Серж Винтеркей – Рыцарь системы. Книга 1 [СИ] (страница 26)
«Так, ментальные надстройки 1.4, есть. Теперь убираем базовый навык пространства и вуаля – два слота навыков. Просто руны, продвинутые руны – отлично! И вот тепе-е-е-ерь…»
Найти в заимствованной памяти нужную рунную схему много времени не заняло. Простейшее пламенное зачарование вполне подойдет, только мощности добавить. Достав свой полуторник, Стас положил его перед собой и задумался над очередной проблемой: чем рисовать руны. Можно энергией, но тогда оной может и не хватить. Впрочем, была у него одна идейка на этот счет…
Наладить мысленный контакт с плащом оказалось не слишком сложно, пусть и предельно непривычно. Объяснить полуразумному предмету, что от него требуется, – уже сложнее. Но вот, мысленный образ был послан плащу, обдуман тем и принят к работе. Сотни тонких нитей разом устремились к мечу, оплели его и вернулись обратно в плащ, оставив после себя рисунок. Те самые руны, которые ему и были нужны. Поправить пару огрехов, подать энергию – и вот, рунная вязь готова. Пару часов работать будет.
Стас поднял голову и внезапно понял: с этой угрозой он сталкиваться не хочет точно. Взгляд, которым Алиса смотрела на покрытый рунами меч… и ее лицо, по которому видно, что девушка едва сдерживает слезы. Одним действием он обесценил все ее труды и тренировки по выписыванию этих мозголомных знаков. Незадачливому мечнику пришлось срочно исправлять ситуацию:
– Алис! Успокойся. Я могу так делать только временные зачарования.
Взгляд девушки начал понемногу проясняться. Вот она чуть нахмурилась, приводя в действие свой весьма мощный мозг, и, немного подумав, предположила:
– Плащ не может вкладывать в руны смысл, да?
Стас выдохнул – гроза миновала. Вся эта история со «смыслом» была очередной заморочкой рун. По сути, каждая комбинация рун – это обращение. К чему-то. К чему конкретно – он мог только предполагать. Но каждая руна может иметь с десяток разных значений, и конкретный смысл в нее должен был вложить зачарователь прямо в процессе начертания. А сами зачарования делились на временные и постоянные: первые – лишь рисунок на поверхности, вторые выжигались или гравировались прямо в материале.
– Именно. Для временного зачарования хватает и того смысла, что я вкладываю в них вместе со своей энергией. Постоянные нужно рисовать самому.
– Значит, и для ритуалов он бесполезен, – заявила Алиса. С явным, пусть и не очень логичным облегчением. Ему оставалось лишь пожать плечами – в ритуалах он не разбирался совсем.
– Идем дальше?
– Ага.
И они вновь зашагали вперед, по дну небольшого плоского мира. А далеко впереди висел портал: своего рода маяк, указывающий путь туда, где больше… всего. Врагов, Даров и странных мест.
Всего того, за чем Стас и гнался в последнее время.
Глава 14
Он сам не понял, как вообще к этому пришло.
Вот они выслеживают очередную медузу – последнего из тех двадцати врагов, с которых Стас мог получить Дары на этом этаже. Алиса лимита достигла раньше благодаря своему убойному камешку и теперь лишь поддерживала напарника ритуалом. Последнее было очень в тему – медузы оказались крайне специфичными противниками.
Для начала, они не нападали. Даже не пытались. Наоборот: старались побыстрее свалить, когда к ним подходишь. Эта «зона комфорта» у них была метров в двадцать, наверное.
Но не это самое неудобное. Если все-таки догнать такую медузу, она начинала отбиваться. Не переставая при этом убегать. Средством самообороны служили своеобразные щупальца, как у нормальной медузы. Алиса назвала их стрекалами. Вот только на форме вся «нормальность» и заканчивалась. Все существо, включая его щупальца, оказалось полностью нематериальным. Единственное, что могло нанести вред светящемуся полупрозрачному телу – специально зачарованное оружие. Зато само оно своими стрекалами буквально тянуло жизненную энергию при касании.
С таким противником в ближнем бою совладать было откровенно сложно. Но Стас справлялся: всего делов – аккуратно обрубить весь клубок щупалец, после чего тварь умирала буквально от пары взмахов клинка. Утомительная тактика, но рабочая. Правда, когда Алиса начала ему помогать, драться стало в разы проще: один ритуал, и щупальца просто не могли к нему прикоснуться. Длился эффект секунд десять, но этого времени хватало с избытком.
– Давай!
Услышав сигнал, Стас метнулся вперед в рывке. Тонкие конечности медузы опутали его со всех сторон, бессильно стуча о невидимый глазу барьер, а ее шапкообразное тело торопливо сбегало в сторону ближайшей платформы. Впрочем, все равно недостаточно быстро – два размашистых взмаха полуторником прервали побег, и туша врага рассыпалась на синюю пыль. Да, спецэффект, с которым пропадали противники, тоже поменялся, но он устал искать в таких вещах логику.
