Сергей Жук – Золотая стрела (страница 2)

В тот день всё конструкторское бюро только и обсуждало молодого специалиста Борисова. Все, вплоть до начальника комплекса, узнали о его существовании. Правда, от стола и аппарата пришлось скоро отказаться, так как они не вписывались в общий интерьер социалистического КБ, но взамен были получены новый двухтумбовый стол и один скромный, но тоже новый телефонный аппарат. А уж известность и популярность закрепились надолго.

С тех пор прошло несколько лет. Борисов получил должность старшего инженера, и некоторые уже пророчили его в начальники сектора. Он женился, получил квартиру, заимел двоих детей. Жизнь шла без потрясений, полным ходом, как по наезженной колее.

Всё бы хорошо, но в те годы молодым строителям светлого будущего хронически не хватало средств, проще говоря, денег. Принцип «Каждый сам кузнец своего счастья» заставлял Димку и его друзей проводить отпуска на шабашках. Шабашка – это такая работа, где человек вкалывает весь световой день, напрягаясь так, что сводит мышцы, а утром невозможно разогнуть ладони, где теряется здоровье и проверяется дружба.

* * *

Зазвонил телефон. Дима, не без сожаления, оторвал взгляд от заявления и взял трубку.

– Да. А это ты, Юра, привет. Ну что, написал? Дают отпуск? Ну и отлично! Передай Сергею, что после работы встречаемся в «Ладье». Ну, пока, до вечера.

Дима положил трубку.

– Серёга с Юркой настоящие друзья, – подумал он и с удовольствием представил их бегающими с заявлениями по коридору второго этажа.

– Ой! Я же сам ещё не подписал, – вдруг опомнился Дима и побежал к шефу.

По дороге на ум пришла одна из рекомендаций Карнеги:

– К начальству надо заходить решительно, как бы открыв дверь ногой, с затухающей улыбкой на лице.

В то время о Карнеги знали немногие. Его труды ходили по рукам в рукописях или машинных распечатках, и молодёжь ими сильно интересовалась. Дима тоже внимательно прочитал попавшую к нему распечатку и был во многом с ним согласен. Жизнь вообще представлялась Диме большим театром, где он играет непременно главную роль.

Сценарий, конечно, сложный, и предугадать очередное действие зачастую невозможно. Окружающие его люди весьма разнообразны и непохожи, каждый из них имеет свои особенности и слабости. Пользуясь этими слабостями, дёргая за них, можно многого добиться от людей. И чем старше человек, выше по служебному положению – эти слабости почему-то становятся более открыты и доступны. Они просто лезут наружу.

Дима решительной походкой, с затухающей улыбкой на лице, вошёл в кабинет шефа. Доложив о выполнении плана, расспросив о последней, весьма удачной, рыбалке, Дима перед уходом попросил завизировать заявление, как что-то ранее решённое и незначительное. Всё прошло, как по нотам. Заявление было подписано, сдано в бухгалтерию, и с деньгами в кармане Борисов вышел свободным отпускником.

За спиной захлопнулась вертушка проходной, по-летнему пригревало солнце. Дима готов был к приключениям и жаждал их. А приключения ожидали его, и он даже представить в тот момент не мог, что вертушка захлопнулась за ним последний раз, что он никогда больше не увидит своё любимое КБ и свой рабочий стол.

Но сейчас он весело шагал к «Ладье», там ждали его друзья. Друзья настоящие, какие могли быть только в те времена.

Их было три друга. Окончили один институт, распределились на одно предприятие, женились примерно в одно время, и даже все имели по два ребёнка. Всех ждала прекрасная карьера, все были молоды и физически крепки. Это была прекрасная мужская дружба, достойная зависти.

Самым видным из них был, конечно, Сергей. Занятие гимнастикой усилило его природное красивое сложение, и он весьма смахивал на мраморную фигуру греческого атлета. Его физическая красота, душевная доброта и поистине королевская щедрость, конечно, ограниченная возможностями молодого специалиста, как магнитом притягивала к нему женщин. Он имел много любовниц, которых всех беззаветно любил, бросал и заводил новых. Его слава знаменитого Дон Жуана разносилась по всему объединению. А женщины все его любили беззаветно и не строили никаких козней и заговоров.

Юра – низкорослый, коренастый крепыш, увлекающийся борьбой. Всегда спокойный и рассудительный. Но, несмотря на эти хорошие качества, всё равно без конца и с удовольствием залезающий в авантюры.

Дима верховодил в компании. Он был старше остальных и до института успел отслужить в армии. Служить пришлось на Черноморском флоте в элитных частях. В военном билете, в графе специальность значилось – водолаз-подрывник. Это были части, наподобие американских морских котиков. Их обучали рукопашному бою, выживаемости в условиях тайги и пустыни, подводному плаванию, минированию, обращению с дельфинами. Приходилось прыгать в воду на парашюте, выходить через торпедные аппараты подводных лодок. Он гордился этим и в душе оставался подрывником. Ну а ребята уважали его за это и без всякого уступили ему лидерство.

