Шамиль Алтамиров – Степной дракон (страница 66)
Отражаясь от стен, послышался топот сапог, Назар прислушался: их и правда зажали, звук шел с обоих концов основного коридора. Надеяться, что их с Басмачом не заметят в этой слепой «кишке», было глупо.
«Басмач сдался?..» – такая мысль просто не умещалась в голове Назара, он не верил. В какой-то момент его ночное зрение «включилось» и он рассмотрел лицо бородача: хмурое, каменное, но борода топорщится; автомат зажат в крепких руках; нет, Басмач не походил на того, кто примирился. Он явно был готов драться, но в последний раз.
Заметив на фоне освещенного коридора взгляд Назара, Басмач подмигнул и улыбнулся:
– Не сцы, повоюем.
А шаги в каменном тоннеле слышались все отчетливее. Назар кинулся осматривать их убежище, он не верил, что строители потратили столько сил, чтобы выгрызть этот проход в монолитной скале и оставить тупик.
Протиснувшись мимо Басмача, он принялся ощупывать стены. Бородач занял место у выхода, и, выглянув в коридор, тут же выстрелил. Оттуда сразу же ответили громкой бранью и несколькими стволами.
Назар, большую часть жизни проживший под землей, нутром ощущал что выход должен быть. В их бункере похожие ответвления в коридорах если и были, то заканчивались вентиляцией, где он успешно скрывался от смотрителей.
– А-а! Хрен вам на постном масле! – орал Басмач, отстреливаясь теперь в обе стороны коридора. Грохот, визг пуль, бьющихся о камень, и пороховая гарь заполнили тоннель.
– Пацан, дай автомат и запасной магазин! – Басмач подхватил кинутый Назаром «калаш» и выстрелил в слишком храброго солдата, кравшегося вдоль стены, тот свалился ничком. А Назар ощупал все стены от самого пола, насколько хватало роста.
– Я б от помощи не отказался! – обернулся Басмач, продолжая стрелять. – Задавят на хрен! – Его автомат вдруг захлебнулся. Он присел, дергая застопорившийся затвор, который никак не хотел выбрасывать заклинивший патрон. Воспользовавшись затишьем, в проем выскочил айдахаровец. Загрохотали выстрелы.
Басмач отскочил в сторону, уходя от пуль, так и не справившись с заклинившим оружием. Назар успел метнуть клинок, и солдат повалился на пол, продолжая жать на спуск. Пули, высекая искры из камня, заметались между стен. Басмач, наконец выкинув негодный патрон, выпустил очередь, сбив с ног еще двоих.
Подползя к выходу, бородач выставил автомат за угол, полоснул очередью в тоннель. И тут же высунувшись, втащил убитого Назаром солдата.
– Еще десяток таких смельчаков, – Басмач обыскивал труп, – и можно будет бруствер сложить. Патроны – хорошо. Жалко гранат нет. – Он быстро выглянул из-за угла. – Притихли гады, подкрепления ждут. Держи.
Назар взял протянутый нож, и взглянул вверх. Вдруг подскочил, ухватил убитого айдахаровца за руку и бегом потянул в тупик.
– Э, э! Мой бруствер?! – возмутился Басмач, не замечая идущую из левого плеча кровь. Но тут стало не до трупа: из тоннеля полыхнуло огнем. Он успел отскочить от края, но его все равно обожгло. Шипя от боли, он прижался к холодному камню. – Огнемет, падла!
В тупике стало светло как днем. Полыхавшее из правой стороны прохода пламя заполнило собой все пространство. Огнеметчик засел слишком далеко, чтобы достать их струей жидкого огня. Но менее жарко от этого не становилось.
– Задержи их, не надолго, – перекрикивая рев пламени, попросил Назар и принялся замысловато укладывать тело убитого им солдата.
– Легко сказать удержи, ха! – возмутился Басмач, прикрывая от жара пламени лицо, и поднял автомат. Поток огня спал. Камень потрескивал от жары. Бородач обжегся о стену, но, высунув автомат, зажал спуск и расстрелял весь магазин. Из тоннеля послышался крик, громкое шипение.
Оглушительный хлопок отшвырнул Басмача почти до тупика.
– Попал… попал, – повторял бородач, пока его тормошил Назар, указывая куда-то под потолок.
Дыра в стене была замазана тонким слоем бетона и потому не была видна в темноте. Солдат, прорвавшийся к укрытию, повредил слой штукатурки выстрелом и… послужил подставкой, чтобы Назар и Басмач смогли туда залезть.
Они ползли по узкой трубе, высеченной в толще камня. Басмача еще штормило – голова не соображала после взрыва баллона огнеметчика – и он просто следовал за Назаром, хотя других вариантов не оставалось.
В трубе вентиляции то и дело пробегали совсем уж наглые крысы, совершенно не боявшиеся людей, ползущих рядом. В воздухе трубы все сильнее ощущался «аромат» разложения, не явно, а как будто между стен сдохла крыса и в ней уже копошатся черви. Когда запах трупа стал настолько густо висеть в воздухе, что просто забивал ноздри, каменная труба перешла в железную.
