Сергей Яковлев – Петля на зайца (страница 24)

Мирные граждане, несмотря на отвязанность масс-медиа все же не видят и не знают всего. Всего того, в чем непрерывно приходится барахтаться работникам спецслужб, милиции. А что делать? «Это наша родина, сынок», — вспомнив старый анекдот, усмехнулся он.

Логиновские ребята контору Бонча все же вскрыли и сейф выпотрошили. В тот же день, вернее в ночь, но ничего интересного там не нашли… кроме хладного тела Бонча с парой лишних дырок.

— А материалы в сейфе были, — задумчиво сказал Логинов. — Были, да сплыли. Неприятно, но факт. Куда-то он их успел перетащить, или тот, кто его убрал, перехватил их. Скорее — второе. В общем, теперь придется связи Бонча раскручивать. Работы всей группе — на месяц.

— Геннадий Александрович, если бы документов в сейфе не было, Бонча убирать не стали бы. По крайней мере не сразу — сначала бы допросили, — подала голос из кресла майор Иванова.

— Все. Стоп, стоп… Не будем к этому еще раз возвращаться и громоздить версии. Нужна фактура. Наберем фактов, тогда и начнем идеи плодить. Сейчас мы вообще не знаем, из-за чего его застрелили. Знаем только, что не только информацией приторговывал грешный. Однако же по моим данным — кроме нас о материалах из сейфа никто ничего не знал. Я в этом уверен процентов на семьдесят пять.

— Двадцать пять — это тоже много. Раз он собирался их продавать, значит искал клиентов. Пошли круги…

— Это вряд ли. Полковник Бонч кругов не оставлял. И следов, к сожалению, тоже. Он если и искал покупателей, то очень деликатно, через цепочку посредников и уж, само собой, не сам.

— Но все же убрали.

— С этим не поспоришь… Ладно, будем работать. Прикинем основные версии, и вперед, — он вздохнул, крепко потер лицо руками и встал из-за стола. — На сегодня — все. Закругляемся до вечера. Как говорил Никита Сергеевич: цели ясны, задачи определены. За работу, товарищи. Все свои задачи знают, так что — вперед. Более конкретные шаги предпримем после того, как накопаем фактуры и умный Власенков нам свои прожекты подкинет. Он тоже горазд версии придумывать.

Бригада майора Василия Васильевича Власенкова, так называемый информационно-технический центр, ИТЦ группы «Е», постоянно копала и перекапывала все доступные информационные свалки и помойки: агентура, пресса, Интернет, множество локальных сетей, городские сплетни, следственные дела прокуратуры и иногда даже оперативные разработки ментов. Таковыми были возможности у бригады Власенкова.

ИТЦ со всеми своими суперсложными электронными аппаратами занимал довольно большое помещение — чуть ли не половину всей площади АОЗТ «Стелла». Стальные бронированные двери, специальные особо прочные стекла, и даже имелся свой автономный от города аварийный блок питания. Операторы Центра работали в три смены, круглосуточно.

Сам майор Власенков — лысоватый крепыш с круглым лицом и большими залысинами — практически безвылазно сидел в соседнем с кабинетом полковника Логинова помещении. По десять-двенадцать часов подряд он, как и четверо его помощников-операторов, резво щелкал пальцами по компьютерным клавишам, время от времени отвлекаясь на телефон, факс или микрофон радиостанции. А шестеро «полевых» агентов майора, сменяя друг друга, непрерывно, как бобики, мотались по городу в поисках все того же — информации.

Информация, информация, информация… Море, океан информации… Для того, чтобы не утонуть, не захлебнуться в этом океане, и чтобы не пропустить чего-нибудь важного, в ИТЦ работала группа аналитиков. Сортировали, просеивали и «складировали» на дискеты и винчестеры превосходных «компов» Центра.

По делу о фирме «Броня» из разрозненных обрывков, осколков и кусочков, собранных сотрудниками Власенкова воедино, постепенно вырисовывалось мозаичное панно с достаточно сложным композиционным рисунком.

Криминальная деятельность фирмы масштабами не поражала, финансовые пирамиды не строились, но пунктиром проявлялись завуалированные связи с некоторыми преступными сообществами, с верхушкой питерского крыла ВПК. Отчетливо просматривались элементы шантажа новых деятелей новой власти и еще кое-какие мерзопакости. Фирмочка, несмотря на кажущуюся простоту, была довольно сложно организована.

«А может быть, все же „соседи“-эфэсбэшники ведут какую-то свою закрытую игру? — подумал Власенков. — Открыли фирму-прикрытие, а сами… Вот ведь и мы тоже не под своим флагом работаем, и в нашем дружном коллективе основательно все закручено. Не хватало еще, чтобы свои на своих мечи подняша! Доконспирируемся…»

Да нет же! На предмет «свой — чужой» фирму Бонча-Малькова он проверил, по самым надежным каналам прощупал — чужие.

