Шамиль Пашаев – Релдан. Путь немешиона (Трехтомник) (страница 60)

– Зачем? – искренне удивилась Эристела. Даже Зармал невольно проявил любопытство, выпрямившись так, чтобы край капюшона задрался выше – так он мог лучше видеть из-под него.

– Там откуда меня похитили ваши наемники…

– Они не мои наемники, а данники, – поправила алимарх. – Судя по всему вопрос у тебя серьезный, поэтому важно сразу четко обозначить определения. Так вот, девочка, наемников нанимают для конкретной задачи за нечто ценное. Данники же это те, кто надеется что-то получить от нас и боится попросить об этом прямо. Некоторые ушлые правители из смертного скота считают, что, принеся мне что-либо в дар, могут ожидать встречной любезности. Я не против такого – глупо отказываться от еды, которая сама идет тебе в руки и не требует серьезной платы. Это политика. Чтобы ты понимала, девочка, ни я, ни последний из лакримолей Мелвы не имел понятия о конкретно твоем племени и что в нем вообще есть ты.

– Ты хочешь сказать, что правители сами привозят вам на съедение своих подданных? – не поверила Юли.

– Ну, теперь уже вернее говорить не «вам», а «нам», ведь теперь в дани есть и твоя доля. Но все немного сложнее. Конечно, если скот не будет получать за свои труды ничего совершенно – то в скором времени они перестанут что-то приносить. Поэтому я иногда удовлетворяю их просьбы. Если, разумеется, вижу в них пользу для своего народа. Но мы отвлеклись. Зачем тебе уходить от нас? Насколько я понимаю, твоих сородичей убили всех подчистую. Лишь одному из них удалось обрести темный дар и стать твоим фамильяром.

– Нет. Есть еще один человек. Его не было в кочевье, когда ваши данники напали на него.

Эристела спрятала подбородок в ладонях и улыбнулась:

– Вот оно что… Любовь.

Алимарх встала с трона и подошла к окну. Она какое-то время смотрела на лазурные волны, бившиеся у пляжа, шпили дворцов Высоких домов, ухоженные лужайки пустынного города и небольшое количество простых смертных, которые шли по делам и поручениям своих хозяев. Наконец, Эристела обернулась к Юли. На ее лице не было улыбки. Ее ухоженное, нестареющее лицо и, особенно, глаза выражало глубокую скорбь об утраченном чувстве. Однако голос ее звучал также властно и уверено:

– Ты не можешь покинуть Мелву, – сказала Эристела.

– Вы меня не остановите! – оскалила клыки Юли.

– Нет. Не буду и пытаться. Мне это ни к чему, дитя.

– Тогда, я не понимаю, – нахмурилась кочевница.

– Конечно, не понимаешь. Потому что не слушала. Повторюсь, Темная Сфера не только символ власти нашей расы – он также и ее источник. Ты уже какое-то время находишься здесь. Скажи, ты не задавалась вопросом, почему Дети Ночи выбрали местом для дома уединенную гавань вдали от обитаемых скотом мест, хотя для жизни им нужна кровь? Думаю, не задавалась.

– Мне было как-то…

– Тебе было все равно. Это нормально. Но я скажу тебе… Это место выбрала я, дитя. Причин тому множество, но главных три. Во-первых, удалено от скота, который не докучает нам, но не защищен от нас.

– Не докучает?

– Разумеется! Им так далеко до нас добираться, что любопытные десять раз подумают, перед тем, как заявиться на полуостров. Ты даже не представляешь, сколь много их было в давние времена. Так или иначе, Дети Ночи включались в их мимолетную жизнь. Отсюда вторая причина, по которой мы здесь – мы не создаем лишних ртов без веской причины. Это к слову и тебя касается.

– А какая третья причина?

– Третья причина – я. Я владелица Темной Сферы. Именно меня она признала своей хозяйкой и лишь в моих руках, она благо для моего народа.

– Я не против. Только не могу понять, как это связано с тем, что я хочу уйти, – нахмурилась Юли. – Это вообще связано?

– Еще как, связано – передразнила алимарх, – Дети Ночи не могут уходить далеко от артефакта. Чем дальше они от нее, тем они слабее. Ты можешь уйти, но рано или поздно вернешься сюда, по мере того, как будешь лишаться жизненных сил. Те, кто бегает быстрее ветра в Мелве, падают от усталости в Рене,[52] Локаре или на полпути в Аллерию. Любая способность, обретенная благодаря дару темной крови – слабеет и чахнет. Даже восполнение сил чужой кровью перестает спасать. Ни один из тех, кто отправился на другой континент, не вернулся обратно: без подпитки Темной Сферы они просто погибли. Вот почему ты не можешь покинуть Мессодину, дитя. Ты странная и, может быть, не совсем подходишь моему двору, но… лично мне ты ничего плохого не сделала. Поэтому при других обстоятельствах, я, возможно, сама помогла тебе собраться в дорогу. Однако отпустить тебя на поиски твоего возлюбленного все равно, что подписать тебе смертный приговор. А если прибавить к этому пророчество Великого Змея – все еще больше усложняется.

