Сесилия Ахерн – Люблю твои воспоминания (страница 52)

Дорис исчезает в своей спальне и возвращается с балетной программкой. Она пролистывает страницы.

– Нет. – Джастин качает головой, пробегая глазами краткую биографию костюмерши. – В тот вечер я познакомился с этой женщиной, и это не она. Значит, там был и ее отец? Его я точно не видел.

Эл пожимает плечами.

– Что ж, эти люди тут ни при чем, – говорит Джастин, – ни ее, ни ее отца я точно не спасал. Спасенный – ирландец, или ему оказывали помощь в ирландской больнице.

– А вдруг ее отец ирландец или был в Ирландии?

– Дай-ка мне программку, я позвоню в театр.

– Джастин, ты же не можешь позвонить ей просто так, ни с того ни с сего. – Дорис тянется, чтобы выхватить у него программку, но он увертывается.

– Мне только и нужно узнать, не ирландец ли ее отец и не ездил ли он недавно в Ирландию. Все остальное я придумаю по ходу дела.

Когда он выходит из кухни, чтобы позвонить, Эл и Дорис озабоченно переглядываются.

– Твоя работа? – тихо спрашивает Дорис у Эла.

– Ни сном ни духом. – Эл трясет головой, двойной подбородок тоже трясется.

Через пять минут возвращается Джастин.

– Она помнит меня по прошлому вечеру, и они с отцом тут действительно ни при чем… Так что либо Бэа рассказала кому-то еще, либо… это шуточки Питера. Вот доберусь я до этого сопляка и…

– Джастин, тебе пора повзрослеть. Это не он, – строго говорит Дорис. – Возьмись за поиски с другого конца. Позвони в химчистку, позвони парню, который развозит эти кексы.

– Я это уже сделал. За все заплатили кредиткой, а информация о ее владельце конфиденциальная.

– Твоя жизнь – одна сплошная загадка. Чтобы разобраться с этой Джойс и таинственными посылками, неплохо бы тебе нанять частного детектива, – говорит Дорис. – Ой! Только что вспомнила! – Она достает из кармана листок бумаги и протягивает ему. – Кстати, о частных детективах. Тут для тебя кое-что есть. Я узнала несколько дней назад, но тебе ничего не сказала, чтобы ты не гонялся за призраками и не ставил себя в дурацкое положение. Но раз ты все равно собираешься это сделать, вот, держи. – Она протягивает ему листок бумаги с адресом Джойс.

– Я обратилась в Международную телефонную справочную и назвала им номер этой Джойс, которая на прошлой неделе звонила Бэа. Они дали мне адрес, по которому зарегистрирован ее телефон. По-моему, тебе стоит найти эту Джойс, Джастин, и выбросить из головы того человека. Он ведет себя очень странно. Как знать, кто присылает тебе эти записки? Займись лучше женщиной, нормальные здоровые отношения – как раз то, чего тебе не хватает.

Думая о чем-то другом, он равнодушно пробегает глазами листок, прежде чем небрежно сунуть его в карман.

– Ты просто мечешься от одной женщины к другой, ведь так? – Дорис внимательно смотрит на него.

– Эй, а что, если сообщения посылает тебе Джойс? – начинает Эл.

Джастин и Дорис закатывают глаза.

– Не пори чепухи, Эл, – перебивает его Джастин. – Я встретил ее в парикмахерской. И вообще, с чего ты взял, что все это – дело рук женщины?

– Ну, тут и спорить не о чем, – отвечает Эл. – Потому что она прислала тебе корзину маффинов. – Он морщит нос. – Прислать корзину кексов – на такое способна только женщина. Или гомосексуалист. И кто бы это ни был, он или она, или, может, онона, – почерк у него каллиграфический, что только подтверждает мою теорию. Женщина, гомосексуалист или транссексуал.

– Мысль о корзине с маффинами пришла в голову мне, – возражает Джастин. – И у меня каллиграфический почерк.

– Вот и я о том же. Женщина, гомосексуалист или транссексуал, – улыбается Эл.

Джастин раздраженно отмахивается и откидывается на спинку стула:

– От вас обоих толку – чуть.

