Шамиль Пашаев – Релдан. Путь немешиона (Трехтомник) (страница 11)

– Развезите тела родным и приходите на гункан. Вечером будем чествовать наших героев! Вы это заслужили, – согласился Кайлод и, отпустив воинов, вернулся в шатер со старейшиной.

Коросте

– Не нравится мне этот Коросте – злился Халрог. Ты видел, как подозрительно он на нас смотрел, Химека? А на Релдана? Как на какую-то любопытную букашку. Не понимаю, в чем дело – мы же договорились с вождем!

– Да брось! Мы ведь тварь замочили, Хал. За женщин наших отомстили. Релдан отличился – первый трофей – и целый мифозой! Да мы потеряли двоих, но это же набег! – удивился Химека.

– Асти вообще погиб… и Жесар тоже. Чем ты недоволен? – флегматично спросил Кардус. – Я вот рад, что вообще выжил.

– Верно поешь, Химека. Да вот за Релдана все равно беспокоюсь, – вздохнул Халрог.

– Зря переживаешь, Хал, – сказал Кардус, подмигивая Релдану. – Его так просто не возьмешь. Непростой он у тебя. Скорее его врагам надо беспокоиться. Вон, зверь какой его сожрать пытался, да подавился. Релдан промолчал и Химека, ухмыльнулся.

– Оставь его Кардус. Он сейчас о другом звере думает. С милым личиком и нежными грудями. Сейчас поставят его посреди гункана и будут пальцем тыкать – вот, мол, какой герой, какой воин! А потом он свой трофей подарит Юли. Вот увидишь.

– Может и подарю, или, может, прямо сейчас воткну его тебе в задницу, если не замолчишь, – проворчал Релдан.

– Ишь, ты! – засмеялся Кардус и подмигнул. – Воткнуть ты, может, и воткнешь, а вот успеешь ли вытащить? Не успеешь оглянуться и обрастешь девочками, как Химека.

Раздался звонкий шлепок и Кардус зачесал голову, обижено глядя на Химеку.

– Если бы тебя сегодня сожрали, как Жесара, орясина, хоронить тебя было некому, – ни жены, ни детей! – авторитетно заявил Химека. – Остались бы от тебя только ноги. Подумай об этом до следующего сезона танцев, или перед тем, как смеяться над моими девочками.

Вечером собрался малый гункан. Перед вождем, старейшинами и стоящими рядом с ними воинами Халрога проводились показательные поединки и танцы, символизирующие победу над обидчиком племени. Затем началась демонстрация трофея. Внушительных размеров зуб мифозоя вызвал восторг у детей, молчаливое уважение у воинов, шепотки у женщин и гордость у старших племени. Как и предсказывал Химека, Релдан подарил свой трофей Юли, которая смущенно улыбаясь, поблагодарила его и, через некоторое время, принесла ему рог с молодым хирани.[10] По законам племени он уже считался совершеннолетним и поэтому, не задумываясь, выпил и улыбнулся девушке, возвращая рог. Приятное тепло растекалось по животу, и он почувствовал себя увереннее. Он взял Юли за руки и сказал:

– Ты всегда нравилась мне Юли. Ты ведь знаешь об этом? – начал он.

– Я догадывалась, – улыбнулась девушка, чувствуя, как начинают гореть щеки.

Релдан осмелился взять ее руку в свои, и сказал:

– Не знал, как сказать об этом раньше, но я…

Вдруг, ему на плечо легла тяжелая рука и резко развернула вбок. Перед ним оказалось чуть одутловатое лицо Велоша – отца Юли. В прошлом он был одним из самых удачливых алайхорнов племени. Об этом говорило уже то, что он дожил до пятидесяти лет. Впрочем, бывших алайхорнов не бывает и, хотя его лицо сейчас покрыто сетью неглубоких морщин, а небольшое брюшко намекает на то, что лучшие годы уже позади, глаза Велоша пылали нешуточной яростью. Увидев свою дочь рядом с Релданом, он решил, что его дочь оказывает слишком много внимания тому, чья репутация чароплета слишком подозрительна.

– Ты думаешь, раз убил чудовище, можешь хватать мою дочь за руки, щенок? – взревел Велош, наступая на Релдана.

– Папа! Он же… – попыталась вмешаться Юли.

– Молчи змея! Ползи к матери! Живо! – закричал Велош.

– Но…

Распаленный отец развернулся и ударил кулаком в лицо дочери. Юли упала как подрубленное дерево.

– А теперь закончим с тобой… – Велош повернулся к Релдану и… осекся.

Лицо Релдана мало походило на лицо человека. Его зубы заострились как у скарга, а кисти рук почернели и напоминали когти. Из горла рвался утробный рык. Мгновение спустя черная когтистая рука обхватила горло Велоша, и бывший алайхорн начал стремительно стареть. Всем, кто видел произошедшее, показалось, что время для Велоша ускорилось в тысячи раз. За те несколько мгновений, что Релдан держал его, Велош успел состариться и истлеть: на землю осыпались сухие легкие кости. Все вокруг убийцы замерли за секунду. Глаза Юли распахнулись от ужаса, но раньше, чем она успела закричать, к Релдану подскочил Рагмар и замахнулся боевой острогой. Его реакция была быстрой, а движения отточенными – Рагмар обещал стать могучим алайхорном, когда придет время. Для Релдана же его движения были медленными, словно молодой воин двигался в воде. Боясь убить его, как Велоша, он просто перехватил древко и оттолкнул Рагмара. Увы, толчок получился слишком сильным: на землю Рагмар упал очень похожим на покойного Велоша – седеющим рыхлым мужчиной с небольшим брюшком.