Вентиляционная шахта разделялась на три направления. Справа, куда труба делала поворот, пробивался яркий свет. Здесь было свободнее, Басмач свернул к свету и ахнул:
– Э-эх. Пацан, ты только глянь.
Назар протиснулся к решетке, откуда пробивался свет, и зажмурил глаза, настолько он был яркий, белый.
Сквозь прорези в металле виднелся лес. Зеленые деревья простирались по всей площади огромного зала. Солнце им заменяли очень яркие лампы, одна из которых назойливо светила Назару в глаза.
– Ничего не напоминает, а? Ты присмотрись.
– Глаза свет режет, – отозвался Назар. – Не могу рассмотреть.
– А я подскажу: Семск, община Ыча. Ну, и корова с кустом, растущим из спины.
– Здесь тоже коровы? – От света заслезились глаза. – Ни черта не вижу.
– Нет, парень, – голос Басмача стал резче. – Здесь люди…
Назар не мог рассмотреть подробностей, но и само по себе то, что на трупах людей выращивают деревья… И ведь где-то здесь Майка!
– Уйдем отсюда. Воняет жутко, – предложил Басмач.
Они вернулись к развилке и продолжили ползти прямо.
Труба постепенно смещалась, делая плавную дугу. Справа и слева стенки вентиляционного тоннеля были забраны мелкой решеткой, теперь они ползли непосредственно над лесом, пересекая одно помещение с посадками за другим. В какой-то момент «земля» ушла из-под рук и ног, и секция вентшахты обвалилась.
Приземлились мягко. Назар лицом к лицу свалился на молодого парня, из его живота рос колючий куст. Когда Назар, морщась от вони разлагающегося тела, попытался встать опершись на деревце, мертвец открыл глаза.
– Не вздумай верещать! – Басмач зажал Назару рот. – Это все живые люди, вроде. Как и та корова из фургона. Да, блевать хочется, но терпим.
Они очутились где-то в чаще этого леса. Деревца и правда походили на те, что описывал Игельс: вполне яблоня, вот только колючки как у кактуса вместо листьев. Но видимо старик забыл добавить, что растят те яблоньки прямо на человеческих телах.
Через определенные промежутки на посадке были расставлены серебристые емкости – бочки, – от которых многочисленные трубки тянулись к лежащим телам.
«Люди питаются из бочек, а деревья – содержимым тел», – Басмача передернуло от этой вроде бы простой, но чудовищно-циничной мысли.
– Я даже не знаю, смерть для того, кто это сделал, достаточное наказание? По-моему нет, – бородач развел руками и, аккуратно переступая, побрел дальше.
Лесопосадка закончилась двустворчатой стальной дверью, закрытой на ключ. Обшарив все вокруг, Назар обнаружил будку с садовыми принадлежностями вроде секатора, вил, граблей… Нашелся и кусок стальной проволоки, из которой Басмач выстучал подобие отмычки и, повозившись, вскрыл замок.
За дверью находился коридор. Вот только его легко можно было бы сравнить с больницей или каким санаторием: белый кафель на полу и стенах, освещение, чистота.
– Да-а, здесь тебе не грязный тоннель. И плюнуть стыдно, – покачал головой Басмач.
– На бункер похоже, – шмыгнул носом Назар, глядя на отпечатки сапог на чистом полу. – Лабораторная часть тоже… белая была.
Внимание Басмача привлекла еще одна дверь, вообще, в коридоре дверей помимо этой было еще штук пять. Но именно из-за той доносились какие-то звуки, пение.
– Стойте! – грозный окрик прилетел из другого конца коридора. Следом ударил автомат. Басмач с Назаром бросились врассыпную и открыли ответный огонь. Двоих с открытыми лицами срубили сразу. Но на звук выстрелов бежали еще несколько, а из дальних дверей высыпал еще десяток бойцов.
Назар и Басмач, огрызаясь из автоматов, отползли к той двери, где до этого слышался шум. Басмач дернул двери на себя, прикрывая Назара стрельбой. Пение прекратилось.
Здесь тоже был лес, только явно моложе, деревца едва доставали до колена. Между саженцев мелькнула сутулая фигура в грязном халате и исчезла. А вот охранника, притулившегося в темном углу у будки с инструментами, Басмач проглядел.
Айдахаровец рубанул саблей, бородач еле успел отбить клинок автоматом и врезать как следует охраннику прикладом. Одного удара было недостаточно, потребовалось два, чтобы здоровяк наконец затих. Басмач подхватил свое приобретение – короткую саблю – и побежал вслед за Назаром.
Кусты трещали, а под ногам влажно хлюпало. Назару не хотелось думать, что именно хлюпает. Хлопнула входная дверь, преследователи, громко переговариваясь, углубились в лесополосу.
Это помещение было явно меньше, они с Басмачом быстро проскочили его насквозь и выбрались в еще один коридор, с двумя дверьми. Шум погони уже слышался близко. Басмач рванул в первую дверь, что была ближе.
Лесом здесь и не пахло, хоть вонь и была. Они бежали между больших стеклянных баков в стальной оправе с чем-то мутным внутри. Освещение было тусклым, но взгляд Басмача за что-то зацепился. Что-то знакомое мелькнуло на периферии зрения. Он перешел на шаг, и приблизился к следующей цистерне.