Сергей Зверев – Игра по-черному (страница 25)

– Олег, ты что? – Погодин потрепал склонившегося над экраном монитора Маринина за плечо.

– Глаза не видят уже, – ответил спецназовец. – Упражнение такое есть, чтобы снять усталость с глаз…

– Упражнение, – проворчал капитан. – Ты с нами вместе не спишь вторые сутки. Придется делать остановку, иначе ты свалишься, а мы без твоих глаз вляпаемся в какую-нибудь нехорошую ситуацию.

– Не надо делать остановку, – Маринин умоляюще посмотрел на командира. – Разрешите заменить меня на пару часов Пуху. Я натаскал его, он справится.

Погодин внимательно посмотрел на сидевшего рядом молодого спецназовца Павла Пожарова, который был помощником оператора. Парень был чуть ли не самым молодым в группе, ему всего девятнадцать лет. Спецназовец смотрел на командира с надеждой.

– Ты уверен в нем, Олег? – на всякий случай задал вопрос Погодин.

– Ручаюсь, товарищ капитан. Он знает, как управлять «птичкой» и на что обращать внимание. Если что-то будет непонятно, если он почувствует, что не справляется, то сразу разбудит меня.

– Хорошо, Олег, отдыхать три часа, – кивнул Погодин.

Когда Маринин, накрыв голову, улегся в кузове грузовика, а его помощник занял место оператора, капитан снова задумался. До места встречи с Халиловым оставалось совсем немного. Лейтенант молодец, он все же нашел след Нестерова и его дочери. Группа идет в правильном направлении, но сейчас нужно хоть какое-то подтверждение, что Нестеров был здесь, в этих местах. А если Погодин не успеет перехватить Нестерова, если тот доберется до мест, куда не дотянутся руки боевиков из мелких банд? В таком случае полковник неизбежно окажется в руках Аламо. Там все население за своего лидера стоит стеной, и чужаков сдадут обязательно и с наслаждением.

«Главное, успеть и нам», – понимал Погодин, у которого имелся в руках неплохой козырь от генерала Сафонова. Даже два козыря, которые могут сработать в критический момент, когда наступит безвыходная ситуация. И сработать они могут только вместе. Никто, кроме лейтенанта Халилова, не знал, что Погодин везет с собой два письма, адресованных Габриэлу Аламо. Есть люди, которые хорошо знают Аламо, знают его цели, имеют представление о том, как тот может поступить в тот или иной сложный и важный момент. Да, непримиримый Аламо жесток в своих мерах, но его за это и любят сторонники. Он всегда держит слово, он всегда выполняет общения и… естественно, не дает пустых обещания. Избегает вообще чего-то обещать. Особенно если конечный результат чего-либо от него не зависит.

Одно письмо было от президента Лурембо, второе – от руководителя миссии военных советников России генерала Сафонова. В руках Погодина вполне могло оказаться еще и письмо от российского посла, но в последний момент в столице решили, что попади такое письмо к другим оппозиционерам, а главное, к западным политическим противникам, то вреда от него будет больше, чем пользы. Был еще один нюанс, о котором Погодин узнал в последний момент: Аламо успел познакомиться с генералом Сафоновым полгода назад во время боя. Об этом не знал даже Лурембо. И тогда Сафонов дал уйти Аламо, попавшему в окружение и готовившемуся умереть с оружием в руках за свои идеи и свой народ.

– Товарищ капитан, «черти» впереди, – негромко произнес Пух.

– Где, показывай! – сразу насторожился Погодин.

И как только посмотрел на экран, сразу приказал головному дозору остановиться. Два пикапа и десяток солдат копошились среди зарослей недалеко от лавового поля. Дорог поблизости не было, селений тоже. Что эти люди с автоматами тут делали? Когда Пожаров увеличил изображение, получаемое с дрона, капитан понял, чем занимались боевики. Они осматривали землю, что-то раскапывали. Погодин сумел разглядеть обрубленные концы палок и следы огня в земле. Здесь кто-то разводил костер, а потом старательно скрывал его следы. И место для стоянки или ночевки было удобное. Ручей, который стекал с лавовых полей, пролегал через джунгли и в нескольких километрах дальше впадал в реку. Удобное место, если ты не хочешь попасться кому-то на глаза.

– Нева, я Гром, слушай приказ, – передал Погодин. – По навигатору вправо триста пятьдесят в зарослях. Ориентир – родник. По предварительным данным, копошатся с десяток «чертей». Они что-то нашли. Задача – уничтожить бандитов, захватить командира или тех, кто может дать показания, что они ищут и что нашли. На все двадцать пять минут. После завершения операции ждать основную группу.

Определить по навигатору точку, указанную командиром, несложно. Все-таки не двадцатый век, и в руках у командиров и разведчиков не бумажные крупномасштабные карты. Оставив водителя с машиной, Бероев приказал снять с турели пулемет и с тремя бойцами побежал вперед, по краю джунглей. Пришлось сделать небольшой крюк, но зато не надо было с шумом ломиться через густые заросли. Да и пройти через заросли напрямик к нужному месту быстрее, чем часа за два, не удалось бы. Но приказ был завершить операцию за двадцать пять минут, и опытный сержант знал, как это сделать.

