Серж Винтеркей – Ревизор: Возвращение в СССР 6 [СИ] (страница 34)
Бабушка с пониманием кивнула.
— И где вы собрались засаду устраивать? — спокойно спросила она.
— У Веты Беловой дома.
— Вы ж только осторожнее там, — только и сказала она.
— Угу, — пообещал я, поужинал и пошёл гулять с собакой, забрав и мальчишек с собой. Пусть бабуля немного отдохнёт от них. А то, с тремя детьми сидеть, это же чокнуться можно. Я думал, что Аришка начнёт в ясли ходить после праздников, а её только на два часа берут в первую неделю. Ещё неделю будет по четыре часа ходить, и только с третьей недели на полный день разрешат оставлять.Я и не знал, что в яслях целая система адаптации существует. Как-то в прошлой жизни это мимо меня прошло.
Погуляли с пацанами очень хорошо, дошли аж до Площади. Они умаялись, и мы их быстро уложили с бабулей спать, споив им по полстакана кефира.
Тузик набегался и свернулся на коврике у моего дивана.
С чувством выполненного долга я пожелал бабушке спокойной ночи и пошёл на дежурство к Ветке.
Родители Ветки отнеслись с большим пониманием к нашему мероприятию. Тем более, что, как оказалось, они были в курсе эпопеи с Лялиным. Нам разрешили сидеть на кухне хоть всю ночь. Родители в десять часов ушли спать и загнали спать Норку в общую с Веткой спальню. Ветка осталась с нами. Минут через пятнадцать к нам прокралась и Норка. Где-то через полчаса малую сморило, она уснула, сидя за столом. Тимур отнёс её в кровать.
Мы остались сидеть вчетвером в темноте, разглядывая ночную улицу.
— Шла бы ты спать, — предложил Ветке Тимур. — Завтра в школу…
— Посижу ещё немного и пойду, — согласилась она.
Больница уснула. Смена обещала быть спокойной.
— Поспите, Марина Павловна, — посоветовала медсестра Валентина дежурному доктору, заваривая крепкий чай. — А то вас позапрошлой ночью из дома дёрнули. Потом дневная смена. И опять дежурство.
— Работа у нас такая, — возразила ей доктор Марина Карпова, но присела на кушетку в приёмном, раздумывая лечь или не лечь.
— Помогите! — вдруг раздался из коридора хриплый крик, разнёсшийся гулким эхом по пустым коридорам больницы.
Марина и медсестра выскочили в коридор. В полумраке увидели дедка из хирургии в больничной пижаме. Поспешили к нему.
— Я по нужде встал… — причитал дед. — А она тут лежит…
Приблизившись, они увидели тело. Девчонка с переломами после аварии лежала бездыханная на холодном кафельном полу.Марина на автомате перевернула её, пощупала пульс. Пульса не было, и Марина принялась делать сердечно-лёгочную реанимацию.
— Ах ты ж боже мой, — воскликнула Валентина. — И давно она тут? — спросила она испуганного деда.
Тот только пожал плечами.
— Позовите Юрия Васильевича, он в ординаторской.
Но Юрий Васильевич с заспанным лицом и сам уже вышел в коридор на шум.
— Что тут у вас? — спросил он.
— Девчонка, что после аварии, загрузилась! — доложила Валентина, подкатывая каталку.
— Давайте её в реанимацию, — распорядился доктор и в одиночку поднял девчонку на каталку.
Марина Карпова забралась туда же и продолжала делать Эмме искусственное дыхание до самого отделения интенсивной терапии.
Глава 18
Часы показали одиннадцать, и Ветка ушла спать. Мы остались втроём. Нам разрешили пользоваться кухней, и мы решили попить чаю. Пока суть да дело, пока разобрались с чужим примусом, чуть хозяев не разбудили. Боялись свет включать, чтобы вора не спугнуть, в темноте ковырялись, опрокинули стул… Мишка должен был дежурить у окна, но всё время лез к нам с советами.
