Серж Винтеркей – Ревизор: Возвращение в СССР 6 [СИ] (страница 38)
Дома меня ждал мокрый половик на крыльце, а в кухне обеспокоенная Юлька.
— Что-то случилось? — испугался я.
Она смутилась, замотала головой и попросила рассказать ей новости из больницы. Юлька была очень расстроена, чуть не плакала.
— Пойдём на улицу, — предложил я. — Сами проветримся и Кошмарика заодно моего выгуляем.
Юлька очень переживала за Славку, и уже откуда-то узнала, что Эмма в коме. Несколько раз принималась плакать. Дошли с ней до Площади, и я предложил ей сесть на одну из лавок, видя, что ей не очень хорошо.
— Что со Славкой будет, если Эмма не выкарабкается? — спрашивала она.
— Юль, жизнь — штука сложная, но она всегда продолжается, что бы ни случилось, — пытался я успокоить подругу. — Кто-то умирает, кто-то рождается. Ты сама сейчас новую жизнь в этот мир выводишь. И тебе надо думать об этом. Не волнуйся так сильно, это может ребёнку повредить. Твоя задача — родить здорового малыша, вот об этом сейчас и думай. А о Славке с Эммой не беспокойся. Их семья и друзья рядом с ними, мы сделаем всё от нас зависящее. Как будет, так будет. Твоё волнение ничего не изменит, а малышу твоему может повредить.
Она немного пришла в себя. Я проводил её и направился на автопилоте домой, обдумывая обе свои идеи на завтра, и с биноклем, и с обходом домовладений.
Карта! Мне же Поляков карту обещал. Как я мог забыть⁈
Бегом я припустил к начальнику коммунальных предприятий города.
— Мася! Свои! — заранее крикнул я, врываясь в чужой двор.
Собачушка громко облаяла меня, но бегала вокруг, не пытаясь кусать и при этом ещё хвостом махала. Вот хитрюга.
— А, это ты, — констатировал Василий Игнатьевич, выскочивший на крыльцо на лай собаки. — Что вчера-то не пришёл? — осуждающе посмотрел он на меня и жестом пригласил в дом.
— В засаде с пацанами сидели, — начал оправдываться я. Хотя, на самом деле, я тупо забыл из-за всей этой беготни. — Хотели на живца вора поймать на люк у Первомайской-15.
Дед на мгновение задумался, сверяясь со своей памятью, потом понимающе кивнул.
— А ты откуда про Первомайскую-15 знаешь? — подозрительно глядя на меня, спросил он.
— Так это начальницы моей дом, Ирины Викторовны.
— О как! — искренне удивился дед. — И что же засада?
— А… — разочарованно махнул я рукой. — Бесполезно всё это. Такая авария случилась… Вы слышали, девчонка пострадавшая в коме?
— Кто не слышал? — с досадой спросил он.
— После такого вор надолго затихнет, побоится воровать. Так что, можете на какое-то время расслабиться, люки пропадать пока не будут.
— Посмотрим, посмотрим… — проворчал Василий Игнатьевич, доставая и раскладывая на столе в восемь раз сложенный светло-коричневого цвета лист большого формата с нанесенной неизвестным мне способом схемой города.
Я с интересом разглядывал схему. Линии были тёмно-коричневые, кое-где проявлялись пятна как от воздействия высокой температуры. После обработки в автоклаве на бумаге такие же следы остаются.
На схеме карандашом были нанесены даты. Как я понял, они соответствовали дате пропажи люка на этом месте. У некоторых мест, как, например, у дома номер пятнадцать по Первомайской улице, стояло по четыре и более дат! Это значит, там люк четыре раза уносили.
— Очень интересно… — пробормотал я. — За какой период здесь собрана информация?
— За всё время, что смогли найти. Архив подымали, — ответил дед.
— Большая работа! — посмотрел я на него с удивлением. — И ничего не обнаружили? Никаких закономерностей?
Дат на схеме было очень много, надо было вдумчиво всё проанализировать.
— Вы мне её дадите? — с благоговением я начал бережно складывать схему.
— Бери, — махнул дед рукой. — Может, и правду говорят, что у тебя голова светлая. Увидишь, что я не увидел.
От удивления я даже ничего не ответил на такое заявление. Хотя приятно, приятно…Бережно свернул схему, поспешно попрощался и поспешил домой, сгорая от нетерпения.До глубокой ночи работал со схемой, пытаясь найти какую-нибудь закономерность. Не так, чтобы прям нашёл, но определил квадрат два на два квартала, где, похоже, и надо искать пропавшие люки.
Один магазин с прилегающей территорией и семнадцать частных домовладений. Вот на них и сосредоточим основное внимание!
Сам не заметил, как уснул прямо за столом. Разбудила меня бабушка, и тут же приказала отправляться в постель. Шея затекла от неудобной позы, но это не помешало мне тут же заснуть, едва лег.
Глава 20
К семи утра был у водокачки. Дверной замок висел нетронутый. Интересно, явится Иван или нет. Не успел я об этом подумать, как увидел в конце улицы до боли знакомый силуэт.
