Сергей Твардовский – Сырок 2 (страница 1)
Сергей Твардовский
Сырок 2
01 В первый раз
Ровный гул гравика, несущегося к городу Мор-Ннат, вибрировал где-то во внутреннем ухе. В тот город бригада курьеров вместе с Крассом и Ромой должна была доставить небольшую партию необработанных самоцветов. На месте предстояло успеть перехватить какую-то почту и забрать груз полотна, которое производили на плантациях рядом с городом, чтобы затем доставить его в один из южных портов. Планов было громадьё, а сама поездка должна была растянуться дней на десять, как сообщил довольный Зэйн.
Солнце нещадно жарило. В пути они были уже несколько часов, оставив далеко позади Посёлок Старателей и, казалось, всю прошлую жизнь. Ту, что началась у Ромы не так уж давно, около двух орумских месяцев назад, когда он не совсем удачно заглянул в «Пятёрочку», чтобы закупиться к своему дню рождения. Ещё там, дома… на Земле, которую он мог видеть теперь только в межпространственном тоннеле, связывавшем Орум и Святилище Варьинис-Тэй, в котором она пребывала, неся свой тревожный пост.
Эта новая жизнь была короткой, но плотной, привязанной к огромному пустынному краулеру. В нём Рома провёл большую часть времени, если считать трёхнедельную кому и последующий больничный. В его окрестностях ему и доводилось бывать чаще всего. Теперь маршрут вёл дальше, к новым местам и новым историям.
– Сырок, хватит там тащиться, – пробурчал Красс по общей линии. – Догоняй, грэнч тебя забери.
Рома улыбнулся, вспомнив, как вчера на импровизированном дне рождения тот сожрал половину пиццы, а потом жаловался, что ему тяжело дышать. Хорошо, что, дополнив начинку орумскими копчёностями и грибами, Рома сделал сразу три больших пиццы. Хватило и на завтрак, и на перекус в дороге, когда они остановятся на привал, тоже оставалось.
Выехали рано утром, после завтрака в доме Слакса. Тот удивился решению Красса отправиться в путь, но отговаривать не стал. Ещё вечером громила послал к грэнчу начальника рабочей бригады, позвонив ему прямо во время застолья. Разговор вышел коротким. После него Красс ткнул пальцем в Рому и объявил, что свою долю от сдачи найденного доргаста вложит в небольшой ресторанчик где-нибудь на юге и осядет там.
– Сырок, – пробасил он, ткнув Роме в грудь, – ты научишь меня делать этот твой лагман и пиццу, грэнч. Понял?
– И мороженое, – подмигнул Зэйн, напомнив Роме о своей давней просьбе.
– Моро… чего? – пробубнел Красс.
Рома тогда рассмеялся, громко, на весь дом. От одной мысли о здоровенном темнокожем Крассе в нелепом белом фартуке у плиты, помешивающем свой «фирменный» лагман, рецепт которого Рома, конечно, ему, конечно же, с радостью подарит. Вместе с технологией домашней лапши для лагмана, который его новые друзья уплетали за обе щёки.
Пока Зэйн объяснял Крассу, и у того брови всё выше ползли на лоб, к Роме подошёл Слакс. Ткнул локтём в бок и вывел в торговый зал оружейной лавки.
– Я хотел рассказать тебе позавчера, но… не до того было, – пробурчал оружейник. – Парень… я провёл весь день в книгохране. То, что дала мне Варьинис… я вижу… я даже не представлял…
Дальше он сбивчиво заговорил о том, что способность отделять ложь от правды, которую даровала ему Архонт Весны, показала страшное.
– Нет ни одной книги, где есть правда о нашей истории. Грэнч! Ни одной! – Слакс, обрушивший крепкий кулак на скрипнувшую конторку, дрожал от злости. – Даже прописные истины облеплены ложью со всех сторон. Всё к грэнчу нужно отправить на свалку, парень.
– И что ты собираешься делать? – спросил Рома, осторожно облокотившись о конторку, чуть отстраняя Слакса, чтобы тот не крушил мебель своим кулачищем.
– Я? Как ты там говоришь… охреневать от происходящего буду. И спиваться, судя по всему. У нас поколения растут на этой шларде!
– Постой, ты же и раньше так говорил, – попытался урезонить его Рома.
Слакс отмахнулся:
– Я говорил об отношении к Илиссар. Я не представлял, что там настолько всё плохо… – сокрушённо выдохнул он. – Там всё… история, догмы, всё, понимаешь?
В тот момент он выглядел не просто раздавленным. Жалким. Открывшаяся правда, вместе с переживаниями последнего дня, будто добавила ему пару морщин.