Маленькая группа Бероева обошла по краю лавового поля тропические заросли и по руслу ручья пошла к тому месту, где сейчас находились боевики. Пожаров через коммуникатор вел группу, рассказывая о поведении врага. Десять человек – сила немаленькая. Тем более что десять бандитов, скорее всего, взяли в руки оружие не вчера. Успели повоевать, получить удовольствие от убийства, собственной безнаказанности. Робкие и совестливые, равно как и трусливые люди в банды не идут.

Пулеметчика сержант отправил к машинам, стоявшим неподалеку от родника. Это были два грязных внедорожника. И возле них, по сведениям Пожарова, было всего двое боевиков. Спецназовцам предстояло уничтожить этих боевиков и занять позицию. Задача – не допустить бегства кого-то из бандитов на машине, остановить их, если вся группа не примет боя со спецназовцами и ринется назад, к машинам. Это была перестраховка, сержант все же надеялся, что ему удастся уничтожить всех еще у самого родника.

Юра Кузьмин был простым деревенским парнем из глубинки. Деревенька была маленькая, ни к какому хозяйству не относилась. Жили в ней в основном старики, которые вели личное подсобное хозяйство. Молодежь уезжала в большие села или города, навещая стариков и помогая им летом. Всего в пятнадцати километрах от деревеньки было большое село, в котором имелось и свое фермерское хозяйство, и цех по переработке сельхозпродукции. Там же располагалось и управление местной оросительной системы. Кузьмин, окончив школу, в которую приходилось ездить за пятнадцать километров, увлекся техникой. Починив трактор, оставшийся ему от деда, и получив права, он стал помогать и сельчанам, и жителям окрестных сел. А когда Кузьмина призвали в армию, то, подивившись его силе, природной сообразительности и невозмутимому характеру, военком отправил парня в команду, формирующуюся для службы в спецназе.

Юра угодил в учебку спецназа ГРУ, а потом решил, что от добра добра не ищут. Вернуться в деревню и ездить на тракторе зимой и летом – дело хорошее, но скучное. Да и пропало желание скоротать свой век в деревеньке, когда ему выпадает шанс поездить и мир посмотреть. Да и себя самого в этом мире найти. Поначалу, обратив внимание на черты характера Кузьмина, который всегда и везде умудрялся в два счета наладить простой и комфортный быт, сослуживцы стали его называть Кузей. По созвучию с хозяйственным домовенком Кузей из известного мультфильма. Но вскоре прониклись уважением к деревенскому парню, который мог из ничего устроить удобный быт: и лежанку, и печку, и костер. И силки сделать, и птицу поймать. И подручными средствами рыбу наловить. И погоду мог предсказать, и растения съедобные найти. Правда, с растениями у Кузьмина получалось проще всего в России, в ее средней полосе. Но тем не менее прозвище Кузя трансформировалось в позывной Домовой.

И сейчас лучше Кузьмина никто бы не справился с задачей уничтожения боевиков у родника. Основательный, вдумчивый боец, многим он казался медлительным тугодумом. Но это было не так. Погодин в свое время, пытаясь избавиться от надоедливой иллюзии, просто дал одинаковое тренировочное задание Домовому и опытному спецназовцу Коле Бероеву. Задача была простой – штурмом взять отдельно стоящее одноэтажное здание. Такого рода операции всегда включают в себя три фазы. Первая – подготовка, оценка подходов и сил противника внутри. Отдельно определяются сектора обстрела обороняющихся, наличие «мертвых зон». Причем времени на такую подготовку что в учебном бою, что в реальном выделяется минимум. Второй этап – собственно, штурм. То есть преодоление открытого пространства от укрытия до стен здания, проникновение внутрь. И дальше уже происходит, собственно, зачистка внутренних помещений. И этот учебный бой показал, что медлительность Кузьмина – лишь видимость. Плечистый, невысокий Домовой не делал ни одного лишнего движения, ни намека на суету в его действиях не было, как не было и показной удали, позерства, рисовки. Методично, размеренно и надежно. Эти три слова сами пришли Погодину в голову после проведения таких сравнительных учений.

И сейчас Кузьмин действовал так же методично и спокойно. Подойдя почти вплотную к поляне, на которой стояли два внедорожника, он почувствовал запах сигарет. Осторожно освободив себе просвет между листьями, спецназовец осмотрел полянку. Два чернокожих боевика, придерживая на груди одной рукой автомат, второй держали сигареты и покуривали, деловито пуская дым вверх. «Часовые, – оценил ситуацию Домовой. – Но недисциплинированные. И не боятся нападения. Нападать на них лучше со спины, со стороны машин. Если там нет еще кого-то».