Сергей Воронов – Судьба наёмника (страница 41)

В этот момент из-за деревьев вышла лучница. Две широкие полоски тёмно-голубой ткани прикрывали её грудь и бедра, оставляя открытыми стройный живот и длинные прямые ноги, по которым ещё стекали капли воды. Рыжие, слегка волнистые волосы были распущены и доходили до лопаток. Девушка уверено и спокойно прошла мимо мужчин, даже не взглянув на них. А вот Хазард невольно проводил Артиру глазами. Рычание Фейрлинга в этот момент отдавало сталью, и наёмник быстро вернул к нему взгляд. Не успел он ещё хоть что-то сказать, раздался голос Милеса.

— Леди Фэритика, Эйлин, думаю, теперь ваш черёд освежиться, — Южанин подошёл к Хазарду и Фейрлингу, — А вы пока идите к костру и проследите за огнём и пищей.

Помогая по лагерю, Хазард то и дело кидал взгляд на Артиру. Лучница была спокойна и холодна, словно ничего и не было. Этот щит, который она создала, чтобы отгородиться от воспоминаний и других людей, снова был с ней. Вот только теперь наёмник понимал, что за молчанием и взглядом насквозь скрывается хрупкая, израненная душа.

Когда с озера вернулись посвежевшие Фэритика и Эйлин, на поляне умиротворяюще потрескивал костёр, а Энрик перемешивал в котле кипящую похлебку.

— Получилось, конечно, жидковато, да и навряд ли также вкусно, как у вас, леди Эйлин, но я добавил особых пряностей из своего личного запаса, так что совсем пресной эта похлебка не будет. — Голос Энрика звучал ниже и тише, чем обычно, словно ему было очень неловко за собственную стряпню.

Целительница присела напротив Энрика и, приняв от него ложку, зачерпнула немного из котелка. Слегка подув, она прикоснулась губами к самому краю ложки, втянув немного бульона. Подержав во рту и распробовав пищу, Эйлин проглотила её и улыбнулась.

— У вас прекрасно получилось. Интересное вкусовое сочетание. Впрочем, я думаю, что знаю, как сделать его немного ярче.

Было заметно, как воин, услышав вердикт девушки, облегчённо выдохнул.

— Я бы рассказал одну историю про то, как Энрик готовит, но боюсь, она надолго испортит всем аппетит. — Вклинился подошедший Кирен.

— Эй! Я тогда не был виноват. Все местные беспрестанно твердили о питательности этих грибов. Ничего катастрофичного не случилось.

— А «Дристательным войском Энрика», нас, думаешь, просто так назвали?!

— Ты сам это название придумал!

Слушая это, Фэритика чуть не поперхнулась первой ложкой похлебки.

— Кир, иди освежись, а мы пока поедим в спокойствии и без твоих увлекательных историй, — Мягко, но настойчиво приказал Милес, — Хазард, ты с ним.

— Мне отвернуться или тебе нечего стесняться? — Спросил Кирен наёмника, оставляя одежду и оружие на берегу озера.

Хазард ничего не ответил воину и вскоре тоже окунулся в озеро. Ледяная вода, в один момент, покрывая тело миллионами игл, прекрасно освежала. Тело изнутри разжигалось жарким огнём, не позволяя холоду полностью сковать наёмника. А на поверхности воды уже достаточно разгорячённое солнце не позволяло Хазарду продрогнуть.

Смыв с себя грязь, пот и усталость после сражения, воины решили ещё на какое-то время остаться в воде. Хазард бросил взгляд на оружие и одежду Кирена.

— Ты владеешь навыками сражений двумя мечами одновременно? — Спросил Хазард. Его учитель прекрасно умел биться с мечом в каждой руке. Врываясь в гущу сражения, он был менее защищён. Но если твои удары неуловимо быстры и часты, словно капли дождя во время ливня, защищаться очень скоро будет не от кого. Однако Хазарда он подобным умениям не обучил, решив, что это не тот стиль боя, который ему подходит.

— А? Да не, не особо. — Кирен махнул рукой в сторону своего оружия и брони, — Я предпочитаю меч и щит. — Пожав плечами, добавил он.

— А, просто два меча…

— Это больше для Энрика — ответил воин на не заданный вопрос и, увидев недоумённый взгляд Хазарда, усмехнулся. — В разгаре боя он частенько может швырнуть свою дубину в кого-нибудь. И чтобы эту дубину без его дубины никто своей дубиной не огрел, приходиться его выручать.

— А если он и меч швырнёт? — С улыбкой спросил Хазард.

— Я ему швырну. Не, свой бы он мог, а вот чужой, тем более мой, не посмеет. — Немного помолчал, Кирен добавил то, что явно было непросто сказать, — …К слову, спасибо, что спас этого толстяка.

— А я думал, что каждый из вас мечтает, чтобы другого побыстрее прикончили. — Улыбка на лице наёмника стала шире и хитрее.

— Ну… — Кирен сделал вид, что задумался. — Знаешь, пока рано. Он ещё может быть полезен. — Воин улыбнулся, — Ладно, хватит прохлаждаться. Пошли, а то всю его стряпню без нас сожрут. Чем нам потом под кустом зайцев пугать?

