Сергей Воронов – Судьба наёмника (страница 99)

Хазард даже не заметил, как они, охваченные пеленой боя, вышли за пределы деревни. Они оказались в небольшом подлеске рядом с деревней, а за спиной Хазарда был глубокий овраг. Размытая дождём земля заставляла Хазарда и Лиса часто поскальзываться, почти падая. Но упасть на землю перед наёмником — значит умереть. Среди них нет благородных рыцарей, которые упустят возможность добить упавшего ради честной победы. Именно эта мысль и держала их на ногах.

И всё же силы были не бесконечны. Звон мечей начинал редеть и слабеть. Хазард уже с трудом держал оружие, да и Лис, несмотря на то, что его движения всё ещё были грациозны и стремительны, сильно устал.

Они медленно приближались к обрыву. Уйдя от резкого выпада Лиса, юный наёмник в очередной раз поскользнулся и с трудом удержал равновесие, но не смог удержать меч и неуловимым движением Лиса был разоружён. Удар в живот заставил Хазарда упасть на одно колено. Меч воткнулся в землю не дальше полуметра, но для Хазарда эта дистанция сейчас казалась гораздо больше.

— Зачем, Лис?! Почему?! — крикнул Хазард. Боль и ярость в его голосе резали не хуже холодного лезвия. — Ты… Ты просто решил превратить меня вубийцу! В такого же, как и ты!!! — Голос дрожал, дыхание то и дело срывалось, ноги грозили вот-вот ослабнуть. На мгновение что-то в глазах старого наёмника изменилось, но Хазард был слишком ослеплен яростью, чтобы это заметить.

— Не трать зря силы на слова, Хазард. — голос Лиса оставался спокойным, словно этот бой насмерть был очередной тренировкой — они сбивают твоё дыхание и мешают восстановиться.

Лис спокойно смотрел на своего ученика, не обращая внимания на то, как дождь обильно смывает кровь из свежих ран. — Превратить в убийцу? Ты такой же, как и я. Мы люди, живущие битвой. Это единственное, что зажигает нашу с тобой кровь, заставляет сердце биться. Я не превращал тебя в такого человека, ты всегда им был. Я всего лишь открыл это для тебя.

За то время, пока Лис говорил, Хазард восстановил дыхание, а его сердце наполнилось новой волной ярости.

— Давай покончим с этим, — тихо рыкнул юноша.

Он смотрел в глаза учителя, не моргая, похоже, совсем забыв о мече и готовый убить его голыми руками. Лис воткнул клинок сбоку от себя, а второй вонзил глубоко в землю перед собой и провёл линию, после чего просто встал, ожидая атаки ученика.

С криком, полным ярости, Хазард кинулся в бой, его ноги увязли в размокшей грязи, и пришлось приложить усилие, чтобы оторвать ноги от земли. И в этот момент Лис просто с силой ударил по земле за чертой, которую только что провёл.

Юный наёмник почувствовал, как почва начала уходить из-под ног. Слабые корни деревьев, удерживающие расходящуюся её, оказались надрезаны движением Лиса. Теперь ничто не удерживало землю. Хазард не успел отреагировать. Лис, отойдя назад, смотрел, как его ученик падает с обрыва.

— ЛИ-И-И-ИС!!!

Падение было болезненным, Хазард несколько раз ударялся о камни и торчащее коряги, пока не достиг дна оврага.

Хазард не знал заметил ли бывший учитель, его слабые движения, указывающие на то, что он ещё жив, или же надеялся, что он умрёт от полученных ран, но он не спустился вниз, чтобы его добить.

— Прощай, мой ученик. — это были последние слова, которые услышал Хазард перед тем, как сознание его покинуло.

Весь свой рассказ Хазард не поднимал взгляда.

— Это должно быть так глупо, но пока я не увидел глаза этих людей, я верил, что делаю что-то правильное. Я знал, что не герой, но думал, что могу им стать. Что Лис приведёт меня к этому, поможет. Но я всего лишь очередной убийца. Оружие, которое режет любого, кого прикажут. И сколько таких, как они, я убил, думая, что делаю добро? А он… — Волна гнева вихрем разгорелась в сердце наёмника, но моментально затухла от одной мысли — …Он знал и предупреждал меня, но я не слушал. Лис не виноват, что я убийца, он просто показал то, кем я являюсь.

Рассказав эту историю, Хазарду не стало лучше. Ему казалось, что броня, которая все это время защищала его, исчезла. Ощущение холода, открытости и уязвимости заставляли тело еле заметно дрожать, но в тоже время всё это дополняло чувство облегчения.

Наёмник закрыл глаза.

— Я думал, что больше никогда не возьму в руки меч и не смогу отнять чью-то жизнь, но я слишком… — Хазард потерял дар речи в тот момент, когда Фэритика крепко обняла его.

— Но ты отвёл меч в тот момент. Рискнул своей жизнью, не подчиняясь бесчеловечному приказу. Ты сделал выбор, а так не поступает бездумное оружие, это может только человек. И мечом в твоей руке управляешь ты и никто другой. Я верю, ты не направишь его на кого-либо без причины, в которую веришь.

