Шамиль Гудулов – Красный галстук (страница 5)

Я сел на металлическую скамью с деревянными вставками и достал телефон из черной коробки.

Телефон меня удивил. Это как увидеть первый айфон в нулевых, когда у всех еще кнопочные телефоны. Но тут было совершенно иначе. У этого телефона кнопок не было вообще — ни на торцах, ни спереди, ни сзади. Совершенно непонятное устройство. Только сзади, если приглядеться, была одна большая камера. Снизу никаких отверстий для зарядки, ни отверстия для микрофона. Совсем ничего. Как же его включать? Вопрос, конечно, хороший. Я старался тыкать пальцами в дисплей — спереди, сзади. Всего заляпал своими отпечатками. Но он не включился. И только когда я зажал его в руке, он завибрировал, и дисплей ожил. Он что, реагирует на тепло? По крайней мере, было на то похоже. На темном экране загорелся символ бесконечности. Он был очень ярким. Потом запустился главный экран. Никакого меню тут не было. Просто обои главного экрана.

Я пробовал и вызывать Сири, и шептать: «О, Кей, Гугл». Но никакой реакции. Я приложил его к уху — включился экран с набором номера. Я уже потихоньку начал понимать логику этого устройства. Чтобы убедиться в своей правоте, я повернул телефон горизонтально, держа прямо перед собой. Запустилась камера. Я сначала почувствовал, как сработала фокусировка, потом запустилось и само приложение. Меня поразило качество картинки. Я, конечно, всякого повидал. И изучая фотографию в свое время, держал в руках камеры разного уровня. Но то, что выдавала камера этого устройства, — это был какой-то новый уровень. Но как управлять этим приложением? Ведь нет никакой лупы для зума на дисплее. Нет нарисованной кнопки затвора. Я попробовал вытянуть руки вперед. И вот оно! Приложение зуммировало картинку. Притянул телефон к себе — камера отдалила изображение. Сделал так несколько раз. Все работало четко и без тормозов. Потом я повернул аппарат вертикально, как пользовался бы обычным телефоном. Камера свернулась. Открылся все тот же главный, темный экран. Эдакое черное зеркало.

Я продолжил его тестить. Повернул горизонтально, немного под углом, будто набираю текст. И чудо — действительно открылось окно набора текста. Аппарат будто бы понимал меня. Все было инстинктивно понятно и логично. Хочешь камеру — делай так. Хочешь звонить — приложи к уху. Тут разобрался бы даже ребенок, который способен просто держать телефон в руке. Ничего подобного я ранее не видел. Какое-то шпионское устройство. А еще он был плотный и увесистый. Сделан то ли из стекла, то ли из металла. Сложно было понять. Создатели такого устройства могли бы зарабатывать на нем миллионы долларов. После него у меня не возникало желания держать в руке свой айфон. Он будто бы телефон моей бабушки после того, чем я только что попользовался.

Далее я продолжил изучать комплектацию. Под самим телефоном, оказывается, лежало зарядное устройство. Это был самый обычный блок. Только без всяких отверстий для подключения USB. Если учитывать, как работает сам телефон и логику его работы, то было вполне логично, что он заряжается по воздуху. Но это было чистым безумием, потому что человечество еще не научилось заряжать телефоны без проводов совсем. Но, по всей видимости, уже научилось. И не все человечество, а какая-то конкретная его часть. И всё-таки я не могу в это поверить. К телефону не надо ничего присоединять, ничего подключать. Он заряжается так просто по воздуху. Это же гениально.

С этими мыслями я быстро забежал в дом. Быстро поднялся по лестнице в свою комнату. Быстро отсоединил из розетки свое зарядное устройство от моего айфона и подключил блок моего нового телефона. Нет, но это было чистое безумие. На дисплее телефона загорелась индикация зарядки. Тот, кто создавал этот телефон, был больше чем просто человеком. Он научился передавать электромагнитные волны по воздуху, тем самым заряжая телефон. Я попробовал отойти на несколько шагов. Но индикация зарядки продолжалась. Ничего подобного я никогда до этого не видел. Тот, кто это придумал, он просто гений. Никак иначе. Гений, в чистом виде.

После изучения телефона я позвонил маме. Сказал, что всё хорошо, меня повысили до старшего менеджера. Она обрадовалась, предложила приехать на чай с тортиком. Я вежливо отказался, сославшись на загруженность на работе. Обещал навестить её как-нибудь позже.

Затем проверил пропущенные звонки. Десяток от коллег, включая Виктора, которого я уже даже перестал ненавидеть. Он был жертвой обстоятельств, как и я. Мы не смогли победить эту жизнь, хотя знали правила. Но эти правила были для большинства — их всегда можно нарушать или переписывать.

Я вернулся к книгам. За неделю они стали моими друзьями. Последние тома были по медицине: анатомия, реанимация, операции. Я лучше понял себя — биологию, психологию, мышление.

Через неделю рано утром я услышал звуки подъезжающих машин. Внизу стояла группа людей. Впереди был Михаил с улыбкой, рядом Вад и трое незнакомцев.

— Приветствую хозяина дома, — сказал Михаил, слегка аплодируя.

— Надеюсь, ты провёл время с пользой?