— Не отходи от окна! — шипел на него Тимур. — Пропустишь всё!
Наконец мы справились и налили каждому по чашке чая.
Только сели за стол, вглядываясь в ночную улицу, как раздался стук. Мы притихли. Стук повторился. Кто-то настойчиво стучал во входную дверь.В тишине Тимур подошёл к двери и прислушался.Стук повторился ещё раз. Мы с Мишкой встали у него за спиной.
— Кто там? — спросил брат.
— Открывайте, — услышали мы из-за двери голос, показавшийся мне до боли знакомым.
На пороге стоял Иван Николаев.
— С вами подежурю, — буркнул он. — А то опять упустите, дилетанты.
Оказывается, бабушка, пока я гулял с собакой и детьми, успела сгонять к Николаевым и сдать меня с потрохами.
Если подумать, то в общем-то, правильно сделала.
Иван по-хозяйски отодвинул Тимура и прошёл в кухню к окну.
— Где люк? — спросил он.
— Вон под деревом, что фонарь на Огарёва закрывает, — озадаченно ответил я.
Он же отказался что-либо предпринимать, когда я на честном расследовании настаивал. Почему он здесь? Что изменилось?
Иван молчал. И мы молчали. Беспокойство нарастало.
— Вань, в чём дело? — не выдержал я.
— Плохо всё, — не отрываясь от окна, ответил Иван. — Герман приходил только что, Эмма в коме.
— Как⁈ — воскликнул я. — С какого⁉.. Всё ж нормально было! Мы же только сегодня к ней приходили!
— Врачи считают, тромб, так бывает… После таких травм…
Мишка, Тимур и я ошарашенно переглядывались. Иван всё смотрел в окно.
— И что? Какой прогноз? — подошёл я к нему.
— Никакого. Никто не знает, сколько она… пролежала на полу. В нашей больнице из оборудования только энцефалограф. Вроде, мозг жив.
— И это всё? — отказывался верить я. — Вроде мозг жив?
— Врачи посоветовали её в Брянск перевести. Герман будет завтра этим заниматься, договариваться со всеми, чтобы быстрей перевели.
— А Клара Васильевна как? — не отставал я от него. — А Славке сказали?
— Не знаю, — буркнул Иван. — Смотрите лучше в оба!
Он молчал, отвернувшись к окну, но желваки играли. Я хорошо его понимал, эти дети выросли на его глазах, он прекрасно знал их семьи.
Но с другой стороны, все виноваты в том, что произошло. И косвенная вина Ивана тоже в этом есть. Нельзя было спускать на тормозах дело о краже люков! Надо было бить в набат, поднимать общественность! Надо было противостоять городскому начальству. Это же не урны с городских улиц украли. Это люки с проезжей части!
Но у нас всегда так. Пока жареный петух не клюнет, все думают, что само рассосется.
Всю ночь до утра мы просидели, не сомкнув глаз. Адреналин вытекал из ушей, даже просто посидеть или постоять на одном месте не получалось. Если бы сейчас появился похититель люков, мы бы убили его, тупо разорвав на сувениры.Но никто так и не появился. Рассвело.
— Всё, расходимся, — скомандовал Иван. — Больше нет смысла засады устраивать.
— Это ещё почему? — обиженно спросил Мишка.
— Если сегодня не появился, то уже и не появится. Утром разнесётся весть, что состояние девчонки резко ухудшилось, что она между жизнью и смертью. Этот урод заляжет теперь надолго. А если Эмма не выкарабкается, он вообще не будет больше этим заниматься. Одно дело кража, другое непреднамеренное убийство.
Возразить было нечего.
— Расходимся парни. Иван прав, — подтвердил я.
Вернувшись домой, застал бабушку уже на ногах. Рассказал ей печальную новость про Эмму. Она опешила буквально на мгновение, потом моментально собралась с духом.