Сергей Яковлев – Петля на зайца (страница 23)

С девяти утра в кабинете полковника проходило оперативное совещание.

— Всё, отставить! — командирским басом рыкнул Логинов. — Кончаем курить, совесть иметь надо. Тоже мне, спортсмены-разрядники, оперативнички! Меня не жалеете, хоть к женщине отнеситесь по-человечески. Оборзели. Маша, вон, вся зеленая уже. Хоть противогаз одевай. Мария, скажи им сама.

Симпатичная блондинка в бежевом брючном костюме, майор Мария Викторовна Иванова, удобно расположилась в единственном приличном кресле в углу кабинета. Остальные, в том числе и полковник, сидели на стульях эпохи третьей пятилетки. Как нередко бывает в наших государственных заведениях, великолепное спецоборудование «Стеллы» — многоканальный комплекс современных средств связи и мощные «маккинтоши» — сочеталось с убогой казенной мебелью.

Оперативка проходила несколько нервозно. Были причины: позавчера, в субботу, майор Иванова почти провалила операцию и застрелила восьмерых человек. После этого «досадного» эпизода специалистам группы пришлось почти сутки проводить спецмероприятия: заметать следы, подчищать…

С момента перестрелки, точнее расстрела «братков» на Искровском, Логинову удалось поспать не более трех часов, поэтому чувствовал он себя не в своей тарелке. Прямо скажем: и физически, и морально полковнику было хреново.

Сегодня, в понедельник, Геннадий Алексеевич проводил внеплановый «разбор полетов». Уже все высказались, посчитали варианты дальнейших действий группы и сейчас по инерции додумывали. Прикидывали варианты и так, и сяк… Весь ход совещания записывался на магнитофон, с целью последующей проработки и для отчетности. Таков был порядок в конторе.

Сам Логинов молча рисовал чертиков в рабочем блокноте, каждая страница которого была пронумерована и прошнурована. И на каждой мелким типографским шрифтом в правом верхнем углу был отпечатан инвентарный номер, а ниже — маленькими буквами: «секретно при заполнении». Так что каждый логиновский чертик автоматически засекречивался.

Гена был озабочен. Да что там — озабочен, он уже три дня подряд был зол, как сто чертей. И гневаться господин полковник изволил прежде всего на самого себя. Было за что — упустил, не учел один пустяковый момент: Маша и кавказские мужчины. Прямо, как «Маша и медведь». Вот такая сказочка-неувязочка случилась! А при работе, которую проводило подразделение Логинова, упустить из виду так называемый «человеческий фактор»… Это был досадный прокол.

Собравшиеся в кабинете руководители групп прекрасно понимали состояние шефа и знали, что прокололся он не по дурости, не по недомыслию, а из-за нелепой случайности.

Почему именно он, почему не все они, в большинстве своем старшие офицеры? Вероятно, потому что в армии за поражение отвечают не подчиненные, а командиры. Когда головой, когда погонами… Когда как. Именно поэтому командиры и осуществляют руководство подразделениями на правах единоначалия. То, что произошло на Искровском, конечно, не было поражением Логинова, но ляп получился солидный.

Но кто же мог предположить, что хозяин «Брони» отставной полковник Комитета Государственной Безопасности Бонч к банку сразу пятерых кавказцев подошлет? Ну, двоих, троих — еще куда ни шло. Но пятерых «черных отморозков»!

А кроме Марии на роль «живца» против «Брони» выпустить было некого. Нужна была женщина, хрупкая и беззащитная.

«Вот и вляпались с „хрупкой и беззащитной“, — с тоской подумал Логинов. — Как говорится: „…разрешите вас перебить…“. И перебила».

О чем толковать, сорок пятый «ингрем» в руках профессионала солидный аргумент в такого рода дискуссиях. Теперь вся питерская милиция на ушах стоит, гангстера ищет. Да и не только милиция: бандиты и ФСБ тоже суетятся, пытаются вычислить мокрушника.

Пистолет-пулемет «ингрем» пришлось сбросить. Ничего не поделаешь, это — закон: после акции все «стволы» в сторону. А все равно жалко! Хорошая игрушка была, надежная и мощная. Даже в арсенале группы этот «ингрем» — редкий «ствол». Зато теперь никакие трассологические экспертизы гильз и пуль не дадут выхода на исполнителей. Вернее — исполнительницу… И машину, почти новую «хонду», потеряли. Тоже жалко — тоже денег стоит.

Но на фоне остального, потеря автомата и машины — пустяк. Самое неприятное заключалось в том, что как карточный домик развалился элемент оперативной разработки. Да еще с такими последствиями… Восемь трупов!

А гангстер-мокрушник — вот он, вернее она, сидит, переживает. Или делает вид, что переживает. Пойми ее… Теперь, по крайней мере формально, дней на десять придется отстранить ее от работы, разбираться.

