Сергей Воронов – Судьба наёмника (страница 106)

С высокомерным презрением в движении воин-призрак отбросил в сторону задыхающегося южанина, после чего повернулся к Хазарду всем телом, занося меч.

Откатившись от первого удара, Хазард постарался встать, но успел лишь подняться на одно колено в тот момент, когда тяжёлый двуручник направился к его голове. Рефлексы сработали раньше, чем мозг осознал бесполезность действия. Удерживая меч второй за обратную сторону лезвия, Хазард блокировал удар призрака.

Как только клинки соприкоснулись, оружие Хазарда завибрировало. Точно так же, как у Фейрлинга и Милеса, двуручник воина-призрака окутала дымка, позволив клинку плавно проходить сквозь препятствие. Вибрация в мече становилась все сильнее по мере приближения к его сердцевине.

Хазард не чувствовал напора от силы удара, лишь сдавливавшую вязкость, не позволяющую отвести или перенаправить меч.

«Дзынь!»

Внезапно раздавшейся лязг и резкое ощущение тяжести удара стали для Хазарда неожиданностью. Дойдя до середины меча, оружие призрачного воина наткнулась на препятствие, не способное преодолеть.

Похоже, это стало для него таким же сюрпризом, как и для наёмника. Хазарду даже показалось, что огонь, горящий на месте глаз воина-призрака, на мгновение увеличился, словно в удивлении.

Еле удержавшись на ногах, наёмник, делая упор на меч, отвёл оружие противника в сторону, пытаясь подняться и отскочить на расстояние, в ожидании атаки. Маневр получился без проблем, но отчасти из-за того, что воин-призрак не продолжил атаку.

Гордо выпрямившись, он растворился в тёмном мороке вместе со своими братьями, лишь для того, чтобы моментально появиться вновь. Воины-призраки окружили путников, стоя прямо перед ними.

Синее пламя в глубине шлемов разгоралось жарче, все чётче принимая форму глаза. Узкий разрез, уходящий вверх, придавал им хищности, короткие искры играли роль ресниц, а небольшая сфера, переливаясь всеми оттенками синего, стала зрачком.

— Не смотрите им в глаза! Смотрите в глаза друг друга, не отрываясь! — голос незнакомца заставил Хазарда бегло оглядеться.

Команду дал воин в черно-зеленой накидке, напоминающей болотную тину. Едва видные из-за неё одежда и броня также имели тёмные оттенки, руки в чёрных перчатках крепко сжимали полуторный меч. В противовес его чёрной палитре в одежде металл клинка имел молочно-белый оттенок, слегка поблескивая при движении. Навершие меча украшал загнутый коготь из такого же металла, что и клинок.

Помимо незнакомца, Хазард увидел, что Фейрлинг жив. Рыцарь держался за раненую руку, прижимая ее к телу. Стиснув зубы, он старался не кричать. Милес, упавший плашмя, бился в коротких судорогах, все ещё выпуская изо рта пену. Разглядеть ещё какие-то подробности Хазард не успел, более того, синий свет, исходящий от воинов-призраков, начинал покрывать собой пространство, неприятно пульсируя, а зрение заполнял образ их горящих глаз. Даже когда наёмник зажмуривался, это видение не исчезало, всё настойчивее застилая сознание.

— Смотреть друг другу в глаза! — командным голосом повторил приказ незнакомец.

Эйлин, находящаяся ближе всех к Фейрлингу, помогла рыцарю поднять голову и заглянула ему в глаза. Фэритика, тем временем, поспешила к Хазарду.

— Как же Милес? — спросила она незнакомца, заглядывая в глаза наёмника.

Стоило их взглядам встретиться, и болезненная синяя пульсация начала ослабевать, а образ горящего глаза в сознании растворяться. Даже дышать стало немного легче, и, судя по облегченному вздоху принцессы, она ощущала то же самое.

— Ему угрозы нет, он уже без сознания.

Кирен и Энрик внимательно вглядывались друг в друга, и лишь Артира, тяжело вздохнув, упала на колени. Незнакомец бросился к ней. Не крепко взяв её за голову, он попытался повернуть её лицом к себе, но Артира злобно рыкнув, постаралась его оттолкнуть.

— Смотри мне в глаза! — теряя терпение, рявкнул незнакомец.

— Она не может! — Фейрлинг на мгновение разорвал зрительный контакт с целительницей, гневно глянув в сторону незнакомца, но ладонь Эйлин, резко приложенная к щеке рыцаря, быстро вернула голову на место. Раздавшийся хлопок звучал как серьёзная пощёчина, но Эйлин это сейчас не смущало.

— Ей придётся, — незнакомец тоже не собирался церемониться, крепко схватив лучницу за лицо. — Если хочет жить.

Артира упиралась, не открывая глаз. Хныкая, словно безоружная и хрупкая девочка, она пыталась убрать от себя руки незнакомца.

— Смотри на меня! — рявкнул он, и тут же заговорил более спокойно, с пониманием и заботой, — Только живой взгляд может спасти вас от глаз мертвеца.

Услышав эту фразу, Артира судорожно выдохнула. Крепко схватившись за руки незнакомца, впиваясь пальцами ему в плечи, она открыла глаза.

