Серж Винтеркей – Ревизор: Возвращение в СССР 6 [СИ] (страница 16)
— Да? — подняла она на меня заплаканные глаза. — Ой, что это с тобой?
Она только увидела фингал у меня под глазом.
— А… подрался вчера, — отмахнулся я. — А насчёт Брянска подумай. Это отличная идея, как мне кажется.
— Вот мы дураки! И как сразу не додумались! Молодец Паша! — воскликнула бабушка. — Нечего и думать, внучка! Сегодня же в больницу нашу к Демьяну схожу. Пусть похлопочет, он в Брянске всех, кого надо, знает. От нас до Брянска близко, каждые выходные сможешь домой к дочке приезжать. И нам спокойней. Доучишься, а там уже нигде не пропадешь. Врачи всегда нужны.
— Кстати говоря, я даже придумал, где ты в Брянске жить сможешь, — сказал я и сделал небольшую паузу для пущего эффекта, — Клара Васильевна же с мужем теперь здесь живет, и обратно не спешит, как я понял. Обстоятельства с беглой мамашей не позволяют. Но она волнуется, что у них в Брянске дом простаивает. Мало ли что — залезут, вещи вынесут. Я думаю, только заикнемся, что ты там можешь жить и присматривать, как они тут же не только согласятся, но и обрадуются! Наверное, даже денег не попросят, но, я думаю, платить все равно нужно, им детей надо поднимать от мамаши-кукушки.
Инна заметно повеселела, она сидела и несколько неуверенно хлопала глазами, но по лицу было видно, что идею обдумывает всерьез. Видно было, как ее корежит от одной мысли снова месяцами не видеть дочку. Ну и хорошо. Нафиг этот Ижевск. Будет там шататься по лесным дорогам одна… Перебьётся пока Пётр без жены. Все равно, если часть аж за двадцать шесть километров от города, видеться они часто не смогли бы. А так хоть за сестру волноваться не надо будет. И Аришка с мамой регулярно видеться сможет. А то забывать стала ее, никуда не годится это. В идеале бы было прямо в нашей больнице учиться, но нет у нас интернатуры, я уже выяснил. Не дорос наш городишко размером до такого.
— А как же Петр? Что он скажет? — все же спросила она нас, явно в поисках поддержки.
— Хочешь, я ему сам позвоню, и поговорю с ним? — предложил я.
— Нет, мне еще обдумать все это надо… — покачала головой сестра, — такие решения вот так за пять минут нельзя принимать.
— Ты ему скажи, главное, что любишь его, но по дочке сильно соскучилась, он должен понять. И напомни, что его временно туда перевели, верно? Так что, как только в нормальное место переведут, вы снова вместе жить будете.
Инна распрощалась с бабулей и дочкой, проводила меня до школы и пошла дальше на вокзал. Она уже больше не плакала. Настроение у сестры явно скакнуло вверх от осознания того, что всей этой безнадеги с мыканьем в одиночку в незнакомом городе без родных можно избежать. Думаю, она и сама прекрасно понимала, что не будет она шастать наперегонки с кабанами и медведями по глухому лесу, чтобы с мужем повидаться на его отдалённой от Ижевска базе.
Глава 9
В школе ловил на себе вопросительные взгляды педагогов и ухмылки учеников. Но вёл себя как ни в чём ни бывало, и вопросы мне задавали только наши девчонки.
Больше всех беспокоилась Юлька. Она стала совсем по-другому ко мне относиться. Из её сбивчивого щебета на переменах я понял, что Игнат поделился с ней, что я хлопотал за него. Она несколько раз принималась высказывать мне свою благодарность, я так и не понял, за что. Как будто это не сам Игнат оказался не замешанным в чужих делишках, а я его отмазал от заслуженного наказания.
Ладно, не буду сейчас с ней спорить, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не волновалось. Ещё, как я понял, Игнат не отказался от идеи уехать из Святославля. И Юлька уже готовится к переезду куда-то в Татарскую республику на большую стройку.
И что там строится-то? Дай Бог памяти… Нет, не помню. Надо Игната расспросить. Надеюсь, они не в чисто поле поедут. Ребенка же там предстоит растить. Эх, Юлька-Юлька, образование тебе не светит в ближайшие не знаю сколько лет. Хоть бы у Игната все хорошо складывалось. Так он парень надежный, но немного удачи никому не помешает. Самое главное, что любят они друг друга, по всему видно, совершенно искренне. Вместе горы свернут.
Слушал преисполненную энтузиазма Юльку и надеялся, что всё у них с Игнатом будет хорошо. Вон, она готова всё бросить и чёрте-куда за ним ехать.
На работе Галия устроила мне допрос, что случилось, и кто меня избил. Соврал ей, что хулиганы напали. И стойко держался, не давая никаких деталей. Хорошо, что она в окно за нами не наблюдала, тогда все могло бы сорваться.
Сославшись на репетицию концерта у меня на чердаке, извинился, что не смогу её сегодня проводить и после работы сразу направился домой.
Галия влетела в квартиру рассерженной львицей.
— Вы представляете, Павла вчера избили! — преисполненная праведным гневом, сообщила она домашним.
— Это кто ж его? — спросила мама с искренним удивлением.