«Соседи» обязательно бы дали понять, хоть намеком, если бы эта «Броня» их шарагой была. И потом, слишком большой процент криминальных ребят под крышей «Брони» прятался. И кавказцы… У «своих» такого не бывает.

Скорей всего, «Броня» — обычное прикрытие воровской кодлы, управляемой «паханами» из «конторы», бывшими гэбистами. Сейчас таких шараг по всей России — больше чем коммерческих банков развелось. Тысячи. Оттого так сложно и закручено все — «конторские» простоты не любят.

Некоторые, глубоко законспирированные связи шли от «Брони» наверх, в Москву. В столицу. Это удалось отследить. А вот куда? В аппарат президента, в правительство? Пока неизвестно. Вот тебе и маленькая конторка…

По этой «Броне» только приоритетных версий получалось четыре — и все с экономическим уклоном. В сущности, ничего нового — почти открытое воровство. Финансовые махинации с бюджетными деньгами на сотни тысяч долларов, прокрутка кредитов через «карманные» банки, сырье, недра. Обычный джентльменский набор новых хапуг. Не иноземцы-захватчики разоряли страну — свои обворовывают своих, чтобы сытно жрать и мягко спать.

Власенков с тоской подумал, что в этой стране его детям и, пожалуй, внукам, жить будет несладко. О своей жизни он уже давно ничего не думал — он служил.

Глава одиннадцатая

Машину мы собрали только к пяти утра. Пришлось с железяками покувыркаться. В основном-то, конечно, Борька болты-гайки крутил и разные запчасти на место ставил, а я — на подхвате.

Удивительно, когда я один, без Борьки, что-нибудь со своим «авто» делаю, то всегда какие-то заморочки получаются. То болт не лезет, то гайка не откручивается. Ну, а с Бобом Евгеньичем — все тип-топ, и даже деталей лишних не остается. Шутка такая. Древняя. С бородой…

В общем, к пяти утра сделали мы все, как надо, и даже лучше. Наконец залили в задний мост ТАТ-17, перелили из канистр бензин в бак и обкатали мою «ласточку» — погоняли на ней между гаражами.

Новый карбюратор типа «стромберг» работал на удивление ровно, хорошо брал газ, и звук у движка стал даже как бы басовитей, солидней, что ли. Вот не знаю только, будет он мне бензин экономить, или нет? Борька проверил по своему хитрому электронному прибору, с которым никогда не расставался, всякие параметры, настроил зажигание и выставил нужные обороты.

Потом мы с ним попили чаю с остатками колбасы, доели сгущенку и тут же в машине завалились спать, минут на двести.

У меня машинка так устроена, что сиденья как в «жигуле» назад откидываются и места — вагон и маленькая тележка. Даже Боб со своим почти двухметровым ростом свободно размещается. И еще в машине присобачена куча всяких приспособлений типа металлического верха, пятиступенчатой коробки, усиленной подвески и очень неплохих колес с широкими литыми дисками от джипа «бронко». Ну, почти как от «бронко»…

Хорошая такая, удобная самоделка получилась. На прямой даже со старым карбюратором я ее почти до ста двадцати кэмэ в час разгонял.

А все — Борька. Сам я, как уже отмечалось, только разбирать хорошо умею. В принципе, у Боба на мою машину генеральная доверенность есть, и когда нужно, — пользуется. Но все равно слюни пускает, завидует.

Впрочем, поделом ему. Когда я этот «уазик» за полторы тысячи брал, он меня очень активно отговаривал. И даже Лиду, жену мою, на меня науськивал, гад: «…выброшенные деньги, кусок железа, ведро с гайками…». А в результате, какой хороший «джип» получился!.. И всего за полторы тысячи! Или почти за полторы. Чуть больше… Ладно. Не суть.

Перед сном мы выкурили по последней «беломорине», немного потрепались за жизнь и отключились. Причем, я уснул раньше Борьки, что немаловажно, потому что он, собака, храпит, как старый бегемот. Как два старых бегемота.

Проснулся я в десятом часу утра от холода. Лето, июнь месяц, а я продрог как цуцик. Почему-то спать в машине всегда холодно — и летом, и зимой… Зимой-то вообще в «уазике» — как в трусах. И печка у меня вроде неплохая, и утеплителем изнутри все обклеил, а все равно жарко не бывает.

Внутренний гидробудильник настойчиво сигнализировал — подъем, подъем, пора вставать!

Я пошевелил ножками-ручками, попытался согреться, но не удалось. Обмануть внутренне давление тоже не получалось. Воленс-ноленс, а пришлось вставать, выползать из гаража на улицу, на свет божий.

Так и есть — дождик моросит, обычное дело для Питера. Лужи. Вчера — солнышко яркое и двадцать восемь тепла, а сегодня… Ладно, хоть не снег. О-хо-хо… Жизнь наша бекова, нас все имеют, а нам некого!

Побрызгал на ворота соседского гаража. И-и-и-и… Кайф. На душе сразу стало легко-легко. Почти весело стало. Правильно знающие люди говорят: душа у человека — под мочевым пузырем расположена.