– Лежи и не вставай! – в панике крикнул Релдан. Он чувствовал невыразимую мощь в этот момент. Он понимал, что натворил что-то страшное, непоправимое, но не в полной мере осознал, что именно. И в тоже время, он не чувствовал вины за это. Однако мгновение силы закончилось и перед ним стояло лицо Юли, все также стоящей рядом с ним и не знающей бежать ей или остаться.

– Не бойся меня, пожалуйста – напряженно попросил Релдан Юли, а затем повернулся к остальным. – Не подходите ко мне!

– А ты меня не будешь… трогать? – опасливо спросила Юли.

– Нет, не буду! Я не понимаю что со мной! Я ведь убил твоего отца! Но я не хотел этого! – попытался объяснить произошедшее Релдан, но его прервали. Вспышка силы и следом проникающий укол боли. Релдан повернулся и приготовился защищаться. Навстречу ему шел, опираясь на свой посох, Коросте. Чароплет нойонов не стал тратить время на слова и ударил: с конца посоха ударила еще одна вспышка силы, вонзившись Релдану в живот.

– Что ты натворил, Релдан?! – крикнул Коросте. – На колени, убийца! Немедленно!

Ярость и гнев хлынули в душу Релдана горным водопадом.

– Я не убийца! Я защищал свою женщину! – взревел он, чернея пуще прежнего.

– Она еще не стала твоей! И от кого ты защищал ее? От ее отца?! Склонись сейчас, или станешь шарива, презренным изгоем, от которого отвернутся все племена!

– Не тебе меня изгонять, чужак! – возмутился Релдан.

– На колени!!! – рявкнул Коросте и отправил очередную вспышку магии.

В этот раз удар был слишком сильным. Колени Релдана согнулись и он упал. Руки безвольно повисли. Напоследок Релдан лишь успел обрадоваться, понимая, что теряет сознание.

Исход

В себя Релдан пришел на лежаке в своем шатре. Рядом сидела Карода и тихо плакала, как умеют лишь матери. Релдан подскочил и бросился к ней:

– Что случилось, мама? Почему ты плачешь? Где отец?

– Отец у вождя, – всхлипнула Карода.

– Он сказал, что тебя могут объявить шарива. Тебя… Тебя обвиняет все племя!

– Но я ведь убил мифозоя, – почему-то вспомнил Релдан. – Они чествовали нас как героев! Я убил Велоша случайно.

– Это все приезжий чароплет. Он сказал, что ты будешь убивать дальше и племени лучше от тебя избавиться. Отец сейчас на гункане у вождя.

Релдан задумался. В племени и раньше случались случайные убийства, но чтобы из-за этого племя созывало гункан? Он такого не помнил.

Полог шатра откинулся и вошел Халрог. Его глаза лихорадочно блестели. Он коротко посмотрел на Релдана, но в его взгляде не было злости. Алайхорн посмотрел на жену и сказал:

– Мы уходим. Собирай вещи Кара. Сын, помоги ей.

– Что они сказали? Объясни толком, – попросила Карода.

– Да рассказывать особо нечего, Кара. Долго говорили о Велоше, каким он был хорошим воином… Старый нойон рассказывал об опасностях магии, а старейшина Иргол просил не наказывать Релдана. Я напирал на то, что мой сын – воин не хуже Велоша. Если ему найти достойного наставника, – он мог бы лучше управлять своей силой и даже стать настоящим чароплетом племени, – перечислил все мнения Халрог. – В итоге Кайлод выслушал нас всех и сказал, что наставника можно поискать, но до тех пор Релдану лучше держаться подальше от племени. Мы сошлись на том, что должны жить отдельно.

– Нас изгоняют, отец? – ужаснулся Релдан.

– Пока я старший алайхорн – не бывать такому, – покачал головой Халрог. – Но я уже был готов убить этого нойонскго мерзавца. Он заикнулся о том, что ты осквернен! Мне показалось, что он подстрекал всех к мысли изгнать тебя из племени!

Релдан слушал лаконичный рассказ отца, прикрыв глаза. Перед его внутренним взором предстала картина происходившего, словно, он сам перенесся на гункан, где решалась его судьба.

… – Вы пожалеете, если не прислушаетесь ко мне сейчас! Это дитя – не просто чароплет, как я! Он вместилище древнего зла. Он не может контролировать себя, он будет меняться, и никто не скажет как! Сейчас он еще не вошел в полную силу, но когда войдет – вы все будете рвать волосы на голове от горя! – разорялся Коросте.

– Почему тогда сразу его не убил?! – крикнул кто-то из толпы.

– Потому, что он из вашего племени. Я не настолько глуп, чтобы убивать людей Кайлода. Это ваше дело, что с ними делать. Но, помните, я друг вашего племени, и если ваш вождь об этом меня попросит – я, не задумываясь, его убью!