Сергей Возмищев – Шёпот застенчивых муз (страница 3)

Химическое полено давало небольшой, но стойкий огонь. Чувствовалась высота – воздух был другим, и склон стал явно круче, чем утром.

– Твои метки всё там же? – спросил Вэйн, когда простой походный ужин был закончен. – Далеко до ближайшей?

– Там же. Метров триста не дошли. Это по прямой.

– Нормально. Утром дойдём. И поменяем маршрут. Выше подниматься не будем, на этой высоте уже можно найти Минерал.

– А Нех?

– Он сам тебя найдёт, не переживай. Да, тут опасно уже, если ты про это.

– И что же ты делаешь в таких случаях, мистер Шутник?

Вэйн достал из сумки полотняный мешочек. Развязал, и из него уже вытащил герметичный пакетик поменьше, с тёмным порошком внутри. Понюхал, не открывая его, сморщил нос.

– Я на тебя не рассчитывал, поэтому перца брал на одного. Так что тебе – по остаточному принципу. Извини.

Он стал осторожно, насыпая порошок небольшими порциями в ладонь, размазывать его по своей одежде, в основном по штанам.

Когда осталась примерно половина пакета, он передал остатки Стэну, велев делать то же самое.

– Что это за перец? – Стэн уже ничему не удивлялся, просто было интересно.

– Это не совсем перец, на вкус лучше не пробуй. Предмет культа местных. Смесь специй и сушёных экскрементов животных. По легенде этот запах может отпугнуть Великого Духа.

– По легенде? – переспросил Стэн с недоверием. – Может отпугнуть, а может, и нет?

– А может, и нет. И ещё советую на ночь плотно закрыть лицо, и чтоб уши не торчали. У меня для этого шарф, я обматываю голову как мумия. На твоём месте я бы надел на голову и плечи пустой рюкзак, – Вэйн начал обматываться.

– Это тоже от Нех?

– Нет. Ночной загар может повредить нежную кожу. И если вдруг услышишь негромкое шипение, постарайся не проявлять любопытства, а просто выдохни и замри. Стань сухой веткой, как говорят индейцы.

Вместо того чтобы рассердиться, Стэн с теплотой в голосе сказал в окружившую их темноту:

– Спасибо тебе, Вэйн.

– Ага.

Глава 4

Стэн долго не мог заснуть. Ему было душно и холодно одновременно. Он так и не понял, издевается над ним Вэйн, заставляя надеть рюкзак на голову, или на самом деле существует какая-то угроза. Но проверять на себе этого не хотелось. Напоминала о себе травмированная нога, ноющей болью словно выдавливающая из себя пройденные километры. Ещё несколько раз в ночи ему слышались шаги и голоса, и он замирал, каждый раз снова проваливаясь в беспокойный сон. И когда холод окончательно пересилил дремоту, Стэн решил подняться. Прислушавшись, он медленно снял с головы рюкзак и осмотрелся.

Уже почти рассвело. Утренние облака растянулись выше по склону, скрывая за собой вершину Пика. Вэйн лежал на камнях возле своей половинки коврика, целый, раскинув в стороны руки, всё так же замотанный в свой широченный шарф.

Стэн взял его под руки и посадил на коврик. Из под витков ткани послышалось еле разборчиво:

– Нормально, солдат. Вольно, разойдись.

Через пару часов, следуя показаниям прибора, они нашли ещё одно тело. Это был Марк. Он замер между большими камнями на коврике, вытянув руки вперёд в каком-то невероятном усилии. На его лице застыла гримаса ужаса, а ног не было совсем. Там, где они должны были начинаться, всё было как будто обуглено или закопчено. И ни крови, ни остатков одежды или обуви не наблюдалось вокруг.

– Вот засранец, – произнёс Вэйн, навалившись на свои палки. – Не сберёг мои ботинки. Говорил же, что от тебя пахнет.

Затем отошёл на пару шагов и продолжил, не оборачиваясь:

– Делай, что нужно, и пойдём. Время дорого. Коврик забери, ты мне должен.

Стэн вытащил из-под мертвеца коврик, снял с цепочки жетон, забрал документы. Переложил себе то, что могло пригодиться.

– Я готов.

– Двигаем на южный склон, – в голосе Вэйна слышались металлические нотки. За командирским тоном он явно хотел скрыть наполнившие душу переживания. Каждый раз, видя чью-то нелепую смерть, Вэйн думал о том, сколько бы ещё хорошего мог сделать погибший, пусть даже для самого себя. О том, что недавно этот человек о чём-то мечтал, строил планы, накапливал имущество, наконец. Возможно, что его кто-то ждёт сейчас далеко отсюда и, может быть, даже бескорыстно любит, несмотря ни на что. А он останется навсегда вот здесь, холодный и страшный, не порадовав больше никого своим теплом и добрым словом. И Стэн очень правильно надеялся, что его спутник переживал не из-за утраченных чужих ботинок.

Остаток дня они преодолевали подъёмы и спуски, обходили провалы и вздыбившиеся в небо каменные глыбы. Возле одного провала Вэйн остановился и указал вниз.

– Смотри!

