Сеймур Беккер – Россия в Центральной Азии. Бухарский эмират и Хивинское ханство при власти императоров и большевиков. 1865–1924 (страница 24)
Утрата Афганистаном права поддерживать отношения с иностранными государствами означала одновременно конец активных действий Бухары в этом регионе. После 1873 года Бухара сохранила право самостоятельно поддерживать международные отношения при условии, что она будет действовать в рамках дружбы с Россией. На практике это право ограничивалось Афганистаном. Поскольку, согласно договору 1873 года, Хива лишилась права поддерживать отношения с иностранными государствами, а Коканд вскоре был присоединен к России, Афганистан оставался единственным независимым соседом Бухары. В действительности до 1879 года они весьма регулярно обменивались посланниками, после чего у Бухары больше не осталось соседей, с которыми она поддерживала отношения, кроме России. Отношения с Турцией были прерваны по настоянию России с 1873 года. Обмен посланниками с Персией или Китаем означал бы бессмысленные расходы, поскольку у Бухары не было общих интересов с этими странами, а контакт с Индией был бы воспринят русскими как враждебный акт. Таким образом, без каких-либо действий со стороны России по урезанию его прав Музаффар лишился представительства за рубежом в качестве суверенного правителя.
На протяжении всего периода англо-русской напряженности конца 1870-х годов Бухара служила инструментом российской политики. Русские войска, русские посланники, направлявшиеся в Афганистан, афганский претендент, возвращавшийся из России, – все согласовывали беспрепятственный проход через Бухару по просьбе Ташкента. Какими бы ни были личные интересы Музаффара и сомнения в исходе афганских проблем, у него не оставалось иного выбора, как соглашаться с просьбами своих русских повелителей. Бухара оказалась послушным и полезным клиентом и тем самым оправдала надежды тех русских, которые выступали за политику невмешательства в дела ханства.
Мерв, 1881–1884 гг
В 1870-х годах эта область, граничившая с Хивой, Бухарой, Афганистаном, Персией и удерживаемым Россией восточным побережьем Каспия, представляла собой политический вакуум, занятый различными неуправляемыми туркменскими племенами. Носившиеся по пустыне Каракум и обитавшие в оазисах, протянувшихся вдоль ее южной границы, туркмены никогда не могли установить здесь никакого устойчивого политического порядка. Именно в этот регион пришлось в конце концов прийти России в поисках стабильной, безопасной границы.
Если Бухара служила пассивным инструментом русской политики в отношении Афганистана, то Хиве Ташкент определил более активную роль в борьбе за Каракум. Его оппонентом в данном случае выступила не иностранная держава, а соперничающее русское наместничество – Кавказ. Проблема дала о себе знать в 1875 году, когда группа туркмен-текинцев, обитавших на западе Каракума, почувствовав давление со стороны русских из Красноводска, обратилась к хану Хивы с просьбой о защите. Вероятно, они чувствовали, что им легче будет терпеть эту косвенную форму русской опеки, чем прямое правление русских, навязанное путем завоевания. Мухаммад Рахим обратился за советом к начальнику Амударьинского отдела полковнику Иванову, который велел ему послать надежного чиновника, чтобы править этими туркменами от имени Хивы. Хан так и сделал, но его действия вызвали возражения со стороны генерала Ломакина, начальника Закаспийского отдела (Кавказского военного округа. –
Посредничество Милютина не разрешило соперничества между Ташкентом и Тифлисом за контроль над туркменами. Оно обострилось, когда русские с одобрения Петербурга начали большое наступление в Закаспийском регионе вдоль линии южных оазисов Каракума, с целью усмирить непокорных туркмен и противостоять британскому влиянию на этой территории. Летом 1877 года русские взяли Кизыл-Арват. Затем, на следующий год после страшного поражения в 1879 году, они пошли вперед и в начале 1881-го захватили Геок-Тепе и Ашхабад. Во время кампании 1880–1881 годов Хива и Бухара служили дополнительными источниками провизии и корма для верблюдов. Особенно важна была Хива, поскольку она находилась на безопасном маршруте между русским Туркестаном и театром военных действий в Закаспийском регионе. Войска, отправленные Кауфманом в ноябре 1880 года по приказу Петербурга, чтобы присоединиться к атаке на Геок-Тепе, с разрешения хана прошли по территории Хивы, а в марте следующего года на обратном их пути из Геок-Тепе Мухаммад Рахим лично выразил им свои поздравления и на ночь расквартировал на территории своего летнего дворца вблизи столицы. В конце 1880 года Мухаммад Рахим еще раз подтвердил свою верность России, когда туркмены-текинцы прислали к нему гонцов с просьбой помочь против русских. В ответ он посоветовал им подчиниться Белому царю, как называли в Центральной Азии российского императора. В апреле 1881 года исполнявший обязанности генерал-губернатора Туркестана Колпаковский отправил хану благодарственное письмо за такой акт дружбы и, пользуясь этой возможностью, попросил Мухаммада Рахима употребить свое влияние на туркменских старейшин Мерва, самого восточного оазиса пустыни Каракум, чтобы сохранить мир на этой территории. Как и в 1875 году, русские в Туркестане смотрели на Хиву как на инструмент, с помощью которого Ташкент мог осуществлять непрямой контроль хотя бы над частью туркмен и, таким образом, противостоять расширению юрисдикции Тифлиса.