Любые попытки произнести хоть что-то застревали у Хазарда в горле с тяжёлым дыханием. Он и не мечтал услышать подобных слов, но они были так ему нужны. Сейчас не хотелось думать о приличиях и этикете, своей уязвимости и слабости, хотелось просто дать волю накопившимся эмоциям.

Хазард крепко, но осторожно прижал к себе девушку, чувствуя её тёплое и слегка взволнованное дыхание. Одна рука нежно легла на её плечо, а вторая сжала ладонь Фэритики.

— Спасибо. — Хазард закрыл глаза. Его губы коснулись волос девушки осторожным поцелуем ещё до того, как оба осознали это движение.

Издав кроткий ах, девушка подняла голову и посмотрела на Хазарда. В её взгляде было смущение и тайная радость, смешенная со смятением. Не успел Хазард полюбоваться таким буйством эмоций, как их сменил страх.

Принцесса чуть не подпрыгнула на месте, услышав шелест в листве.

Хазард немедленно развернулся в строну звука, взяв оружие наизготовку. Жестом приказав Фэритике оставаться на месте и не шуметь, наёмник как можно тише двинулся на шелест.

Со стороны одной из тропинок время от времени доносились еле слышные шаги и обрывки шепота. Тот, кто скрывался за извилистыми поворотами тропы, явно старался скрыть своё присутствие, но получалось это не очень хорошо.

Хазард надеялся, что в случае опасности принцесса разбудит остальных, но пока он бы предпочёл не давать незнакомцам знать, что их обнаружили.

Перехватив оружие двумя руками, Хазард ощутил болезненное эхо сегодняшней раны и слабость, прокатившуюся от запястья к локтю. Понимая, что вести бой таким образом, плохая идея, наёмник вернул одноручный хват.

Шёпот становился отчётливее, и некоторые слова уже удавалось разобрать. Свет от огня очерчивал силуэты, и чем ближе подходил Хазард, тем меньшей ему казалось угроза от них. Сквозь листву Хазарду удалось разглядеть знакомую фигуру тучного воина и хрупкой девы.

Энрик с Алистрой опасливо оглядывались, но заметить наёмника им не удалось.

— Мне очень понравилось говорить с тобой. — Убедившись, что рядом никого нет, Алистра перестала говорить шёпотом.

— Я… Да, мне тоже это нравится. — Сколь грозным Энрик был в сражении, столь же неловко он ощущал себя в общении с девушкой наедине, и Хазард прекрасно его понимал.

Алистра весело засмеялась, чуть склонив голову в бок. Её глаза необычного цвета с любопытством разглядывали Энрика, часто задерживаясь на его лице.

— Хотела бы я когда-то увидеть те места, откуда ты пришёл. — голос девушки зазвучал печальнее и задумчиво — по тем людям, что приходили сюда, и рассказам матушки, твои края казались мне очень страшными и злыми. Я думала, что все, кто живут там, такие. Но сегодня я узнала тебя. — Алистра сделала шаг к Энрику, потянув к нему руку, на это воин отреагировал шагом от неё. В его взгляде отразилось непонимание, где-то в глубине страх. Алистра на секунду смутившись, замерла. Энрик, взяв себя в руки, чуть улыбнулся и кивнул. Заметив это, Алистра широко улыбнулась и гораздо смелее шагнула к Энрику, положив руку ему на щеку. — Но ты… Хороший.

В придыхании Алистры было столько восхищения и нежности, словно она и сама не могла поверить, что произносит эти слова.

— Хороший?

— Да! Я и представить не могла, что такие люди есть. Но ты и твои друзья… Вы… Добрые. — Алистра чуть смутилась — Особенно ты.

Рука девушки осторожно поглаживала Энрика по его щеке воина бороде.

Энрик какое-то время наслаждался этими прикосновениями в тишине.

— Если ты хочешь. Мы можем забрать тебя отсюда с нами. — Воин начал неуверенно, но с каждым словом в нём все сильнее разгорался огонь уверенности и энтузиазма, — Не переживай, я договорюсь с твоей мамой и сёстрами. Да и Милеса смогу убедить. Мы уже рядом с целью, всего пара дней и мы на месте. А потом я заберу тебя к себе, у меня будут свои земли, после всего этого отец точно отдаст их мне, а не Кирену. У тебя будет свой дом, и ты не в чем не будешь нуждаться, а если ты захочешь, ты сможешь жить со мной… — воин чуть опешил — Я, разумеется, настаивать на чем-то таком не буду, но если бы ты была напротив, то я тоже с удовольствием…

Поток слов был прерван порывистым поцелуем. Он был таким же жарким и отчаянным, как и коротким.

— Нет. — Алистра положила на грудь Энрика руку, не давая ему начать расспросы, — Я не смогу жить за пределами этого места. Ваш быт, ваши правила, ваша еда. Я не создана для них. Эта долина мой мир, который я не покину. Мне жаль.

Энрик, не скрывая расстройства, кивнул.

— И мне… — Воин расстроено огляделся, словно в поиске ответа или чего-то, что поможет переубедить девушку. Несколько раз его глаза направились в строну Хазарда, заросли надёжно скрывали наёмника от чужих глаз.