Стэн присмотрелся и разглядел на дне и нижних стенках щели необычные камни. Разного размера и неправильной формы, но эта неправильность была у них какая-то одинаковая. Всё же они были серые, но отражали свет тонким серебристым отливом. Он понял, что это Минерал. К его удивлению, они продолжили путь, ничего не взяв в этом месте.

В какой-то момент, собравшись шагать дальше, Стэн неожиданно был сбит с ног прыгнувшим на него Вэйном. Тот придавил его всем телом к снежному склону, одновременно закрывая собой.

– Стань веткой, – прохрипел Вэйн, что-то энергично делая руками в области своей головы. И затих.

Стэн чувствовал, как тает снег под его лицом. Первая капля медленно поползла по шее и вниз. Сердце выпрыгивало из груди. Кроме его стука не было слышно ничего. Вэйн прижимал сверху большим тяжёлым мешком.

Стэну послышалось, что кто-то медленно высыпает песок из ведра на железный лист. Но, судя по звуку, песок в ведре не заканчивался, а лист постепенно приближался к его голове. «Я – ветка. Сухая старая ветка», – стал повторять про себя Стэн. И вот уже песок сыплется не куда-то рядом, а будто бы прямо в уши, сыплется и исчезает, чтобы снова шипеть и шипеть в ушах. Стэн зажмурился, чтобы не закричать. Ручеёк талой воды уже пробивал себе дорогу глубоко под одеждой. И только успев осознать это, Стэн понял, что всё прошло. Шум стих. Сердце билось ровнее, а из окружающих звуков начало слышаться чьё-то осторожное дыхание. Через минуту оно сменилось резким кашлем, и, наконец, Вэйн свалился с него на снег.

– Что это было? – Стэн растирал руками своё раздавленное лицо.

– Я не знаю, – раскрасневшийся и вспотевший Вэйн глубоко и жадно дышал. Отдышавшись, он добавил:

– Выглядит как туман или облако. Только плотнее, виден его край. Ползёт по склону прямо к тебе и шипит. Контактирует с кожей, кто не спрятался, тот проиграл. Можно увидеть или услышать, успеть среагировать.

– Понятно.

– Аномальное образование. Состав неизвестен. Происхождение туманно, извини за каламбур. Поднимайся, мы теряем время.

Они стали пробираться дальше вдоль склона, уже перебравшись на его южную сторону.

– Слушай, Вэйн, куда мы идём? У нас же не осталось продуктов на обратный путь.

– Мы не пойдём обратно, только вперёд. Доверься мне, мы почти на месте. Сегодня ночуем, завтра ближе к вечеру будем на станции.

– У тебя тут самолёт, что ли, спрятан?

– Ну, почти.

– Недоговариваешь?

– Недоговариваю. Мог бы и сам догадаться. Как вы готовились к восхождению? Что знаешь про южный склон? Ну, давай, скаут, расскажи.

– Южный склон ровнее, но круче, чем западный. Из-за этого по нему не ходят. Изучен мало. Представлен на открытках как основная достопримечательность…

– Хватит. Вот именно, ровнее и круче. То, что надо. И что не ходят – вообще красота.

Начинало смеркаться. Вэйн ещё раз посмотрел в навигатор, покрутился с ним на одном месте. Затем убрал в карман и стал карабкаться прямо вверх, часто помогая себе руками.

– Не отставай. Мы пришли. Сейчас я тебя кое с кем познакомлю.

Поднявшись на сотню метров, Вэйн остановился и выпрямился. Когда Стэн догнал его, то увидел относительно ровную площадку размером с парковочное место. В основании уходящей дальше вверх стены темнела узкая трещина чуть ниже человеческого роста. Проход, или точнее – лаз в неё, загораживал занесённый снегом валун, по форме напоминающий очертания человека, стоящего на коленях.

– Это Стонки. Мой давний проводник и напарник. Однажды он не успел стать веткой, – говоря это, Вэйн наклонился над фигурой и обмёл краем шарфа то место, где должно было быть лицо. Сквозь налипший снег Стэн разглядел почерневшую маску. Похоже было, что плоть вскипела, соединившись с частями одежды. Рука, не спрятанная в перчатку, по виду напоминала коралл.

– Это случилось несколько лет назад. Не сразу, но я перенёс его сюда. В знак благодарности, что ли.

Вэйн огляделся по сторонам, достал карманный фонарик и начал протискиваться в пролом.

– Проходи, располагайся. Под ноги смотри, руками ничего не трогай.

Забравшись внутрь, Стэн остановился. Он увидел каменный грот, не меньше гостиной в приличном доме. Стены почти не отражали свет, но там, куда падал луч фонаря, сверкало сразу по несколько серебристых отблесков. Низкий неровный потолок угрожающе нависал над ним, но стоять в полный рост оказалось вполне возможно. Вэйн возился с чем-то слева у стены, кряхтя и бормоча. Через пару минут синее химическое пламя высветило там подобие каменной ступени и самого Вэйна, расправляющего покрытое инеем тонкое одеяло. Второе одеяло лежало рядом. Он расстелил на этой ступени коврик, накрыл одеялом ноги и принялся согревать пальцы над разгоревшимся пламенем.