когда это случилось со мной, ты уже уехала.

Ей пришлось отвернуться, чтобы он не заметил, как ее глаза наполнились слезами. Потому что он был прав. Это и правда здорово. Только вот все это напоминало ей о том, чего уже никогда не будет. О разговорах, которые никогда не состоятся. О смятении, которое она переживала сейчас, когда оказалось, что то, о чем она не могла и мечтать, существовало на самом деле – и да, пугало, но в то же время поражало воображение. А еще наводило жуткую тоску, потому что почему-то казалось таким обыденным!

Это просто невероятно.

Дико.

Это…

Они должны были разделить эти моменты.

Но он пережил все эти мучения в одиночку.

– Я не виновата, что мы переехали. И я уж точно не виновата в том, что рядом с тобой больше нет человека, который бы тебя понял, – сказала она, и до чего же язвительной получилась эта фраза. Просто ужас. Но иначе она не могла. Не могла вот так взять и забыть все, через что ей пришлось пройти, и сделать вид, что теперь между ними все как прежде.

Скорее всего, ему было на это плевать, пусть его слова и говорили об обратном.

– Я знаю, – просто ответил он, пожав плечами.

И Кэсси поняла, что может смотреть ему в глаза.

– Как по мне, это ни хорошо ни плохо. В целом все как обычно. Ну напало на тебя отмороженное существо, ну начинаешь ты после этого потеть, кусать нижнюю губу и разрывать на себе одежду.

– Ага. И правда ничего странного. Совершенно нормальное явление.

– Ясненько. И ты просто занимаешься своими делами, как те вампиры, которые не живут в замке?

– Да. Черт возьми, большую часть времени я вообще не контролирую, что происходит.

– Ну, сейчас ты выглядишь так, как будто ничего не происходит.

– Ну да, разве что у меня рука вывернута наизнанку.

Сет сказал это весело. Как будто хотел пошутить.

Но тут ткань ночной рубашки скользнула в сторону, и Кэсси снова с трудом сдержала крик. Ей пришлось до боли стиснуть губы, но она все равно застонала от ужаса.

И вполне обоснованно.

Потому что если не приглядываться, то казалось, что его локоть застрял в каком-то рукаве.

Только вот рукав этот был не тканью, а кожей. Огромной открытой раной.

А еще Кэсси видела кости – много-много костей, которых там, вообще-то, не должно было быть. Как она вообще могла не заметить? Их ведь было видно даже из-под ночной рубашки. Кости были неправильной формы, неправильные… в принципе. И все это было так ужасно, что она даже не могла этого осознать.

Умом-то Кэсси понимала, что трансформации – не самый легкий процесс, но остальные ее чувства кричали, что сверхъестественное существует на самом деле, что человек может превратиться в совершенно другое существо, а еще что Сет почему-то все еще был жив. С такой раной он давно должен был умереть. Должен был распластаться на полу.

Так что она не удивилась, когда он обмяк.

И все же распластался.

Глава 6

Плохо, когда у тебя в коридоре падает в обморок твой заклятый враг, оказавшийся к тому же оборотнем. Но хуже всего то, что оборотней в принципе не должно существовать. Для большинства людей их и не существовало, так что Кэсси даже не понимала, как помочь ему. Не открывать же инструкцию по оказанию первой помощи? Вряд ли там написано, что делать, если медицинская помощь нужна оборотню.

Позвонить в службу спасения она тоже не могла.

Но, несмотря на это – а также на то, что всего пять минут назад Кэсси поклялась, что не станет вникать в проблемы Сета, – она поймала себя на том, что снова поддается чувствам. Когда она увидела его на полу, такого бледного, мокрого от пота, помятого, у нее в груди что-то сжалось. К тому же сейчас, впервые за долгие годы, он был безумно похож на мальчишку, с которым она дружила до старшей школы. Черты его лица как будто смягчились, и от этого он казался моложе, чем был на самом деле.