— Явился!.. — удовлетворённо пробормотал я. — Куда он денется…
Мы просидели на башне минут сорок. Видимость была прекрасная, но и зелени уже было прилично. Сначала я прошерстил в бинокль все участки квадрата, который вчера вычислил. Глаза устали и меня сменил Иван, но тоже безрезультатно. Затем осмотрели весь остальной частный сектор.
— Нет, с такого расстояния люки не видны, — констатировал он. — То ли семикратного увеличения мало, то ли нет там никаких дорожек из люков вообще. Ладно! Попытка — не пытка. Отсутствие результата тоже результат.
Он похлопал меня по спине, типа, не расстраивайся, мы спустились вниз, он запер водокачку, и мы побрели в сторону нашей улицы.
Проходя мимо стадиона, заметил там Тимура и Мишку. До сих пор не разошлись, меня ждут, что ли?
Поспешил к ним. Пришлось объяснить своё опоздание. Выложил им свой план по обыску частных дворов.
— Ты думаешь, люди нас к себе пустят? — с сомнением спросил Тимур.
— Конечно, пустят, — заверил его я. — Помимо агитации будем предлагать помощь по хозяйству. Дармовая рабсила! Кто ж от такого отказывается? Нам нужны доверенные люди, умеющие язык за зубами держать. Обходы будем делать парами: парень-девушка. Женщины, обычно, больше доверия вызывают, горожане будут охотнее пускать нас к себе. Основная наша задача — осмотр. Ничего специально не обыскивать, только смотреть по сторонам, замечать, не показывая виду, и докладывать мне.
— Если бы я люки тырил, я бы ни за что к себе никого не пустил, — высказался Тимур.
— Правильно, — поддержал его я. — он и не пустит. А соседи его пустят! Наша задача осмотреть участок, а не походить по нему. Нарисуем схему интересующих нас кварталов, начнём подворовый обход. Будем вычёркивать на схеме проверенные дворы и отмечать подозрительные. С одной стороны за забор заглянуть не получится, мы от другого соседа заглянем. Так, методом исключения, мы его и вычислим.
— А дальше? — спросил Мишка.
— А дальше дело милиции, — строго сказал я. — Мы не бандиты, мы на стороне закона.
На самом деле я уже продумал, что лучше сделать, если найдем похитителя. Тогда можно было бы Ивану помочь по службе продвинуться. Мне в будущем никогда не помешает высокопоставленный человек в милиции. Он может тогда по моему совету открыть побольше дел о кражах и разом их все раскрыть, задержав преступника. Это не только статья в газете будет, это и на повышение по службе может потянуть. Если что-нибудь нароём, надо будет Ивану идею подсказать.
Отзанимались на автопилоте, живо обсуждая детали предстоящей операции. Тимур просил подключить своих друзей Женьку и Валерика, ручался, что парни они серьёзные, не болтливые.
— Ну, тогда девчонок еще поищите подходящих, а то нам их не хватает, — на автомате ответил я, а сам с удивлением подумал: надо же, как времена изменились!
Пикантность ситуации заключалась в том, что гонявшая нас со Славкой когда-то компания теперь будет искать обидчика одного из нас. Причём, для них это будет не просто развлечение, а дело чести! О, как!
В школе застали какую-то непонятную суету и нездоровое возбуждение в классе. Вместо иностранного языка нам устроили внеплановый классный час. Присутствовали Кириешка, комсорг школы, чуть позднее к нам присоединился Игорь Иванович.
— Что происходит? — спросил я одними губами Тимура, что сидел теперь с Веткой на третьей парте слева от меня. Он в ответ только плечами пожал. Тоже ничего не знает.
И Юльки, как назло, не было, она всегда в курсе всего.
Юлька пришла одновременно со звонком. Заплаканная, на ней просто лица не было. Я откровенно испугался за нее. Подумал, что случилось что-то серьезное. Тут и так не просто, неужели это еще не вся черная полоса⁈.
Но по тому, как на ее появление среагировали педагоги и комсорг, я понял, что они здесь по ее душу. Глазами ее провожали, пока шла от двери до парты так, что шеи даже синхронно поворачивались. Неужели узнали про беременность! Это же СССР, тут все строго! Но откуда?
Юлька села за свое место за партой и уткнулась лицом в сложенные на парте руки. Она тихонько плакала.
— А что происходит, вообще? — вырвалось у меня.
Директор взглянул на Кириешку и жестом велел ей начинать.
— А происходит то, Ивлев, что вашему классу нужен новый комсорг! Решением педсовета Юлия Вабищевич, столько лет прикидывающаяся честной, ответственной и добросовестной комсомолкой, смещена с должности комсорга за аморальное поведение!
— А что она сделала-то? — прозвучал любопытствующий голос с задних рядов.
— Что сделала, что сделала! — проворчала Кириешка, — в общем, аморальное поведение. Это дело педсовета, а не ваше, не нужны вам подробности!