«И черт меня дернул эту шарагу цеплять? — подумал Логинов. — Если бы не получил наколку о том, что в сейфе Бонча имеется очень „горячая“ информация, век бы не видеть и не слышать ничего об этой „Броне“».

В иерархии криминально-коммерческой системы города охранная фирма «Броня» особо не выделялась и широкой известностью не пользовалась. Так себе: средне-серенькая полубандитская конторка. Единственное, что настораживало сразу, — Бонч. Попахивало от солидного господина серным гэбэшным душком. Хоть и числился он в «запасе» КГБ, но известно, что из «конторы» не увольняются. Из КГБ могут вывести «за штат», в «активную» или «пассивную» зону. Василий Иванович, по сведениям Логинова, был выведен в «пассивную» зону, то есть на заслуженный отдых, однако вел себя не как старичок-боровичок с орденскими планками на пиджаке. Активную жизнь вел полковник в отставке Бонч.

Значит, и конторка его не так проста, как снаружи выглядит. Маскировочка, камуфляж… А внутри что? Подразделение Логинова чуть пристальнее присмотрелось к фирме «Броня». Любопытно же: или на самом деле «коллеги» что-то свое конструируют, или…

А вскоре из оперативных источников, почти случайно, спецгруппа «Е» получила надежные данные, что в сейфе у исполнительного директора «Брони» Василия Ивановича Бонча имеются какие-то сведения, которые «товарищ Василий» готов продать за смехотворную сумму — миллион долларов.

Гена, имея солидное досье на «товарища Василия» и зная некоторые подробности, как о прошлой его работе, так и о деятельности охранной фирмы, заинтересовался «Броней» всерьез. Как тут не заинтересуешься, если по сведениям «источника» материалы, предлагаемые Бончем на продажу, выводили на верхние этажи ВПК!

Для группы Логинова все это случилось слишком неожиданно, слишком быстро свалилось. Реагировать следовало мгновенно. Двое суток — на все про все. Вот и не придумал Логинов ничего лучшего, как разыграть совсем простую партию — работа на «живца». Выходит поторопились…

В принципе-то метод беспроигрышный, хотя тоже слегка бандитский. Но с волками жить…

Зная в общих чертах методику «прихватов» бончевских молодцов, подготовили пару несложных вариантов. Первый — банковский, что и был в результате задействован, включал «подставку» на территории, подконтрольной «Броне». По этому варианту «живец» должен был «светануть» в банке «капустой», поиграть с кассиршей, по времени дать фору. Затем предельно испуганный «живец» — в данном случае майор Иванова — доставляется «братками» Бонча в офис фирмы. Дальше все просто, как дважды два: лихим налетом, под видом освобождения своего человека, «с выражением оскорбленного достоинства на лице» люди Логинова, разумеется, не раскрывая своей сущности, до основания трясут эту проклятую фирму. Заодно производят безболезненное вскрытие Бончевского «медведя» и изымают оттуда интересующие материалы. Просто? Очень…

Был второй вариант, тоже простенький, с битьем своих и чужих машин, «разборками», «стрелками» и «терками». Ну, это вообще полное дерьмо. Его даже и не рассматривали как следует. Так, в общих чертах прикинули…

Провели разведку, рекогносцировку на местности, в темпе подготовились, и… полный облом! Недаром народная мудрость гласит, что «простота хуже воровства», а «поспешишь, людей насмешишь». Видно, так и есть.

Никого, конечно, не насмешили, но с первым вариантом, мягко говоря, не сложилось. Легким движением руки, вернее — указательного пальца, майор Иванова Мария Викторовна отправила всех бандитов к их бандитским праотцам. И практически сорвала операцию — поскольку разыгрывать второй или третий, или двадцать третий вариант людям Логинова уже было не с кем: у Бонча просто-напросто активных бойцов почти не осталось. Такие дела. Мы славно поработали и славно отдохнем!

Да, прокол… Мария и кавказские мужчины несовместимы, как материя и антиматерия. Логинов это, конечно, знал, но в данном случае даже не мог предположить, что все получится так неудачно. Аннигиляция, взрыв, вспышка… восемь трупов.

Точнее — уже девять. В воскресенье был убит сам Василий Иванович Бонч — застрелен в своем кабинете. Поскольку группа «Е» к этой акции отношения не имела, следовательно, возле «Брони» появился еще один, какой-то неучтенный, вектор. Пришел кто-то и по грешную душу Бонча.

А ведь осторожен был покойный, осторожен и предусмотрителен. Всю жизнь в опасные игры играл и ни разу не подставился, а тут — хлоп, и готово! Две пули — в грудь и в голову…

«Мать, мать, мать… — подумал Логинов. — Это что же в стране делается? В мирное время людей — пачками, как мух. Хороших, плохих ли — неважно. Без суда и следствия… Тоска-а зеленая!»