Шамиль Пашаев – Релдан. Путь немешиона (Трехтомник) (страница 22)

– Ну, ты мелешь, ворон! Не убьет же ее Варнус, в конце концов! В этом нет никакого смысла для Локара. Мое предложение более чем выгодное – оно перспективное! Если Варнус поумнеет и возьмется за дело с умом – я, со своей стороны, не стану препятствовать его росту при моем дворе! Посмотри на меня, – я давно тут засиделся! Полноте, Офелис – все будет спокойно! Проводи-ка меня, лучше, в Пеополис. Звон мечей бодрит мой дух, как ничто другое!

Утром следующего дня, король Локара, Цандергород, вскользь прочитал донесение о смерти инфанты, бросил бумагу в камин и сел в кресло своего верного палача.

– Поднимите подбородок, ваше величество! Вот так, отлично! Скоро закончим, – сказал верный слуга, подготавливая бритву.

– Поаккуратнее там, Лончель! Порежешь, как в прошлый раз, – на кол посажу! – проворчал Цандергород.

– Говорить мне такое, когда у меня в руках столь острый инструмент – не очень мудро, повелитель, – рассмеялся Лончель.

– И почему я тебя до сих пор держу? – вздохнул король.

– Может потому, что я отличный брадобрей, а вы не любите бороды? – улыбнулся волосатых дел мастер.

– Верно, Лончель, мастер ты отличный, спору нет! Но иногда хочется тебя немного укоротить, – ухмыльнулся король.

– Плохие новости, государь?

– Я говорил с Варатом, – помрачнел Цандергород. – Похоже? он понял мое послание немного не так, как ожидал.

– Будет война? – поднял брови Лончель, не прекращая брить.

– Война? – удивился Цандергород.

– Мы убили его племянницу, – напомнил Лончель.

– Начинать войну с нами из-за инфанты? Если я хоть что-то понимаю в том, как думает аллериец, – без доказательств он на такое не пойдет! Будь я лекарем, назвал его болезнь «королевским благородством» или как-то еще… Но я тот, кто есть, а потому скажу, как есть – он законченный болван! Хотя, недооценивать его было бы тоже глупо. Уверен, если Варат получит хоть одно настоящее доказательство нашей причастности к пропаже Эрмалии – Локару конец. Но у него их нет, и не будет! Наши конфиденты уже отправилась подчистить грязь и выставить все, как дорожное ограбление.

– И что же будет дальше? – спросил Лончель, смочив полотенце.

– Посмотрим. По крайней мере, у Локара останется, какой-никакой, собственный принц королевской крови. К тому же, я почти уверен, что последствия смерти моей несостоявшейся невестки будут минимальными. Варат криклив, как выпь, и грозен с виду, но рационален и добр внутри. С таким можно делать все, что хочешь, если, конечно, подать правильно.

– Отдать племянницу в заложницы? Это не выглядит рациональным, – сказал Лончель.

– Ты не видишь всей картины, друг мой. Видишь ли, его предложение было действительно выгодным для нашего рода. И он сделал его потому, что верит, что мой сын лучше, чем тот ублюдок, которого знаю я сам! Варат думал, что Аллерия, благодаря союзу Эрмалии и Варнуса сможет бескровно обрасти Локариндией и это принесет пользу обоим королевствам! Это был отличный ход – в его положении я и сам такое мог предложить! Так что, повторюсь, Варат – рационален. Я почти уверен, что, когда известия о пропаже инфанты дойдут до него, это не сделает его более или менее сговорчивым при обсуждении пошлин, например, на зерно! – сказал Цандергород.

– Разве в Хеодаре нет зерна? – удивился Лончель.

– В том-то и дело, Лончель: зерна там достаточно, чтобы прокормить Хеодар и еще, боги знают, сколько городов поменьше! Но мое тоже должно где-то продаваться, а этот ублюдок все равно не снижает пошлин! Тьфу, Лончель! Я не зерно хочу ему толкать, как какой-то торгаш! Я хочу того же, что и он, но с другим акцентом! Для начала, мне нужно, чтобы род Корбулов признал наш двор – поэтому я и заговорил с ним о свадьбе. Но это не главное – я хочу объединения наших земель, понимаешь? Пусть не я и не Варнус, но его плоть и кровь станет во главе двух королевств! Я что так много хочу?! Ах, зараза! Ты меня все-таки порезал, идиот!

На щеке Цандергорода открылся новый порез.

– Простите, повелитель. Вы дернулись. Мне уже идти на эшафот? – спросил Лончель.

– Да чего уж там, без тебя там все заржавеет в момент! Хотя, я бы посмотрел, как палач садится на собственный кол. Ха-ха-ха-хааа!! – рассмеялся Цандергород.

– Старая шутка, повелитель, – не разделил веселья Лончель. – Кстати, кол не самое любимое из моих орудий. Пользуясь, случаем, хочу спросить, что делать с теми дикарями, что приволок Зарод? Они уже выложили все, что знают.

