Сергей Вишневский – Перки, кач, ректификат! (страница 29)
— За преступление! — провозгласил тост профессор.
— И наказание! — Добавил Владимир, опрокидывая в себя рюмку.
Глава 7
Кто такие социалы?
По извилистой дорожке из желтого кирпича, вертя головой во все стороны, вприпрыжку бежала девочка лет шести. Она присаживалась на корточки у цветов, нюхала их, что-то им шептала и шла дальше. Затем снова устремлялась дальше по дорожке и снова садилась у клумбы цветов.
После очередного поворота, девочка дошла до клумбы пышных синих цветов. Она присела к ним и начала щебетать:
— Вы мои маленькие! Вы мои хорошенькие! Почему вы повесили носики? — девочка пыталась пальцами приподнять синие цветки вверх, но те снова опускались к земле. — Вам наверное жарко да? Может вам водички принести? Я сейчас!
Девочка срывается с места и несется к фонтану, расположенного в паре метров от клумбы, в центре парка. Не проходит и пары минут, как она оказывается у него. Добежав, девочка впадает в ступор и начинает оглядываться, словно что-то ищет. Она делает два круга вокруг фонтана, но так ничего не находит. В итоге, набирает пригоршню воды и убегает с ней обратно к цветам.
— Дуреха, хоть бы горшок взяла, — вздыхает Сева, проводив взглядом девочку.
Сам енот сидит на скамейке, рядом с Гришей. Он как обычно флегматично осматривает на ребятню, которая плескается в фонтане.
— Счастливые, — вздыхает Гриша.
— Кто?
— Они, — кивает в сторону детей Гриша.
Сева бросает тоскливый взгляд на детей и вздыхает:
— Это НПС. У них программный код так написан — быть счастливыми и жаловаться на енотов, которые повторяют их движения. — Сева пригладил торчащий хохолок на голове и залез в системки.
— Как знал ведь кровопийца, что НПС все как на подбор то шугаются, то охрану зовут. — сплюнул енот. — Даже дети, и те шарахаются.
Пока Сева предавался горестным раздумьям, к фонтану снова прибежала девочка. Она снова загребла воды руками и убежала по тропинке.
— Квестовая, что ли? — спросил Сева провожая ее взглядом.
— Не, настоящая.
— Кто она? — нахмурился Сева и стал ждать, когда она появится снова.
Спустя несколько минут она появилась снова и енот всмотрелся в нее.
Над головой девочки оказался отмечен 3-ий уровень, ник «Вяземцева Оля» и странный статус «Социальный аккаунт».
— Во! Она настоящая! Должно прокатить! — ухмыльнулся Сева и отправился за ней, бросив на ходу Грише: — Жди меня здесь!
Гриша пожал плечами и вздохнул. Когда енот почти пропал из виду, он крикнул ему вслед:
— Есть охота!
Сева же нагнал девочку и обнаружил, что та носит воду в пригоршне. Не зная как завязать разговор, он просто встал так, чтобы ей было видно и сел рядом с цветком точно так же как она.
— Привет! — поздоровалась девочка и поправила прядь волос.
Енот повторил движение, и тоненько невнятно пропищал. Девочка засмеялась. Потом она встала и поправила платье, но и енот встал и повторил движение.
— Ты за мной повторяешь? — с ехидцей поинтересовалась она. — А если так?
Девочка принялась поднимать поочередно руки, ноги, крутиться на месте и корчить рожи. Маленького ребенка хватило на час веселья, но в итоге, девочка сгребла в охапку енота, в черной распашонке и начала показывать парк. Енот как мог повторял ее движения, даже шаги старался делать в том же количестве.
Видя это, девочка его отпустила, но не перестала воспринимать как мягкую игрушку.
— Вот тут желтые колокольчики. Они пахнут сладко, как мамин шампунь. А эти называются лилия. Красивые правда? Только почему-то черные, но пахнут как булочки в нашей больнице. Сладко пресладко! А вот там лежит большой камень! На нем мох растет. На ощупь как наш диван. Мама говорит, что он вильветовый, но я пока не знаю что это такое. — Вдруг девочка встала и нахмурилась, тыкая в системные сообщения в воздухе. — Ну-у-у вот! За мной мама пришла!
Девочка подхватила Севу и побежала в глубь парка. Она нашла в кустах неприметную лавочку, посадила на нее Севу и строго настрого наказала:
— Сиди тут и никуда не уходи! Я завтра приду и мы еще поиграем! Хорошо?
После этих слов она растворилась в воздухе, а Сева устало вздохнул:
— Не думал, что это будет так тяжело.
После этих слов он залез в менюшки и обнаружил следующие цифры в счетчике:
— Если она тут целый день, то дело в шляпе! — усмехнулся Сева и потер лапками между собой.
— Смотри, Пушок! Я тебя научу! — начала с серьезным видом объяснять девочка. — Палочку бери вот так! А теперь ставим кончик вот так. Потом ведем так, проводим вот так и так. Тада-а-а-ам! У нас получилась буква А!
Она вскочила и вскинула руки, словно это было маленьким чудом. Енот повторил то же самое движение. Девочка уже приноровилась к поведению плюшевой игрушки и уже сама придумывала игры с Севой. К слову, кличку Пушок он получил за мягкую шерсть и торчащий на макушке хохолок.
— Чтобы нам с тобой еще нарисовать? — задумчиво произнесла она. — Когда не знаешь, что рисовать — надо рисовать свою семью или свой дом! Так говорит Ирина Олеговна, моя учительница.
Девочка снова уселась на корточки и принялась водить палочкой по земле.
— Вот это буду я, — бормотала она, старательно выводя палочкой подобие своего платья. — А вот эту будет мама. У нее мягкое платье и волосы пахнут желтыми колокольчиками.
Сева очень старался и повторял движения девочки. Даже рисунки вышли довольно похожими. Однако он замер вместе с ней, когда та рисовала лицо мамы.
— Я забыла, — нахмурилась девочка. — Как мама выглядит, забыла.
Девочка быстро начала водить рукой по рисунку, стирая его, а потом объявила:
— Давай лучше будем рисовать дом! Смотри! У каждого хорошего дома есть стены. У нас стены с цветочками. Мама говорит, что они красные, но я их трогала и они не теплые. Мама тогда смеялась и говорила, что они не живые и это обои. Вот так! Потом крыша, только я не знаю какого она должна быть цвета. А тут вот такое окошко, труба от печки… Из трубы должен идти дым. Маме не нравится как пахнет дым. Наверное потому, что она не умеет его различать. Если пахнет печка — это вкусный дым. А вот если горит мусорка — то дым не вкусный, горький. Мне он тоже не нравится. Так… Вот тут будет крыльцо… А вот тут цветочки.
Девочка продолжала рисовать, и постоянно что-то щебетала. То про цветы, то про бабочек. У дома снова появился рисунок девочки и мамы.
Сева замер когда повторял рисунок девочки на родителях. Почему-то вспомнилась мама и извещение о ее состоянии. А еще вспомнился…
— А папа? — спросил Сева.
— Ой! — отскочила девочка в испуге. — Ты говорящий?
— Почему ты не рисуешь папу? — спросил Сева, не отрывая взгляда от рисунка девочки.
— А у меня нет папы!
— Никогда не было, или раньше был, а теперь не стало?
— Не стало, — нахмурилась девочка. — Пушок, а ты живой или нет?
— Гонишь? Живой конечно, — пожал плечами Сева. — Как я могу не живым быть?
— Может ты — игра, как некоторые дяди и тети.
— Живой я, зуб даю! — усмехнулся Сева.
— Докажи! — с прищуром потребовала она.