– Разве нет никакого способа, чтобы покинуть это место?

– Если и есть, то он мне неведом, – честно сказала Эристела, рассматривая свои изящные ногти, всем своим видом давая понять, что драма Юли ей больше не любопытна. – Разве что ты сама его придумаешь.

Юли сжала кулаки, но ей хватило здравого смысла поблагодарить за ответ и выйти из тронного зала с поклоном.

– Ну как? Что она тебе сказала? – вскинулся Шаванас, ожидавший за дверью.

– Не уверена, что тебя это касается! – зло ответила кочевница, едва сдерживая эмоции.

– Я теперь твой отец, нравится тебе это или нет! Имей капельку уважения, – возмутился Шаванас.

– От отца у тебя только название, которое, к слову, ты сам себе дал! – ответила девушка. – Я расскажу, о чем мы с алимархом говорили, но позже. Я сейчас я тебе и этой вашей суке обещаю, что найду способ покинуть это место!

– Если ты сейчас говоришь о нашей повелительнице, то я бы на твоем месте сменил тон – напрягся вампир. – Лучше пойдем в Вартиэль, там ты немного успокоишься и расскажешь мне, что произошло. Пусть отец я тебе ненастоящий, но возможно смогу быть полезен.

Юли молча буравила Шаванаса взглядом, но в итоге кивнула.

– Она сказала, что…

– Не здесь, дитя мое. Расскажешь все дома, – оборвал Шаванас и предложил Юли руку.

Сед Моран

Зарод проснулся за столом "Золотого Рога" и зашарил по столу в поисках пива. Гулкий стук посыпавшихся со стола кружек возвестил о том, что гулянка закончилась, и банда из пятидесяти человек потихоньку расползлась по комнатам. Последняя работа от принца Варнуса принесла немалую выгоду. Даже с учетом оплаты услуг Темного Владетеля, осталось достаточно оболенов, чтобы купить пару таких таверн поближе к городу. Он собственно и собирался немного ослабить поводья, чтобы дать воинам отдохнуть в Рахгене. Однако не успел он толком въехать в Локар, как доверенный человек принца передал еще одно настоятельное предложение навестить в Ярангском лесу некоего "достойного мэтра Равона" и доставить ко двору блаженной сомы[53] к семейному празднику. Услышав о Ярангском лесе, Зарод скрипнул зубами от досады. Не просто далеко – другой континент! Манера аристократов дипломатично называть дурманящую разум отраву никогда не была понятна Зароду, однако деньги, которые принц сулил за срочность, были немалые. К тому же, в виду срочности, большую часть пути, принц обещал обеспечить магическим порталом. Поэтому Зарод думал не долго, и отправил десяток воинов с лишними скаргами и лошадьми в казармы Локара, построил остальных в конную колонну и шагнул в портал. Найти достойного мэтра в Ярангской чаще оказалось непросто, но Зарод быстро справился благодаря своим врожденным инстинктам кочевника и пахучим ингридиенциям, которые полоумный маг использовал для работы. Воняли они, почитай, на весь лес. Заплатив магу, он получил приличный мешочек дворянской отравы и поспешил убраться из дубравы. Однако вскоре, Зарод заметил, что многие из его людей, нанюхавшись паров и дыма "темных специй" ведут себя странно и вяло. Да и сам он чувствовал, что мысли временами уплывают куда-то далеко. Время не поджимало, и он решил сделать привал в небольшой таверне. Проснувшись поутру, Зарод понял, что сделал это зря – его, как и всех остальных трясло и ломало от паров "блаженной сомы" просто везде. В таком же состоянии были и другие маготы, поэтому привал невольно пришлось продлить. На второй день кочевников немного отпустило, но они были в таверне, и здесь было, что выпить! Зарод и сам был не прочь немного расслабиться и попойка началась. Затем еще одна и еще одна. Глядя на это Зарод понемногу зверел, видя, что третья гулянка была, явно, лишней и нанесла серьезный урон дисциплине. Маготы – воистину отличные воины, но в мирное время магот любит поесть за двоих и выпить за троих. А если еще и после удачного дела – то и за пятерых может справиться. Поняв, куда движется дело, хозяин таверны просто принял деньги, оставил все припасы гостям и уехал вместе с женой двумя дочерями из таверны на неделю. Решил погостить у родных, пока лихие гуляки не положили глаз на него самого и семью. Но пора заканчивать этот бардак! Но прежде… Зарод провел пятерней по шевелюре и тяжело встал помочиться. Глядя как вчерашнее пиво покидает его недра, Зарод вдруг вспомнил… Врах два дня назад, рассказал про какого-то серьезного гнома, а затем взял семерых или… десятерых воинов и был таков. Нет, все, и правда, зашло далеко! – недовольно хмыкнул Ястреб.

– Эй, Нарим! – окликнул Зарод крепкого, жилистого магота, который избавлялся от остатка ужина за углом трактира. – Куда делся мой асагар? Я помню, что видел его… недавно.