Да и лидерство это было весьма условным. Когда людей объединяет мировоззрение, цели, социальное положение – они становятся единым целым. И несмотря на разные характеры, привычки, вкусы, понимают друг друга без слов и уживаются вместе удивительно комфортно.

«Ладья» встретила Диму привычным шумом и запахами. Это был обычный для тех лет пивной бар. Любимейшее место встречи мужской половины общества. Запах этих баров был уникальной смесью запаха пива, варёных креветок и сигаретного дыма. Креветки в те времена были отечественного происхождения, продавались в изобилии и по весьма доступным ценам, считаясь самой пролетарской закуской под пиво. Ну а с курением власти тогда ещё не боролись, предпочитая бороться с миром капитализма.

Юра, как самый пунктуальный, сидел за столиком, курил сигарету и потихоньку потягивал пиво.

– Отпускникам привет! Всё подписано, всё получено, грузите апельсины бочками, – продекламировал Юра, вставив крылатую фразу из бессмертного произведения.

– А где наш друг Серёга? Как всегда, женщины проходу не дают? – ответил на приветствие Дима.

Они заказали креветок, по кружке пива и некоторое время молча наслаждались этими легендарными блюдами. Скоро появился Сергей.

Усевшись за столик, он тоже с удовольствием принялся уплетать креветок, причём чувствовалось, что он сильно голоден.

– Серёга, а у тебя в голове перо, – невозмутимо заметил Юра. – Ты что, и в обеденный перерыв умудряешься встречаться со своими поклонницами?

Сергей густо покраснел, застигнутый врасплох, и молча стал вытаскивать перо из волос под ехидные улыбочки своих друзей.

– Ты бы лучше, чем издеваться, рассказал толком, куда мы едем? – спросил Сергей, взяв себя в руки.

– Едем мы, господа присяжные заседатели, на Ангару, глухая тайга. Будем чистить просеку, – Дима обвёл взглядом своих друзей.

– Что значить чистит? – решил уточнить Юра.

– Просеки, что под линиями электропередач, лет через десять имеют особенность зарастать вновь. Вот от того их приходится чистить. Работа непыльная. Солнце, воздух и вода. Как в пионерском лагере.

– И тучи мошки! – добавил более реалистичный Юра.

– Зато заработок отличный. Считай, месячный оклад будешь зарабатывать за день, ну за два.

– Ух ты! И кто же такой щедрый работодатель? Не кинет опосля?

– Юра! Что за пессимизм? – заговорил Сергей, допив кружку пива. – Да за такими деньгами жёны отпустят хоть на край света.

Сергей старался быть сдержанным, итак засветился. Разлука с любимой всегда грустна. Но, опять же, лучшее средство для проверки чувств.

Его мысли понял Дмитрий.

– Не грусти, Серёга! Я думаю, красавицы и в той глуши найдутся.

Когда они покидали пивной бар, на столе возвышалась целая гора креветочной шелухи, а из животов явно доносилось бульканье пива. Шли домой пешком, шутили и без конца смеялись, вспоминая старые истории.

– Дима, а ты знаешь, как мы с Юркой немцев купали? – вспомнив весёлую историю, произнёс Сергей.

– Мы тогда после шабашки, на четвёртом курсе, рванули в Сочи. Так вот, погуляв в ресторане, мы с девушками пошли на волнорез купаться. Ночь тёплая, луна светит, волны плещут – просто сказка. Купаемся мы при свете луны в чём мать родила, вдруг слышим, голоса к нам приближаются, а речь немецкая. Юрка кричит: «Дойч сюда». Они подходят к нам. Видимо, приняли нас за нудистов. Я показываю на их одежду и предлагаю раздеться, а они, видишь ли, не хотят – прохладно. Тут Юра подошёл, и мы их чуть ли не силком раздели. Наши девахи хохочут, что, мол, будут трусы мочить, пускай тоже голые купаются. Мы с них плавки тоже сняли. Тут, видимо, они струхнули, думают, на грабителей нарвались. А нам невдомёк, выпившие. Мы их за руки, за ноги и в воду. Пускай купаются, приятно же при луне. Немцы плавали около волнореза и всё время что-то болтали! Тут до нас дошло, что они сильно напуганы и просят, чтобы их не топили. Конечно, их из воды достали, отдали одежду и в качестве профилактики простудных заболеваний напоили. Так, когда пьяных немцев тащили в гостиницу, они всё без конца твердили: «Рашин гут!»

Сергей рассмеялся, чувствовалось, что ему приятно вспомнить эти сочинские деньки. Вечеринка удалась на славу, настроение было хорошее, завтра предстояли сборы в дорогу.

Глава вторая

Северные просторы

Необъятен Север, кругом на тысячи километров раскинулась суровая тайга. Много туда едет народу. Многих обогатил Север, многих обездолил, многие сложили там свои кости. Но люди продолжают туда стремиться, в надежде заработать на достойную жизнь.