— Сказал, хулиганы какие-то напали. Он их не знает, он же не с нашего района. Марат, ты должен их найти! Ты же всех парней в округе знаешь, тебя уважают!
— Непорядок, — поддержал дочь Якубов старший. — И правда, надо выяснить, кто такие. Сын, ты бы поспрашивал у своих, что у нас тут за шпана завелась.
Такого поворота Марат никак не ожидал. Но куда деваться!
— Хорошо! Хорошо… — остановил их Марат. — Поспрашиваю.
— Поймай их и кости им переломай! — напутствовала его Галия.
Марат накинул свой дембельский китель на тельняшку и вышел из квартиры.Куда-то надо сходить для вида, а вообще, дурацкая ситуация: самого себя ловить.
Странно, что Пашка Галие не сказал, кто его на самом деле отметелил. Может, отец прав насчёт него? На вид хлипкий, но стержень в нем, похоже, есть. Не сдался, не хныкал. Галие его не сдал, опять же…
Марат встретился с несколькими бывшими одноклассниками в этот вечер, вернулся поздно, выпивший. Галия и отец уже спали. Только мать ждала его на кухне.
— Слушай! — уселся за стол довольный Марат напротив матери. — Я тут знакомых насчёт этого Пашки поспрашивал. Сколько он с Галиёй знаком?
— Месяц-полтора… — растерянно глядя на сына, ответила мать.
— А зимой он дрался на Площади из-за другой девчонки! — победно подняв палец вверх заявил Марат.
— Из-за какой ещё девчонки? — почувствовав укол ревности за свою дочь, спросила Оксана.
— Не знаю. Слухи ходят, а что почём никто толком не может сказать.
— Даже не знаю, как об этом Галие сказать, — деланно заломила руки мать. — Бедная девочка, думает, что она одна у него…
Марат взглянул на мать, что-то складывая в уме.
— Может, там уже всё? — спросил он её.
— А если нет? — многозначительно глядя на сына, ответила та, победно улыбаясь.
Марат пожал плечами и пошёл спать.
К семи начали подтягиваться ко мне домой друзья. Сразу приглашал их пройти наверх, думал так мы меньше бабушку побеспокоим. Но она сама несколько раз к нам подымалась то с пирожками, то спросить, не холодно ли у нас наверху. У меня сложилось впечатление, что ей просто любопытно было, чем мы там заняты. Не привыкла бабуля, что что-то может без ее ведома и строгого присмотра происходить.
Выяснилось, что Тимур передал Ветке мою идею привлечь мелких одноклассниц Норки для номера с маршированием под музыку. Ветка взяла на себя реализацию, доработала номер, Норка будет ещё и петь. Они даже одну репетицию уже провели.
На скорую руку сделали со Славкой нам «шумелки-громыхалки», как их Норка назвала, и прогнали один раз номер с пилой. Ветка заценила, сказала, что смешно. Ну и отлично тогда. Доведем до ума самодельные маракасы, костюмы продумаем и все.
Порепетировав, разошлись по домам, а я спустился вниз на кухню и сел пить чай. Покоя не давала мысль, что очень не вовремя я решил отношения налаживать с брательником Галии. Дёрнул меня чёрт! Как теперь лекцию в колхозе читать? Она ведь уже завтра, а у меня синяк на половину лица.
Ни на что особо не надеясь, спросил бабушку:
— Бабуль, у нас чисто случайно масла лавандового нет?
Бабушка изумленно посмотрела на меня и отрицательно мотнула головой.
— Нет, конечно, — ответила она, — а зачем тебе?
— Синяк свести надо срочно и отек снять. Завтра лекцию ехать читать очередную, а я выгляжу, как школьный хулиган, а не как уважаемый лектор.
Бабуля слегка подвисла.
— И с чего ты взял, что лаванда синяки сводит? — спросила она немного настороженно. — Это же успокоительное средство.
— Успокоительное, — я согласно кивнул, — а еще отеки снимает на раз и синяки убирает очень быстро. Я читал, что лучше ничего нет для максимально быстрого эффекта.
— Читал он. В журналах и книжках много всего пишут, да не все правда, — махнула рукой бабушка. — Не майся дурью!
— Да ладно, чего спорить, если все равно лаванды дома нет, — примирительно сказал я. Не объяснять же бабуле, сколько раз меня это «успокоительное» выручало в прошлой жизни, когда нужно было быстро свести с видимых мест на лице и теле последствия неудачных тренировок или же каких-нибудь неприятностей, в которые я периодически попадал.
Мы продолжили мирно чаевничать, как вдруг минут через пять бабушка ни с того, ни с сего вскинулась и обрадованно воскликнула:
— Вспомнила! Все в голове крутилось, от кого я про эту твою лаванду раньше слышала, да не могла вспомнить.
— От кого? — я заинтересованно смотрел на бабушку.
— Да от Валентины, жены Германа, — довольная бабушка начала рассказывать, — Мы же на свадьбе с ними общались, когда дети вместе играли, и Валя рассказала, что у них в садике эксперимент какой-то проводился, в область потом результаты посылали. Большая программа какая-то научная, я не сильно внимательно слушала, но там вроде два месяца в двух группах деткам в спальню на тихий час подушечки, пропитанные маслом лаванды подвешивали. Проверяли успокоительный эффект.