– Эй, я знаю, кто тебе поможет, – говорит Эл, выпрямляясь на стуле.

– Кто? – Джастин скучающе подпирает голову рукой.

– Вампира, – страшным голосом произносит Эл.

– Я уже просил ее помочь. В базе данных я нашел только информацию о своей крови. Ничего о том, кто ее получил. Она не скажет мне, куда отправили мою кровь, и никогда больше не будет со мной разговаривать.

– Из-за того, что ты убежал от нее, когда погнался за автобусом «Ладья викингов»?

– Да, тут есть какая-то связь.

– Нечего сказать, Джастин, здорово ты умеешь обращаться с женщинами.

– Ну, хотя бы кто-то думает, что я что-то делаю правильно. – Он смотрит на карточки, которые положил на середину стола.

Кто ты?

– Не надо было спрашивать Сару напрямик. Ты бы лучше порылся у нее в кабинете, – загорается Эл.

– Нет, так нельзя, – неуверенно возражает Джастин. – Я рискую нарваться на неприятности. Или причинить неприятности ей, не говоря уж о том, что я и так плохо с ней обошелся.

– В таком случае самое правильное, что ты мог бы сделать, – подсказывает коварная Дорис, – это заехать к ней в офис и извиниться. По-дружески.

Их лица медленно расплываются в улыбке.

– А тебе на следующей неделе дадут отгул, чтобы поехать в Дублин? – спрашивает Дорис, положив конец их перемигиваниям.

– Я уже принял приглашение Национальной галереи в Дублине сделать доклад о «Женщине, пишущей письмо» Терборха, – радостно отвечает Джастин.

– А что изображено на этой картине? – интересуется Эл.

– Женщина, пишущая письмо, Шерлок, – фыркает Дорис.

– Какая скучная история. – Эл морщится. Затем они с Дорис усаживаются поудобнее и следят, как Джастин снова и снова перечитывает карточки в надежде расшифровать тайный код.

– Мужчина, читающий записку, – напыщенно произносит Эл. – Обсудим?

Они с Дорис снова прыскают, но тут Джастин выходит из комнаты.

– Эй, ты куда?

– Мужчина, бронирующий билет, – подмигивает он.

Глава тридцать первая

На следующее утро в четверть восьмого, перед тем как уйти на работу, Джастин замирает у входной двери, держась за ручку.

– Джастин, где Эл? Его не было в постели, когда я проснулась, – волоча ноги, Дорис выходит из спальни в халате и тапочках. – Что это ты там делаешь, чудак-человек?

Джастин прикладывает палец к губам, чтобы она замолчала, и кивает на дверь.

– Там кровавый убийца? – возбужденно шепчет она, сбросив тапочки и ступая на цыпочках, как персонаж мультика, чтобы тоже встать у двери.

Он радостно кивает.

Прижав уши к двери, они прислушиваются, и глаза Дорис внезапно расширяются. «Я слышу его!» – говорит она одними губами.

– Давай на счет три, – шепчет он, и они беззвучно считают: один, два. Он со всей силы распахивает дверь. – Ага! Попался! – кричит он, приняв бойцовскую стойку и гневно тыча пальцем.

– А-а-а! – вопит перепуганный почтальон, роняя конверты Джастину под ноги. Одной посылкой он бросает в Джастина, а другой пытается защитить голову.

– А-а-а! – вторит ему Дорис.

Посылка угодила Джастину пониже живота, так что он согнулся от боли. Побагровев, он падает на колени и хватает ртом воздух.

Все они, задыхаясь, держатся за грудь.

Почтальон, съежившись, стоит на полусогнутых, прикрыв голову посылкой.

– Джастин! – Дорис поднимает один конверт и бьет Джастина по руке. – Ты идиот! Это почтальон.

– Да, – говорит он сдавленным голосом. – Теперь я сам вижу. – Он делает паузу, чтобы взять себя в руки. – Все в порядке, сэр, вы уже можете опустить посылку. Простите, что напугал вас.

Почтальон медленно опускает посылку, в его глазах – страх и смятение.