Сергей Воронов – Судьба наёмника (страница 105)
Просторная равнина болота превратилась в узкий коридор, давящий звуками со всех сторон. Собственные шаги начинали казаться чужими, а дыхание союзников звучало потусторонне.
Искажая привычные образы, туман превращал их в чужеродные силуэты, заставляя бояться собственной тени.
Сколько путникам потребовалось времени, сказать было сложно, но после этого перехода сил осталось ещё меньше, чем до последнего отдыха.
— Если всё пойдёт так дальше, далёком мы сегодня не уйдём… — высказал беспокоящую всех мысль Милес.
— Ночевать среди деревьев убийц и прочих отродий?! Вот ещё! Я буду спать, а они меня сожрут, убьют и…
— …Предпочтешь идти сквозь них через ночь? — южанин оборвал пылкую речь Кирена.
— Да! — вступил Фейрлинг, — Лучше уж идти и быть готовым к бою, чем пытаться расслабиться среди неизвестности. Мы слишком близко, чтобы останавливаться, и здесь наш враг не трусливые послушники Падшего, повернутые на страхе. Против нас сила, с которой простой человек может не справиться, а я не хочу давать ей шанс, проводя ночь во сне. Если придётся, нужно сделать последний рывок и идти, пока не выберемся.
— Зыбкий песок любит спешные ноги и спешащие мозги.
— Очередная мудрость, да. Посмотрим, как заумничаешь, когда древесный корень залезет в твой зад, пока будешь спать!
— Вы слышите? — голос Эйлин прервал спор, и все перевели на целительницу внимание.
— Что слышим? — настороженно спросил Милес.
— Голоса.
Путники быстро окинули взором туманные окрестности, но голосов никто не услышал.
— Снова деревья? — предположил Хазард.
— Нет, кто-то другой, — Эйлин задумчиво прислушивалась, — Они…ищут путь домой…
После этих слов целительница резко схватилась за голову, пронзительно закричав.
— Что с вами?! — Фейрлинг приблизился к девушке, пока остальные воины занимали круговую оборону, закрывая собой Эйлин и Фэритику.
Эйлин продолжала кричать, сжимая голову сильнее.
— Они…Где-то рядом… М— м— м! — целительница еле держалась на ногах, поддерживаемая рыцарем.
Воины вглядывались в туманную завесу, готовые к атаке. Туман отвечал безмолвием и безмятежностью.
— Ну, что ещё теперь? Никого не вижу, — Кирен нервно сжимал рукоять меча, прижимая щит к себе.
— Я тоже… — Энрик размял шею и плечи, готовясь к бою.
— Леди Эйлин, вы можете указать нам, откуда идёт голос? В этом тумане мы как слепые котята.
— Анри тэс, инраспир! — Вместо ответа Милесу произнесла целительница.
Хазард успел разглядеть, как раскрытые глаза Эйлин заволокло плотным туманом. Девушка выставила руку вперед, и резкая волна ветра разлетелась во все стороны. Поток был оглушительно мощным, но проносясь сквозь тело, он не заставил путников даже пошатнуться.
Туманная пелена в мгновение ока расступилась. Из-за неё показались пятеро воинов.
Каждый из них был ростом в два метра. Тела скрывал латный доспех, отливающий серебряным светом и придающий широкоплечим фигурам ещё больше массивности. Кольчужная юбка по колено надёжно защищала ноги. Высокие сапоги, отделанные железом, уверенно ступали на болотистую почву, словно под ногами была твердая земля.
Воины шли в ногу, уверенно и гордо. Располагаясь не широкой дугой, они направлялись к путникам.
По мере приближения воинов Хазарду удалось разглядеть детали их внешности и брони.
На стальном нагруднике был выбит щит, по обе стороны от которого множество мечей создавали своими клинками подобие крыльев. Изящно изображённая буква «А» в центре щита содержала в своей сердцевине ветвистое дерево. На долгие века этот герб стал символом тирании и ужаса. Герб Антирес — Старой Империи.
Закрытый стальной шлем с гребнем в форме плавника хищной рыбы и узким треугольным вырезом скрывал лица, но он не мог утаить холодного голубого сияния их глаз, подрагивающего, словно пламя свечи.
В одновременном движении воины раскрыли правую ладонь. Чёрная дымка, возникшая рядом с рукой, быстро начала клубиться и растягиваться в определённую форму, и в тот момент, как она развеялась, пальцы в латных перчатках сжались на рукояти двуручного меча. В массивных руках воинов меч казался невесомым и небольшим, словно простой одноручник. Из той же черной дымки на левой руке воинов возник щит, размером превосходя тот, которым орудовал Милес.
Путники быстро перестроились так, чтобы встретить противника лицом, все также прикрывая Эйлин и принцессу.
Хазард ощущал пугающую неотвратимость, холодность и смертность в каждом их шаге, плавности движений, уверенности. Они шли убивать.
— Кто бы это ни был, нам с ними не сладить, — Милес сделал шаг вперёд, выставив вперёд щит. — Бегите.
— А ты?! — Принцесса уже устремилась к южанину.