– Эта их сходка под камнями меня беспокоит, Лончель, но все, что они выложили пленники не стоит ничего. Похоже, что они и правда ничего не знают или же их вожди ничего толкового не придумали. Может они просто собрались покурить свои травки и разошлись, но все равно держи нос по ветру. Рабов отправь в каменоломню – там все мрут, как мухи. Руки лишними не будут. О! Хорошо, что вспомнил: я думаю нам нужно больше этих грязных дикарей! Отправь Зароду депешу! Нет, лучше ворона – так будет быстрее! Пусть заплатит своим обезьянам за новую партию криворожих степняков. На этот раз, мне нужны пятьдесят отборных и молодых. Надо поблагодарить Эристелу – ее лакримоль хорошо поработал с моей несостоявшейся невестой.

– Рад, что вы довольны, повелитель, – сказал Лончель.

– Доволен, да… Но эта жуткая тварь… Лончель, если бы я не знал, что она меня не тронет – надудел бы в штаны. Возможно, их услуги скоро понадобятся, а свежатина у них в почете, – потер переносицу король.

– Ну, вот и все, величество вы наше, – промокнул шею Цандергороду палач. – Сказать, чтобы несли поесть?

– Давай. И ненавязчиво проверь нашего таинственного друга. Думаю, он заигрался в повелителя пиратов. Убедись, что он хорошо подтер следы за собой и, главное, за Варнусом.

– И затем… отправить на дно? – уточнил Лончель.

– Нет, дурак. В этот путь он сам уйдет когда-нибудь. Какой смысл Локару ссориться с Черным Владетелем Рахгена? Это же, по сути, единственный доступный способ связи с Мелвой! Тебе лишь бы пришить кого. Запомни, поддержка алимарха нам еще нужна. Что касается более мелких дел, то пусть Зарод доставит дар моему бастарду, а тот подтвердит доставку! Я хочу быть уверен, что все прошло гладко. Пусть не появляется в городе сам, а весть пришлет через своего зверя! Полноте… Мне в этот раз вполне хватит и устного подтверждения.

– Растормика? – удивился палач.

– Да – для него будет новое поручение. Терновая Рука[24] слишком распустила своих конфидентов. Это же надо, накопать столько грязи на моего сына, чтобы аллериец воротил от него нос! Пора их укоротить! Их магистр отлично подойдет для такого дела.

– Повелитель, Бледный Хараз не просто магистр Гильдии воров, – занервничал Лончель, – Он еще и друг детства Варата. Вы уверены, что стоит его трогать?

– Путь к величию не терпит слабости! – рявкнул Цандергород. – Тебе не понять! Ты просто встретишь Растормика в условленном месте и покормишь его той дрянью, без которой он не может нормально работать.

– Как скажете, повелитель, – поклонился палач.

– Иди. И пусть уже повар принесет хоть что-нибудь поесть, иначе несчастный народ Локара очень скоро осиротеет, но он, подлец, этого уже не увидит!

После трапезы Лончель снова появился перед своим повелителем. В этот раз он сменил передник брадобрея на одежду простого чиновника, а в руках он держал вскрытый конверт.

– Что случилось? – спросил Цандергород, заметив плохо скрываемое возбуждение в глазах палача. – Опять проблемы на севере?

– Нет, повелитель. Скорее запоздавшие дополнительные сведения. Наш конфидент в степи докладывает, что все старшие племена кочевников собираются на большую встречу.

– И что из этого следует? Нам стоит чего-то опасаться? – уточнил король.

– Не думаю. Скорее это просто подтверждение того, о чем нам рассказали пленники. Я присмотрюсь к происходящему во избежание неожиданностей. Но в письме есть одна странная деталь, повелитель. Конфидент сообщает о некоем человеке, который способен двигаться быстрее ветра. Мне это показалось неожиданным.

– Какую неожиданность могут выкатить эти степные обезьяны? Разве что всей ордой ринуться грабить и убивать, – проворчал король, пробегая глазами донесение. – Скорее всего, один из их чародеев наглотался зелья. Плевать. Известно, зачем они собираются или уже собрались?

– Мы знаем лишь, что нойоны пригласили остальных, но зачем… конфидент не знает. В степи сведения распространяются не так, как в городах. Иногда сведения идут месяцами, а порой неделями. Тут сложно быть уверенным в чем-то, – развел руками Лончель. – Этих дикарей сложно понять, повелитель: они могут собраться, чтобы договориться о перемирии, дележе территорий или даже об общей свадьбе. Последний Большой Гункан был тридцать лет назад, если не раньше. На нем они впервые за долгое время объединились, чтобы пощипать границы соседей, Но это, скорее, исключение, чем само правило. Не обязательно, что они бросятся на нас – мы не давали повода нойонам или другим племенам. Мы даже иногда торгуем с ними.

– Повод! Ха! Им не нужен повод для набегов – война пылала в их крови всегда! Говоришь нам нечего пока опасаться, пусть так. Разузнай об этом больше… и об их главарях тоже! Особенно мне интересен тот из них, кто собрал остальных, – сказал Цандергород, поднося пакет к горящему факелу на стене.