Серж Винтеркей – Ревизор: возвращение в СССР (страница 56)

— Пока да.

— И у нас бакалея, гастрономия сходится. Вы тоже только самое дорогое считаете?

— Ну да. — Вася посмотрел на меня озадаченно. — Всегда так считали.

— Мне кажется, неправильно это. Всё надо считать.

— Ну, бутылки и промтовары, возможно, — согласился Вася. — А в бакалее перловку с горохом какой смысл до килограмма считать? Мешки сходятся и ладно. Что там копейки вылавливать?

— Копейка рубль бережёт. — возразил я.

— Василий, перекур окончен, — позвал сторожа проверяющий. Я тоже пошел к своему контролеру.

Мы поработали ещё час. Я старался не присматриваться к манящим хорошо и вкусно покушать этикеткам банок. В животе уже урчало.

К нам подошли Цушко с главным контролёром.

— На сегодня всё. — Сказал глава проверяющей комиссии. — Завтра утром, юноша, не опаздывайте, — строго сказал он мне. Я как рыба хватал ртом воздух.

— Паша, зайди ко мне перед уходом, — велел мне заведующий. Я кивнул головой.

Цушко и главный контролёр скрылись в кабинете начальника. К нам с Настей подошла Никифоровна.

— Ну, что, всё сходится? — нарочито безразличным тоном спросила она.

— Пока, да, — ответила ей Настя.

— А содержимое мешков, банок и бутылок тоже проверяли?

— Анна Никифоровна, как же их проверишь? — смеясь, спросил я. — Хотя, я бы вскрыл там пару баночек.

— А я, — подошёл к нам Вася-негр, — пару бутылочек.

Мы рассмеялись. Подтянулся второй проверяющий, что считал с Васей бутылки. Повисло напряжённое молчание. Мы все ждали своих начальников, переминаясь с ноги на ногу.

Наконец, двери кабинета Цушко открылись, вышел главный контролёр и жестом позвал своих за собой.

Я заглянул в кабинет заведующего.

— Заходи, — позвал меня он. — Дверь закрой. На вот, за сегодня. — Он положил на стол трояк.

Я молча спрятал его в карман рубахи.

— Выйдешь завтра с утра на весь день, получишь десятку, — предложил он, пристально глядя мне в глаза.

— Хорошо, только мне в обед к врачу надо будет сбегать за справкой, а то в школе будут проблемы.

— Сбегаешь, — согласился Цушко.

— Тогда до завтра? — спросил его я.

— Иди, — махнул он на меня рукой, переключившись на свои мысли.

Я глянул на дверцу шкафа с документами, она была чуть — чуть приоткрыта. Ну и хорошо, мышам легче будет залезть.

Я нагло схватил пару печенин с подоконника и вышел из кабинета, наткнувшись на Никифоровну и Васю-негра.

— Ну что, я пошёл. Мне ещё надо гостинцы ваши найти, — сказал я, глядя на Никифоровну.

— Ты что, потерял их? — обиженно спросила она.

— Суматошный вечер вчера был. Оставил где-то. Одно место проверил, там нет. Ещё одно место осталось. Я найду, Анна Никифорровна. И патрон вам в сени куплю. Я помню.

— Ой лоботряс, — развела руками Никифоровна.

— Да завтра, — попрощался я с ними, подавая Васе руку.

Я вышел на улицу. Надо идти в тот дом, где есть телефон.

Я вышел на Первомайскую и направился по правой стороне, высматривая большой дом. Нашёл его довольно быстро. В доме, на первом этаже горел свет.

Заходить во двор я предусмотрительно не стал. Прекрасно помнил, что было в прошлый раз. Но настроение было боевым и хотелось подшутить над песиком, так сказать отыграться немного.

— Винтик! — заорал я, стоя у забора. — Винтик! Ко мне!

Как ни странно, пёс подбежал и сел передо мной.

— Винтик! Голос! — скомандовал я. Пёс наклонил голову как попугай и с интересом смотрел на меня.

— Голос! Винтик! Голос! — надрывался я. Но всё было бесполезно. Это чудовище молчало.

— Ивлев, ты что делаешь? — услышал я сзади удивлённо-возмущённый женский голос.

Оглянувшись, я увидел нашу школьную медсестру. Рядом с ней стоял хозяин дома то ли Александр Викторович, то ли Виктор Александрович. Блин, она что, его жена? Вот чёртов городишко.

— Здрасте, — только и смог проговорить я.

— Чего тебе? — спросил хозяин.

— Виктор Александрович, — взял я себя в руки. — свёрток чужой вчера где — то просёмал. Бумажный такой, шпагатом перевязан, — показал я руками примерные размеры.

— Александр Викторович, — поправил он меня. — Пойдём.

— Может, я тут подожду? — предложил я, вспоминая вчерашнее знакомство с Винтиком.

— Не ссы, казак, атаманом станешь! — подначил меня хозяин, и я зашёл за ним во двор.

Хозяйка закрыла на стальную петлю калитку. И прошла вперёд нас в дом.

— Наташ, — сказал супруге хозяин, — а я тебе говорил, он не мог ниоткуда их притащить. А ты всё, соседей обокрал, соседей обокрал.

Он подмигнул мне. Вышла хозяйка.

— Вот, тут немножко Винтик их помял, — она подала мне две банки сгущенки и две банки тушёнки со следами от собачьих зубов.

— О, нашлись, спасибо, — обрадовался я и попытался распихать банки по карманам.

— Ну что ты делаешь, Ивлев, — остановила меня Наталья и скрылась в доме. Мы с хозяином остались стоять на крыльце.

— Эта тётушка, которой вы скорую вчера вызвали, — сказал я, пытаясь чем-то заполнить повисшую паузу, — оказалась женой нашего НВП-шника.

— Надо же, — ответил он.

Вскоре вышла Наталья и дала мне тряпичную авоську.

— Ой, спасибо, — поблагодарил я, складывая в неё банки. — Я верну.

— Иди к мамке, — сказала, усмехнувшись Наталья. — Шляешься допоздна.

— До свиданья. Ещё раз, спасибо, — помахал я им авоськой и, опасливо оглядываясь на Винтика, вышел со двора на улицу.

Ну хорошо. Один вопрос решился. А то так неудобно было перед женщинами.

И я в хорошем настроении припустил домой. Всё хорошо, что хорошо кончается.

— Всем привет! — поздоровался я со своими девчонками, гордо выкладывая на стол банки с заметными отметинами гигантской челюсти.

— Что это с ними? — прошептала мама.