Шарлотта Бронте – Истинная сущность любви: Английская поэзия эпохи королевы Виктории (страница 32)

Воспоминания о любви[22]

Как тих сей уголок лесной! Любовь дышала здесь, конечно; Постель из вереска беспечно Вздымалась ласковой волной, Тебя желая бесконечно. Где восемь вёсен, как лежал Я среди вереска Квантока? Внимал журчанию потока, Что скрытно там и тут блуждал, И жаворонок пел высоко. Коль воздух с именем твоим Не зазвучал ещё; пытливый К чему твой взор? И вздох тоскливый? И с обещанием благим? Иль это дух твой молчаливый? Как знак родимый ищет мать В давно потерянном дитяти, Тебя любил я, ждал объятий! Но той, чью полюбил я стать, Я был обманут в благодати. Ты предо мной стоишь, как цель, Мечта, запомненная снами. Казалось, кроткими глазами О страсти говоришь досель; Во мне струишь ты, Грета, пламя. Любовь не побуждала ль нас? Не был ли шёпот непрестанный Любви, как хохот твой гортанный? Один лишь голос в тихий час, Припев, столь громкий и желанный.

Страсть[23]

У истинной Любви и Страсть чиста; Земная в ней отражена черта, Чью суть создал на небесах Творец, Но переводит на язык сердец.

Роберт Саути[24]

(1774–1843)

Ариста[25]

Легенды славят мастера-творца, Кто с многих дев писал свою Венеру, — Когда пылали страстные сердца И бились от волнения без меры. Он отбирал на острове своём У всех красавиц: то румянец алый, То нежный взгляд, улыбку ясным днём, То блеск очей, живой или усталый. Прекраснейшее видя мастерство, Народ пред ним пал ниц в молитве чистой, Венком украсив миртовым того, Чей дар изобразил тебя, Ариста. Несчастлив тот художник, кто в других Находит прелесть нежных щёк твоих.

О, Валентин[26]

О, Валентин, скажи той деве милой, Чей образ до сих пор в моих мечтах, Что вновь я здесь, в тени густой, унылой, И ночи мрак печален, как монах. Что в жизни я своей уединённой Страдаю каждый вечер в тишине И слушаю тоскливо перезвоны, Поющие ей так же, как и мне. Скажи, что я вздыхаю от мученья, Чарующий представив силуэт, Глаз волшебство в своём воображенье И на щеках улыбки дивный свет;