Сергей ЮЖНЫЙ – Архив памяти: Эволюция Души. Книга 2. Древний разлом (страница 7)

Спартанец на секунду замешкался, переваривая дерзкую тираду робота-зверька. На его суровом лице отразилась нелегкая внутренняя борьба. Но спартанская дисциплина всё же взяла верх. Он смерил мартышку ледяным взглядом и отрезал:

— Царь не велел вам печь ставить. Спите так.

— Он велел создать лучшие условия, вот и будь добр — создавай! — не унимался Илюша, воинственно размахивая крошечным металлическим пальцем. — Тащи сюда свою глиняную жаровню, заполняй её лучшим древесным углем и лично следи, чтобы жар не падал ни на градус! Мне крайне важно подзарядиться. Это великий Зевс может наполнить меня силой одной своей плазменной молнией, а вы, раз на такое не способны, будьте любезны предоставить стабильный огонь в жаровне! Если, не дай бог, температура упадет, я не только царю твоему пожалуюсь, но еще и самому Громовержцу весточку отправлю. И уж поверь, он тебе задаст такую трепку, что мало не покажется!

Спартанский воин озадаченно хлопал глазами, шумно почесывая затылок под жесткими волосами. Его учили не бояться смерти в строю, но инструкции на случай угроз от говорящих зверей законы Ликурга не предусматривали. Разум конвоира отчаянно сомневался в правдивости слов мартышки. Но, видя перед собой столь наглую, живую и говорящую обезьянку, можно было поверить в любую чертовщину. К тому же царь Клеомброт ясно приказал обеспечить этим «послам Зевса» полный комфорт. Выбора не оставалось — пришлось угождать чужакам, дабы не навлечь на Спарту гнев небес.

Тяжело вздохнув, спартанец развернулся и зашагал по коридору выполнять приказ. Стоило его шагам затихнуть, как Илюша победоносно крутанулся на хвосте и довольно оскалил зубы.

— Илюша, ну ты просто зверь! Я бы так в жизни не смог, — с искренним восхищением выдохнул Ваня, округлив глаза.

— Ничего, Вань, смотри на меня, слушай меня, чувствуй мой ритм! — наставительно произнес Илюша, гордо расправив плечи. — Однажды ты сам научишься так же жестко добиваться всего, что тебе жизненно необходимо для выживания. От того, насколько качественно я сегодня заряжу свои аккумуляторы, напрямую зависят ваши хрупкие жизни. И поверь, этот факт меня чертовски мотивирует.

***

Настало утро. Иван и Виктор проснулись от тихого шуршания и, приподнявшись на жестких ложах, заглянули в соседнюю комнату через открытый дверной проем. Картина, представшая их глазам, заставила ученых мгновенно захлопнуть рты от изумления.

Маленький киборг-мартышка блаженно развалился прямо на глиняных краях раскаленной жаровни, подставив металлическое пузико под остаточное тепло. А рядом, на коленях, послушно стоял вчерашний суровый воин. Великий спартанец, гроза врагов Лаконии, с поистине рабским усердием подкладывал свежие древесные угли в огонь, боясь потревожить сон высокотехнологичного «божества».

— Всё, хватит! — Илюша лениво потянулся, сервоприводы его лап довольно зажужжали. — Мой аккумуляторный заряд полон на сто процентов! Ты отлично постарался, воин. Скажи мне, как тебя зовут?

— Терпандр, сын Ликомеда! — с глухим, но явным всплеском гордости в голосе назвался спартанец, выпрямляя спину.

— Молодец, Терпандр! — обезьянка величественно кивнула, не слезая с теплой глины. — Ты и приставленные к нам илоты хорошо потрудились этой ночью. Продолжай в том же духе, кожаный, и я лично нашепчу царю Клеомброту на ухо, чтобы тебя из обычной караульной охраны перевели в священный отряд трехсот спартанцев! Скажи, у тебя есть сын?

— Есть! — уверенно и с замиранием сердца ответил Терпандр, чьи глаза теперь горели фанатичным блеском. Для него это было предложением, от которого зависела вечная слава его рода.

— Молодец, Терпандр! — обезьянка величественно кивнула, не слезая с теплой глины. — Твой отец Ликомед может гордиться тем, что воспитал такого достойного воина! Ты и твои подчиненные илоты хорошо потрудились этой ночью. Продолжай в том же духе, воин, и я лично нашепчу царю Клеомброту на ухо, чтобы тебя из обычного филака — простого стража — перевели в священный отряд трехсот! И тогда все жители города будут с гордостью называть тебя гиппеем! Терпандр — гиппей! Звучит, а? Скажи, у тебя есть сын?

— Есть! — уверенно и с замиранием сердца ответил Терпандр, чьи глаза теперь горели фанатичным блеском. Для него это было предложением, от которого зависела вечная слава его рода.

— Ну тогда я буду ходатайствовать перед царем, чтобы тебя в ближайшем будущем взяли в этот элитный строй! и твой сын будет гордиться тобой! — мартышка снисходительно похлопала своей маленькой лапкой по широкому плечу спартанца. — Я глубоко убежден: тот, кто способен создать идеальный комфорт для послов великого Зевса, способен в первых рядах защитить и всю Спарту!