После завоеваний 1881 года единственной неуправляемой туркменской территорией осталась та, центром которой был Мерв, где за власть соперничали различные группы местного населения. Летом 1881 года одна из таких групп попросила Мухаммада Рахима назначить в Мерв хивинского правителя. По совету Петро-Александровска и Ташкента хан Хивы согласился, хотя по опыту общения с туркменами собственного ханства он прекрасно знал обо всех трудностях, связанных с попыткой управлять еще более непокорными туркменами Мерва. Хивинского правителя признала бы только часть населения, и его власть была бы всего лишь номинальной. Поскольку ни один хивинский чиновник не стремился занять пост, сопряженный с таким большим риском и таким маленьким вознаграждением, Мухаммад Рахим назначил туда престарелого Юсуф-бека. На следующий год Юсуф-бек сказал П.М. Лессару, русскому инженеру-исследователю и позднее дипломату, что был выбран благодаря своему преклонному возрасту. Если бы его убили, потеря была бы невелика. В действительности Юсуф-бек умер своей смертью в Мерве в октябре 1882 года.
После смерти Юсуфа прохивинская партия отправила к хану большую делегацию с просьбой прислать нового правителя. Мухаммад Рахим отослал просителей в Петро-Александровск. В конце ноября, действуя, несомненно, по совету Петро-Александровска, хан назначил нового правителя с предписанием запретить хивинским вассалам из Мерва заниматься грабежом, особенно в отношении русских. Кроме того, Мерву запрещалось поддерживать отношения с Британией, Афганистаном и Персией, поскольку они были врагами России. Во время недолгого правления нового наместника, Абдур-Рахмана-бека, Мерв полнился интригами, которые плели различные местные группы. Очевидно, туркмены были убеждены, что какая-то форма внешнего контроля неизбежна, но, похоже, они не могли решить вопрос, какая держава должна осуществлять этот контроль. Сам Абдур-Рахман установил контакт с английскими шпионами, действовавшими среди туркмен-сарыков, обитавшими к югу от Мерва. Генерал-губернатор Туркестана М.Г. Черняев, с которым не посоветовались при назначении Абдур-Рахмана, заставил хана отозвать его и принял непосредственное участие в выборе его преемника. Следующий правитель, Атаджан-бек, 22 апреля 1883 года получил в Петро-Александровске от Черняева письменное подтверждение своего назначения.
В отношении Хивы и Мерва Черняев просто продолжал политику Кауфмана и Колпаковского. На этот раз Ташкент нашел поддержку в Петербурге, где министр иностранных дел Гире в 1883–1884 годах склонялся к осуществлению влияния на Мерв мирным путем через Хиву. Однако волнения среди туркмен Мерва позволили Тифлису решить вопрос иначе. В конце 1883 года русские войска вышли из Ашхабада в Тедженский оазис, находившийся в 75 милях западнее Мерва, откуда они организовали приход к власти в Мерве прорусской группы, а затем добились от нее просьбы об аннексии. В марте 1884 года русские оккупировали Мерв и присоединили его к образованной в 1881 году Закаспийской области. Тремя неделями раньше Атаджан-бек бежал в Хиву.
Попытка Ташкента вернуть Мерв Хиве и, таким образом, сохранить свою юрисдикцию над этим отдаленным оазисом, вопреки посягательствам Тифлиса, закончилась провалом. Прохивинской партии в Мерве никогда не удавалось добиться верховенства, и хивинские правители никогда не были признаны другими местными группами. Они обладали лишь номинальной властью, а последний правитель настроил против себя все население, попытавшись ввести большие налоги. Попытки подчинить Мерв Хиве только ухудшили положение дел, поскольку туркмены явно рассматривали это как уловку, помогающую им избежать любого эффективного внешнего контроля, что никоим образом не соответствовало требованиям России по обеспечению безопасности границы.