— Сейчас же! Все! — команда южанина прозвучала суровым ударом, обрубающим любые протесты.
Фейрлинг первым сделал шаг назад и, взяв принцессу и Эйлин под руку, начал отступать.
Энрик и Кирен, переглянувшись, кивнули друг другу, отступая.
Хазард знал, что сделает это, сейчас он отпустит меч и отправится за остальными, ещё мгновение и все будет именно так. Но мгновение следовало за другим, а меч в руках наёмника всё также был направлен на противника.
«Снова отступать, снова бежать…почему?» — Неуместная мысль никак не давала покоя.
— Ты нужен не здесь, — Милес бросил короткий взгляд и быстро качнул головой назад. — Иди.
И как только Хазард последовал за остальными, воины-призраки плавно перешли на бег.
Лязг брони был почти не слышен, но сам воздух нервно дрожал от каждого движения. Фигуры воинов охватила призрачная аура темной дымки и, растворяясь в ней на секунду, они мгновенно перемещались далеко вперёд. Уловить их движения было невозможно, и очень скоро один из воинов появился перед Милесом.
Рука с тяжёлым мечом уже была в замахе, обрушивая удар. Милес успел выставить щит, и меч ударился о его кромку, но вместо того, чтобы отскочить, оружие замерло. Уже знакомая тёмная дымка окутала лезвие меча, и он медленно начал погружаться сквозь щит, не оставляя на нём и следа от удара.
Тем временем остальные воины-призраки, перемещаясь во мраке со скоростью лучей солнца, окружили остальных.
Массивная фигура предстала перед Фейрлингом. Воин-призрак, закрыв себя щитом, оставил корпус в сторону, отводя руку назад.
Прикрывая собой Эйлин, рыцарь выставил для блока руку в металлической перчатке. Выпад призрака угодил ровно в щит, закреплённый на ней, и, как в случае с Милесом, лезвие окутал тёмный морок, позволяя мечу плавно пройти сквозь преграду.
Резкий и протяжный крик вскоре вырвался из глотки Фейрлинга. Рыцарь шокировано смотрел на собственную руку, сквозь которую прорывалось лезвие, не оставляя при этом раны. Пальцы бесконтрольно сжимались и разжимались, а боль была настолько сильной, что рыцарь еле держался на ногах.
Бросив мимолетный взгляд на Фейрлинга, Милес со всей силой дёрнул в сторону щит, пытаясь тем самым сбить атаку призрака, ударив нижней частью щита ему по руке. Воин-призрак отшатнулся, его щит упал. Вонзившись в землю, он тут же исчез, оставив от себя облако черного морока. Освободив руку, призрак схватил ей открывшегося Милеса за шею. Синее пламя в глазах засияло ярче, а южанин, всего мгновение назад пытавшийся вырваться из захвата, замер.
Энрик и Кирен активно атаковали одного из воинов-призраков, запутывая его последовательными ударами, не давая ему сосредоточиться на ком-то из них. И хоть тяжёлая броня, казалось, совсем не пострадала, её обладателю не хватало реакции ответить сразу обоим воинам. И даже когда к схватке присоединился ещё один воин-призрак, братья, не теряя напора, сбивали атаки противников, переводя внимание друг с друга.
Путь к Фэритике и Хазарду перекрыл пятый воин. Успев отметить бесполезность попыток блокировать оружие призраков, наёмник уклонялся от стремительных атак, не используя клинок.
— Милес! — визг принцессы после очередного промаха противника заставил Хазарда бросить взгляд на посеревшее лицо Милеса, чьё тело болезненно выгнулось. Глаза южанина закатились, а из горла хлынула пена.
В тоже время осипший от собственного крика Фейрлинг терял последние силы. Смесь страха и гнева бурлила во взгляде рыцаря, устремленного на острие меча, медленно приближающегося к его лицу сквозь руку.
Массивный щит воина-призрака и броня надёжно защищали его от стрел Артиры, которые она выпускала одну за другой, пытаясь отвлечь его на себя.
— Спаси их! — навзрыд выкрикнула Фэритика, смотря, как одновременно её кузен и близкий друг оказались в шаге от смерти.
Эхо её мольбы звенело в голове наёмника, приглушив остальные звуки. Сражение словно замерло, милосердно давая наёмнику долю мгновения на размышление. Он знал это чувство и понимал, что подобная милость краткосрочна. Осознавая, что спасение даже одного из них будет чудом, Хазард доверился собственным инстинктам и чувствам, выработанным за долгие сражения.
Когда взгляд, самым краем сознания, уловил стремительное движение незнакомой чёрной фигуры в сторону Фейрлинга, Хазард незамедлительно бросился к Милесу.
Что бы ни приближалось сейчас к рыцарю, это или поможет ему, или лишит всех шансов на его спасение,
За спиной наёмника раздался лязг оружия. Крик Фейрлинга смолк, вместе с этим раздался звук падения тела. О том, что сейчас произошло с Фейрлингом, Хазард старался не думать. Свой выбор он сделал, и этим выбором стал удар всем телом в плечо воина-призрака. Противник покачнулся, в то время как Хазард, отбив себе половину тела, рухнул в грязь.