Ему только очков не хватало, чтобы снова стать тем мальчиком, которого Кэсси когда-то знала.

Эта мысль помогла ей взять себя в руки и начать действовать. Сделав несколько глубоких вдохов, Кэсси встала на колени рядом с его исполинским телом, дрожащими пальцами коснулась самой безобидной его части, руки, и не без труда начала укладывать Сета на бок.

«И ничего сложного», – подумала она.

Но это было не совсем так, потому что, коснувшись его бицепса, она ощутила твердость и силу мышц Сета, и ей пришлось приложить немалые усилия, чтобы все же уложить его тяжелое, мощное тело в правильное положение. А какой горячей была его кожа… если бы Кэсси не знала, в чем причина, она бы решила, что у него началась лихорадка.

«У животных температура выше, чем у людей», – промелькнула мысль в голове.

И именно в тот момент, когда Кэсси старательно корила себя за подобные мысли, она почувствовала его запах. Этот сладкий аромат она помнила еще с тех пор, как они были детьми. Только теперь запах был немного другим, потому что в нем чувствовались нотки теплого меха, вспотевшей на солнце кожи и… так, все, это уже слишком. Это перебор.

Ей не нравилось, что у нее возникали такие мысли.

И вообще, нужно было перестать к нему прикасаться.

Когда она трогала Сета, у нее возникало такое странное чувство… нечто подобное она испытывала, когда в подростковом возрасте случайно задевала его там, где не собиралась. Например, однажды, когда они были в библиотеке, она нагнулась, чтобы передать книгу с нижней полки, и случайно коснулась рукой его шорт. Кэсси так нравились те короткие шорты в стиле семидесятых.

С этой мыслью она подняла глаза…

И увидела, что Сет смотрит прямо на нее.

– Ты что творишь? – спросил он, и до чего же странно это прозвучало. Как будто он проснулся и застукал ее, когда она к нему приставала. А может, увидев румянец, который – она точно это знала – заливал ее щеки, Сет предположил, что это значит что-то другое, а не то, что значило на самом деле.

«Хотя все было совсем не так. Совсем не так, как он подумал. Я просто не привыкла к здоровенным парням, от которых пахнет так сексуально», – подумала Кэсси.

И с облегчением поняла, что, во-первых, эти нелепые мысли появились только потому, что она очень сильно нервничала, а во-вторых, Сет, к счастью, не умел читать мысли.

Он мог лишь услышать, что она говорит вслух, – а слова она подобрала очень тщательно.

– Вообще-то, я тут стараюсь, чтобы ты не помер.

– Щупая меня за бицепсы и задницу?

– Секундочку. Задницу я не трогала.

– Нет, но еще чуть-чуть, и до этого бы тоже дошло.

– Я как-то об этом не подумала. Наверное, потому, что мне пришлось двигать твою здоровенную тушу вот этими крошечными ладошками. И прежде чем ты начнешь комментировать размеры моих ладоней, вспомни, что я пыталась спасти тебе жизнь.

Кэсси с сердитым видом вскочила на ноги, твердо намереваясь убраться от него подальше, но Сет встал вслед за ней. Встал, как будто с ним все было в порядке – и он собирался и дальше портить ей жизнь.

Конечно же, он с возмущенным видом потопал за ней на кухню.

– Так, ну во-первых, ничего подобного я делать не собирался. У тебя чертовски милые ладошки, и я вообще не понимаю, о чем ты говоришь, – раздраженно сказал Сет. А затем, пока до нее доходил смысл его слов, пока она думала: «Он что, считает мои ладони милыми?» – он выпалил: – А во-вторых… ты правда пыталась спасти мне жизнь? Ты серьезно боялась, что я умру?

Кэсси не знала, что на это ответить.

Потому что в его голосе как будто… как будто…

Как будто была надежда. Но Кэсси просто не могла позволить себе в это поверить.

«Наверное, он бредит, – подумала она, – потому что у него покалечена рука».