Приложив руку ко лбу козырьком, Стас осмотрел местные, довольно мрачные, но красивые пейзажи и с удовлетворением подметил: людей все еще не видно. Значит, они в «передовых эшелонах» исследования этого… нечто, в которое людей закинула чужая воля. И это хорошо. Алиса, подойдя ближе, повторила его жест, оглядывая окрестности, после чего развернулась к нему и как-то неуверенно сообщила:
– Есть разговор.
– Раз есть, то вперед.
– Так. Для начала. Почему ты обобрал тех бандитов наверху?
– Чтобы они завязали со своей профессией, – пожал плечами Стас. – Меньше снаряжения – меньше уверенности в себе. Меньше желания нападать на своих, как гребаные крысы. Плюс, еще и одиночек перестанут недооценивать. Ну и амулет действительно стоит того и может спасти кому-то из нас жизнь.
– Но они же могут умереть…
– Против тех кабанов? Если не идиоты, то справятся. А медузы сами не нападают. Да и блин, Алис, не смогут и не смогут, помрут и помрут. Ты пойми: они сами решили стать врагами всех адекватных людей. Теперь пусть огребают заслуженные последствия.
– Ладно. Хотя мне все равно как-то тяжело со всем этим мириться, но, может, ты и прав… может быть. Тогда! Если мы будем и дальше… – девушка внезапно замялась, – работать вместе… то я должна уточнить еще пару вещей.
– Валяй, – Стас хотел предложить ей забрать брошь, как менее стойкой… ну и девушке, да. Но чувствовал, что предложение будет воспринято в штыки. А значит, стоило подождать подходящего момента. К примеру, когда трофей спасет кому-то из них жизнь…
– У тебя есть какие-то смертельные заболевания? Долги перед мафией? Еще что-то, из-за чего ты гарантированно сдохнешь, не дожив до старости?
Стас аж хэкнул от удивления. Вопросы были… неожиданные. Вот только чертовски серьезный взгляд Алисы не предполагал наличия юмора в ее словах.
– Ну… Панкреатит? Был. Система говорит, что больше нет. А так ничего. Я правильно ответил?
– Ага. – Легкого сарказма в последней фразе Алиса, кажется, не заметила. Или проигнорировала его. – Девушка есть?
– Сразу за больное… Нету. Года… два как расстались?
– Фига ты шустрый: в шестнадцать отношения заводить…
– В четырнадцать, – ехидно поправил ее парень, – там долгая история.
Алиса, кажется, растерялась. Он даже подозревал почему: не факт, что она в свои двадцать с лишним хоть раз была в отношениях. Но Стас умный, Стас промолчал.
– А родители? Какие с ними отношения?
Тут Стас поморщился уже всерьез. Тема была реально болезненной. А еще он вообще перестал понимать, чего Алиса добивается. Такой опрос он мог ожидать услышать от родителей невесты, но не в таком спонтанном разговоре. Впрочем… Его собеседнице, судя по напряженному лицу, это было важно. Очень. И она, кажется, сама понимала, что лезет не в ту степь. Но почему-то отказывалась давать заднюю. И он не скажет этого вслух, вот только выглядела девушка сейчас ну очень мило.
– Никакие, – наконец прервал Стас тишину, затянувшуюся на несколько минут, – нет у нас сейчас отношений. Я живу в другом городе, поменял номер и фамилию. Иногда шлю им весточки через Вайбер. У нас возникли… личные разногласия. На тему долгов и обязанностей. Они… Ладно. Короче…
Его прервали. Алиса, которая до этого напряженно прислушивалась к его словам, вдруг сделала шаг вперед и обняла, уткнувшись лицом ему в грудь. Стас за этот разговор уже устал удивляться, но на сей раз сюрприз вышел, для разнообразия, приятный.
Он аккуратно обнял ее в ответ и закрыл глаза, наслаждаясь теплом тела девушки. Впрочем, хватило этого спокойствия ненадолго, и в голову начали лезть мысли. Он никогда не понимал: почему вообще девушкам нравится обнимать парней? Они же твердые. Большинство либо костлявые сверх меры, либо мускулистые – мягкости взяться неоткуда. Стас до сих пор помнил один забавный разговор, подслушанный им случайно, где одна подруга матери признавалась, почему так любит своего слегка жирного мужа. Обнимать приятно – мягкий, как медвежонок. Комфорт, все дела.
– Извини, – немного сдавленный голос Алисы снизу прервал его размышления.
– Ладно уж, ничего. Зато выговорился и все такое. Ну и теперь ты знаешь, откуда у меня такая крутая фамилия.