Хазард не видел, что происходит, но слышал голос незнакомца, который приобрёл гораздо более нежные и мягкие ноты.

— Спасибо. Я не знаю, кто вы, но сейчас ваши глаза дарят мне жизнь, и пусть мои спасут её вам. Только не отводите взгляд. Пожалуйста, — Артира проглатывала слезы, судорожно вздыхая сквозь сжатые губы, но, судя по всему, поступала так, как просил незнакомец. — А теперь уходим отсюда.

— Мы должны забрать Милеса, — голос Фэритики звучал в приказном тоне, но в печальных глазах принцессы горела мольба.

Хазард лишь кивнул.

— Если сможете, забирайте, но не отрывайте взгляда. Ваша жизнь в глазах друг друга, — обратился к ним незнакомец, медленно помогая Артире встать. В это время Эйлин помогала подняться Фейрлингу.

Воины-призраки продолжали стоять неподвижно. Их головы были слегка приподняты, словно в обращении к небесам, а из прорезей шлема вырвалось синее пламя.

Хазард и Фэритика, послушно исполняя приказ незнакомца, начали движение к Милесу. Ориентируясь в пространстве лишь краем своего зрения, они синхронно делали шаги, осторожно касаясь земли, убеждаясь, что под ними твердая почва. Наёмник задавал темп их движениям, командуя: «шаг», и предупреждая о смене направления. Фэритика быстро поймала темп, поэтому словесные команды вскоре были почти не нужны. Это было похоже на странный танец посреди битвы, ещё не полностью отрепетированный и слегка спешный, но уже способный показать сплоченность и синхронность танцующих. Принцесса положила руки на плечи наёмника, чтобы лучше контролировать дистанцию и чувствовать «партнёра».

— «Ваша жизнь в глазах друг друга» звучит романтично, если не думать про обстоятельства, правда? — Фэритика слегка улыбнулась.

Ровно в этот момент Хазард, как никогда, ощутил себя безоружным. Привычно спрятать взгляд за пеленой спокойствия и холода в тот момент, когда он должен смотреть в глаза, было невозможно.

«Не лучшее время, чтобы такое говорить!» — Пылая неуместным смущением, думал наёмник, чувствуя, как по лицу растекается жар. «Совсем не лучшее!».

Меж тем принцесса, как и было приказано, не отводила от наёмника своих глаз. Была ли в этот момент в её взгляде хитрая игривость, вызванная покрасневшим наёмником, или же Хазарду это только показалось, но жар разбегался по лицу с новой силой.

И всё, что он смог выдавить из себя в тот момент, был кивок.

К счастью, Милес уже был поблизости, и все внимание быстро переключилось на помощь южанину.

Подхватив его вдвоём за плечи и немного приподняв, Хазард и Фэритика были готовы к побегу. Даже бегло оценить состояние Милеса сейчас возможности не было, но Хазард отчётливо слышал его неглубокое, тяжёлое дыхание.

— Готовы? — уточнил незнакомец.

— Да, — Хазард крепче обхватил Милеса за плечо, — готовы.

— Уходим вглубь болот, я иду первым, ориентируйтесь на голос. Если скажу бежать, бегите без оглядки.

Продолжая держаться парами, путники во главе с незнакомцем покидали окружение рыцарей.

— Они не нападут на нас, пока мы смотрим друг на друга и не можем отбиться? — спросил Хазард.

— Ага. Давай, наёмник, подсказывай им. У нас же проблем мало!

— У тебя ещё остались сомнения, за кого он, Фейр?

Сгустки синего пламени полностью покинули металлические тела воинов- призраков. Они беззвучно и хаотично кружили над головами путников, окатывая последних волнами холодного переливающегося света.

— В таком состоянии они не атакуют и даже не видят вас, — поспешил успокоить незнакомец. — чтобы увидеть, им нужны живые глаза, в которые можно заглянуть. Мне кажется, они так питаются, поглощают душу.

— И много у нас времени? — выдохнув от тяжести Милеса, спросил Хазард.

— Дорог каждый миг. Когда они вернутся в свои тела… Наёмник, мне понадобится ваша помощь. Вместе мы задержим их насколько возможно. Не убирайте далеко меч.

— Понял.

Путники пытались успеть отдалиться от воинов, насколько это было возможно, надеясь по пути не угодить в очередную болотистую яму.

— Я слышу их голоса. Это так больно… Несчастные души, — Эйлин морщилась, но старалась не закрывать глаза. Она терпела боль вместе с Фейрлингом. Рыцарь всё ещё прижимал руку к себе. Во взгляде обоих было беспокойство за другого и поддержка.

Вскоре путникам пришлось пройти между двумя стоящими воинами-призраками. Величественные, неподвижные фигуры сейчас напоминали собой монолитные изваяния, созданные рукой умелого мастера в напоминании о великих и страшных временах. Но несмотря на монументальность, проходя мимо них, Хазард услышал, а скорее даже ощутил слабую ниточку жизни внутри брони. Еле слышное, медленное дыхание измученного тела, запертого внутри за неизвестные прегрешения.