— Мне отвернуться или тебе нечего стесняться? — Решил вернуть фразу Хазард.

— Знаешь, а вот над шутками тебе надо бы поработать. — Тон Кирена был необычайно серьёзен.

Вернувшись к костру и быстро покончив с миской похлебки, Хазард первым встал в дозор, позволяя остальным отдохнуть. Вымотанные тяжёлым боем и долгой дорогой, все, кто был в отряде, мгновенно заснули. Наёмник же не чувствовал и капли усталости.

Его голову заполонили мысли о том, что было и что их ждёт дальше. Сколько ещё препятствий встанет у них на пути. Хватит ли ему сил и умений, чтобы справиться с ними?

Обводя взглядом тех, кто сейчас мирно спал под его защитой, Хазард понимал, что должен относиться к ним, как контракту. Люди, домашний скот, драгоценности в роскошном сундуке или старые тряпки в гнилом ящике — наёмнику должно быть не важно, что сопровождать, лишь бы за это платили достойно. Но постепенно, узнавая этих людей ближе, их благополучие и жизнь переставали быть просто целью задания. Страх оказаться никудышным наёмником не исчез, к нему просто прибавился новый — увидеть страдания и смерть, пусть мало знакомых, но уже не безразличных ему людей.

«Должно быть, надо мной бы в очередной раз посмеялись, сказав что-то заумное и правильное, так?» — Мысленно обратился Хазард к своему учителю. «И пусть! Я не обязан быть таким, как ты. Это мой путь. Даже если я ошибаюсь, эти чувства часть меня, и я справлюсь с заданием, не отрекаясь от них». — Наёмник слегка воспрял духом, победив в мысленном споре своего молчаливого оппонента, но в тот же момент горько улыбнулся. «Интересно, осмелился бы я сказать это, глядя ему в глаза?» — Думал он.

На посту Хазарда сменил Энрик.

— Отдыхай. — Воин дружественно хлопнул его по плечу.

Наёмник отделился от основной группы и устроился рядом с озером. Несмотря на усталость, сон не приходил. Вместо этого, Хазард, прикрыв глаза, прислушался к окружающему миру.

Не сильный ветер тревожил листву. Молодые, стройные деревья послушно покачивались, соприкасаясь между собой ветвями. Где-то в чаще леса кипела привычная, обыденная жизнь. Звонкая трель множества птиц, сливалась с шелестом крыльев, а в глубине высокой травы шуршали лапы и лапки, диких зверей. Все это обрамлялось умиротворяющим журчанием реки и гулом водопада.

Казалось, ещё немного, и в этом сочетании звуков можно будет услышать настоящую мелодию, ярку, красивую и чистую. Осторожный шаг, приближающийся к Хазарду, казалось, боится разрушить эту гармонию. Но скорее это был страх потревожить спящего наёмника.

— Я не спал. — Сразу же успокоил Хазард, подошедшую принцессу.

— Просто сидел тут? — Поинтересовалась Фэритика.

— Не совсем, я слушал. — Наёмник поднял взгляд на девушку и вновь столкнулся с её недоуменным взглядом, от которого почему-то чувствовал себя очень глупо.

— Слушал? — переспросила она, присаживаясь рядом.

— Да, жизнь. — Взгляд девушки после этих слов не изменился. Хазард негромко вздохнув и, скрывая смущение, спокойно продолжил. — Каждый бой может оказаться последним, а когда твоя жизнь почти полностью состоит из сражений, нужно уметь пользоваться затишьем, чтобы насладиться и почувствовать жизнь. Иначе ты просто упустишь её в бесконечном потоке битв.

— Интересно. — С искренней заинтересованностью в голосе сказала Фэритика.

Хазард слегка смутился. Не зная, что ответить он только пожал плечами.

— Мой учитель говорил мне, что я должен уметь почувствовать жизнь, чтобы лучше осознавать чего могу лишиться в бою и то, что мне придётся отнять у своих врагов.

— Хм…Но разве — начала девушка задумчиво, — Такие мысли и чувства не вызовут страха за свою жизнь или перед тем, как отнять чужую?

— Возможно, но с другой стороны это заставляет выбирать те сражения, в которых ты по-настоящему готов драться до конца и забирать жизни тогда, когда уверен в такой необходимости.

«Он, должно быть, правда учил меня этому» — Подумал Хазард. «Но как тогда это вяжется с тем что…» — Наёмник зажмурился, как от вполне осязаемого удара, после чего слегка мотнул головой, отгоняя лишние воспоминания

— А этот поход, ты выбрал его также? Ты, правда, готов отдать жизнь за эту цель и уверен, что моя жизнь стоит того, чтобы забирать другие? — В голосе Фэритики проявился дрожь.

Соврать девушке наёмник был не в силах, но как признаться в том, что взяв этот контракт, он просто-напросто бежал от того, чего не понимает — мирной жизни. Да, пока его клинок разил только убийц и настоящих чудовищ в обличии людей. А по рассказам Милеса, злобные соседи, вот-вот растащат Эниур на куски ради наживы, но все ли так на самом деле? Ведь союз Войтэса и Эниура, сильнейшей армии и богатых залежей ценнейшего металла, может стать началом новой империи.