Шарль Бодлер – Бодлер Шарль. Избранное. В переводе Станислава Хромова (страница 6)
Тоскливо ветер воет на пороге,
Погас камин, и снова зябнешь ты.
И лунным светом ночью греешь плечи.
Вино все выпито – где ж мир лазурный тот,
В котором жизнь по-новому пойдет,
И фея золотом осыплет наши речи.
Кругом разврат, бессонница, тоска,
Молитва ради жалкого куска —
Церковным служкой трешься у амвона,
То донага раздета пред толпой,
Ты скачешь в безысходности слепой
Сквозь слезы у редакторского трона.
СКВЕРНЫЙ МОНАХ
Светились Истиной иконы в темном зале,
Что были писаны за совесть – не за страх,
Благочестивых стен тогда оберегали
Покой и красоту в святых монастырях.
Ростки учения всевышнего – монахи,
Отжив в трудах, ложились в эту твердь,
И голову склонив на смертной плахе,
Они в душе благословляли Смерть.
А мне мой гроб – душа, и жизнь моя – могила,
Соседствует всегда божественная сила
С пустой обителью вселенских вечных мук,
Воздвигну ль я на этом гадком месте
Чудесный храм с мечтой вместе —
Творение моих извечно праздных рук?
ВРАГ
Я помню молодость лишь в сумраке грозы,
И редкий луч, прорвавшийся сквозь тучи;
В саду давно залило борозды,
А дождь все лил и лил с небесной кручи.
Пришла пора осенних размышлений,
И снова надо грядки боронить…
Из ям с водой воскреснет сад осенний —
Из ям, в которых можно хоронить.
Кто знает, к радости поднимутся ли снова
Цветы из этого раскисшего покрова,
Что соком вод проточных напоен?
О, горькая судьба!
Вся наша жизнь случайна,
И враг ее высасывает тайно,
НЕУДАЧА
О, подари мне высший свет,
Сизиф – твой дух велит мне жить,
Чтоб мог я труд свой завершить!
Искусство вечно, время – нет.
И потому к гробам земным
От тех гробниц, что их чудесней,
Летит мой дух, и вслед за ним
Мотивы погребальной песни.
Они забытые в глуши,
Хранят с тоской не для забавы
Во тьме сокровища души;
В обители пустынной травы,
Как тайну сладостной отравы,
Льют чудный аромат в тиши.
ПРЕДСУЩЕСТВОВАНИЕ
Я жил когда-то в царственном дворце…
Тянулись всюду колоннады в небо —
Он представлялся гротом мне волшебным
В лучах заката, в солнечном венце.
Я слушал, как вздыхает океан,
Какую музыку вечерний шум прибоя
Уносит в небо ало – голубое, 