— Конечно, — ответил я.

Мы поднялись наверх. Михаил сел на кровать, указав мне на стул.

— В жизни каждого мужчины наступает момент выбора. Ты его сделал. Ты не пытался выбираться из дома, не расспрашивал соседей, не доставал Вада. Это многое говорит о тебе. Ты умеешь хранить секреты, быть верным, умён и хладнокровен. Твой отец был таким же.

Он помолчал, почесывая бороду.

— Мы — старый клан мыслителей. Работаем не один десяток лет. Пытаемся создать порядок в мире. Утопию - если это слово как-то уместно в этом контексте. Да, это безумие. Но нам нужен человек наверху. Умный, расчётливый, с мягким сердцем, но способный защищать свои и главное - наши интересы. И мне кажется, это действительно человек как никто похожий на тебя.

— Защищать? Я должен убивать?

— Нет. Нам не нужен убийца. Защитник — да. У нас много врагов, но мы умнее их. Умом можно победить даже самых сильных. Никакого оружия. Слова вместо выстрелов. Хитрые и взрослые ходы вместо ударов.

— Звучит убедительно.

— Это только слова. На деле ты сам увидишь, кто мы такие. А сейчас у меня для тебя подарок.

— Ещё один?

— Тебе понравился телефон. Его делает наш отдел “Инстинкт”. Сейчас познакомлю тебя с остальными продуктами. Пойдём.

Мы спустились вниз. Михаил достал из кармана маленькую чёрную коробочку.

— Сэм, вытяни руку. Это важный момент.

Он надел на меня часы. На циферблате загорелась буква “I”.

— Это тоже из серии “Инстинкт”. Начни пользоваться ими. Хотя по сути это не просто часы. Это твой личный идентификатор, ключ к нашей линейке устройств. Ты теперь полноценный участник нашей семьи.

На дисплее появился отпечаток пальца. Я приложил большой палец. Часы завибрировали: “Устройство настроено”.

— Спасибо за подарок. Это очень ценно для меня, — сказал я. Мне никогда ничего подобного не дарил.

Михаил улыбнулся и похлопал меня по плечу.

— Это не подарок. Точнее, я вывел нас всех сюда не для этого. Я хотел подарить тебе не этот скромный девайс. А вот этот автомобиль. Если его вообще можно так назвать. Это прямо-таки космический корабль. А ты — теперь его пилот.

— Она моя? Эта машина? Но как же так? У меня даже прав нет.

— Но ты неплохо умеешь ездить. Ведь так?

— Да. Умею.

— К управлению «Инстинкта В-10» нужно привыкнуть. И дело не только в его мощности. Вад останется с тобой. Попробуй покататься до вечера. Ты быстро смекнёшь, что к чему. Я признаюсь, сам к нему не долго привыкал — несколько дней. И он будто становится частью тебя. Удивительная штука. Только не забудьте прикрепить номера. Они в багажнике.

Завтра с утра приезжай к нам в штаб на ней. Покрасуешься перед девчонками. Ты стал таким взрослым.

С этими словами Михаил обнял меня. После чего сел в свой Каделак. Один из его помощников хотел открыть ему дверь, но он попросил не беспокоиться. Открыл её сам и запрыгнул на заднее сиденье. Машина резво развернулась и скрылась за воротами, которые медленно закрылись. На крыльце остались я с Вадом. Он смотрел на меня, а я — на свой подарок. Во двор вновь вернулась эта тишина.

— Не можешь поверить, да?

— Если честно, никак не получается. Хоть и очень хочется.

— Знаешь, как им пользоваться? Я ездил на Тойоте матери. Но ей десяток лет. И большого ума для её управления не требовалось. А тут… Что-то неизведанное человечеством.

— У меня был такой. Только модель постарше.

— Да? А где он сейчас? Почему ездишь на Ауди?

— Его уже нет. Он сгорел. Долгая история. Да и в целом... Ты себе не представляешь, сколько внимания привлекает этот автомобиль в городе. Ты как «жук в муравейнике». А на моей шестёрке я — неприметная часть социума. Часть толпы. И не более того. Так проще жить. Если понимаешь, о чём я.

— Да. Понимаю. А как в него садиться? Как запускать? Как ездить?

— Ты знаешь, почему все эти устройства — часы, сотовые, самолёты, машины — всё это называется «Инстинкт»? Потому что в них всё инстинктивно понятно. Как и у нас. Мы пытаемся упростить жизнь людей. Поехали, покатаемся.

Я подошёл к месту, где должна быть водительская дверь. И она приоткрылась. Внутри был красный салон, чёрный потолок и чёрная панель. Руля не было. Вместо него — какой-то самолётный штурвал. Я сел на сиденье, застегнул красный четырёхконтурный ремень. Вад сел на пассажирское сиденье. Прямо передо мной загорелся дисплей. На нём ожидаемо появилась большая буква «I». Затем возникла фотография дороги, уходящей в горизонт. Над ней появились цифры, показывающие скорость. Я обхватил штурвал. Вад достал свой мобильник — такой же «Инстинкт», как и у меня, — повернул его горизонтально, улыбнулся и начал снимать моё знакомство с этим странным устройством, моим личным, первым автомобилем.