С этими словами Илюша ловко спрыгнул с жаровни и бодрым галопом побежал в соседнюю комнату. Иван и Виктор, которые слышали весь этот безумный разговор от первого до последнего слова, сидели на своих лежанках и буквально выпучили на него округлившиеся от шока глаза.

— Илюш... ты тут находишься всего один день, — потрясенно прошептал Иван, качая головой. — А ведешь себя уже так, будто ты правая рука и личный советник самого царя Спарты!

— Когда будешь таким же умным и начитанным, как я, — самодовольно фыркнул Илюша, победоносно поводя ушами, — когда будешь владеть терабайтами знаний обо всём мире, тогда и у тебя появится такая же железная уверенность! Сможешь умело общаться с кем угодно и станешь по жизни четким, уверенным перцем! А пока — учись, Вань, и впитывай ритм.

Вскоре путешественников привели в тот самый просторный зал, где еще вчера они вели опасную беседу с царем. Клеомброта I пока не было, но Платон уже ждал их. Великий философ сидел у края массивного стола, с глубокой тревогой и надеждой глядя на входящих пришельцев. Стоило страже отойти, как он торопливо шагнул к Ивану.

— Иван! Скажи мне честно Ты ведь просто пошутил вчера про этот взрывной порошок? — горячим, умоляющим шепотом спросил философ. — Если наш свирепый царь завладеет такой разрушительной силой, мне страшно даже представить последствия. Нельзя допустить рождения второго Зевса! Один уже карает людей с небес своими безжалостными молниями, а второй начнет испепелять всё живое на земле огненным порохом... Это окончательно погубит несчастную Элладу!

Иван внимательно всмотрелся в старое, исчерченное глубокими морщинами лицо мыслителя. В мудрых глазах Платона плескался самый настоящий, первобытный страх от вчерашних слов программиста. Становилось понятно: философ напуган не на шутку, он видит грядущую катастрофу. Иван открыл было рот, собираясь успокоить старика, но не успел произнести ни слова.

В этот самый миг воздух в центре зала неестественно загустел, задрожал и зазвенел от колоссального статического напряжения. С оглушительным хлопком вспыхнула ослепительно-белая, идеальная сфера чистого света, пахнущая озоном. Марсианские гости и Платон в ужасе отпрянули назад, закрывая лица руками от слепящего сияния. Из этого высокотехнологичного портала плавной, царственной походкой вышла прекрасная молодая девушка. Казалось, её безупречная кожа светилась изнутри, а в пронзительных глазах искрилась сама чистая жизнь. Стоило её босой ноге коснуться каменной плиты, как белое сияние мгновенно схлопнулось и исчезло, словно его никогда не было. Девушка словно материализовалась из самого воздуха.

— Кто это?.. — выдохнул очарованный Иван, онемев от сказочной, неземной красоты незнакомки. Сердце программиста пропустило удар.

— Это Афина... — благоговейно, со смесью страха и преклонения отозвался Платон. — Мудрая покровительница моих родных Афин...

— О! Плутовка олимпийская пожаловала в самое сердце Спарты! — раздался за спинами громовой, полный яда голос рассерженного царя.

Клеомброт I появился внезапно, заставив Ивана вздрогнуть от испуга, в то время как маленькая обезьянка лишь хитро прищурила свои оптические датчики, продолжая сканировать и анализировать ситуацию. Спартанский правитель медленно вошел в зал, буравя гостью тяжелым взглядом.

— Гляжу, Гефест времени зря не теряет, — процедил царь, складывая мощные руки на груди. — Улучшил всё-таки свой портал? Теперь вам, небожителям, больше не нужны послушные рабы для поручений, можете являться лично. А ведь раньше ваш предел был — добраться до покорных Афин!

— Телепорт! Это чистой воды телепорт! — радостно заверещал Илюша по закрытой связи, отчаянно жестикулируя лапками на плече Виктора, словно пустился в пляс. — Нам нужно срочно подружиться с этой девчонкой! Через неё мы гарантированно выйдем на Гефеста. Этот кузнец починит наш преобразователь, и мы наконец-то вернемся домой! Ура! Я верил! Я искренне в это верил! Я же вам сразу, еще в лесу сказал, что бог-кузнец нам всё отремонтирует! Вуаля! Я всегда говорю только правильные вещи, и меня нужно слушать беспрекословно!

От этого бурного ликования мартышки Иван и Виктор лишь молча переглянулись и слабо улыбнулись. В их уставших глазах впервые зажглась настоящая, осязаемая надежда. Появление Афины и правда выглядело как технологическое чудо, способное спасти их и вернуть домой, в будущее.

И пока Илья судорожно строил в процессоре планы спасения, ученые вновь посмотрели на Афину, не в силах отвести глаз от ослепительного сияния олимпийской гостьи. Избыток неземной красоты буквально лишил их дара речи.