– Послушай… помнишь, у трона Варьинис ты сказал, что мы будем писать свою историю? – Рома поймал нужные слова, и взгляд оружейника чуть смягчился. – Раз ты всё видишь, значит это твоя миссия теперь. А спившись ты ни черта не напишешь.
Через несколько минут, когда Рома урезонил сокрушённого оружейника, они вернулись на кухню к остальным.
Наутро Слакс выглядел лучше, несмотря на то, что он напился так, что уснул прямо за столом, не обращая внимания на шум. Провожая друзей, он потребовал скорого возвращения и сеансов связи хотя бы пару раз в неделю, а также своего непосредственного участия в пробуждении других Архонтов.
Вообще, это был хороший день рождения. Рома остался доволен. Вокруг были друзья, а утром – никакого похмелья. Моррадский эль оказался, на удивление, мягким, но дурманящим. Даже при таком количестве еды вечеринка не успела перетечь в краулерскую кантину. Зэйн и Креа отправились в краулерную гостиницу, а Рома, едва державшийся на ногах, милостью Красса был перенесён в свою комнату.
Проснулся он рано и не ощутил ни похмелья, ни неловкости: ничего ведь такого не случилось о чём стоило бы жалеть. Наверное, лучший день рождения в его жизни.
Нужно было только выяснить, что моррадцы добавляли в этот эль, слишком уж он напоминал привычный азотный стаут. С этой мыслью Рома налегке встретил первый день в роли курьера. Пока, правда, без официального трудоустройства.
А теперь он мчался навстречу местам, которых ещё не видел. Первый визит в настоящий город. Зэйн сказал, что сначала они зайдут в найарский банк, чтобы Рома наконец получил свой «карман», куда сможет складывать всё, а потом, когда его примут в курьеры, удастся заполучить ещё и курьерский багажник, чтобы возить груз и получать свою долю от доставки прямо на свой счёт, а не из рук в руки.
Доход от найденного в Мёртвом Улье доргаста был немалым, но гильды всё равно были нужны. Отказываться от заработка было бы глупо, если ему предстояло обойти весь Орум в поисках спящих Архонтов.
«Доргастур даст тебе опору…» – всплыли в памяти слова Илиссар.
«Опора…»
«Ну, конечно же… доргаст, твою мать!» – Прозрение ударило так ярко, что Рома на миг забыл, что несётся по скалистым ухабам Великой Пустоши, и хлопнул себя по лбу. Гравик тут же повело влево. Валун приближался так стремительно, что оставалось только смотреть – жалкая попытка перехватить управление ничего не дала.
– Кша… – договорить он не успел: сработала система спасения водителя, и парня рывком выбросило из седла.
Всё завертелось, превратившись в бешеный калейдоскоп. Желудок свело от того, сколько оборотов в секунду наматывал кувыркающийся Рома.
Удар. Рывок.
Спасательный пузырь поймал его так резко, что мозг будто уехал к лобной кости, как у пассажира автобуса, который мгновенно сбросил скорость с двухсот до нуля. Ещё немного такой перегрузки – и серое вещество превратилось бы в серый фарш, который полез бы из носа.
«Твою ж мать!» – подумал Рома, глядя на всё ещё кружащуюся землю и наконец понимая, как это ощущается в реальности. Он ещё ни разу не попадал в аварию – только в тренировочной капсуле Красса. Там всё было… иначе, да и голову так не вскруживало. А в реальности – страшно. Сердце, хотя и должно было бы привыкнуть после всего пережитого, всё равно пыталось выпрыгнуть из груди. Надо бы подышать, но в спасательном пузыре не вдохнёшь как следует: желеобразный материал для этого не предназначен. Придётся сердцу ещё постучать, будто оно барабанщик в Slipknot.
Глаза постепенно поймали фокус, когда болтанка стала успокаиваться. Рома висел вниз головой над поверхностью – метров в двадцати, не меньше. Земля понемногу приближалась, а положение внутри спасательного пузыря менялось. Всё так, как и объяснял Красс: если не барахтаться, «желе» сделает всё как надо. Оно и делало. Рома не дёргался, даже помогал, чтобы его скорее развернуло ногами к земле. Всё было бы даже нормально, но ему следовало бы заткнуться и глубоко вдохнуть перед тем, как его запечатает в пузырь, но он орал на всю Пустошь. Ещё и охотников мог привлечь. А воздух теперь был стратегически необходим. Он ведь до этого водил гравик аккуратно, пусть на него и ворчали по линии, что тащится где-то позади. Опыта таких аварий у него ещё не было.
Теперь он будет ездить ещё медленнее. Если с самим гравиком всё в порядке.
Спустя невыносимо долгие секунды раздался «хлюп», и надпочечники второй раз выжало насухо – «откуда там столько?» Желе выплюнуло парня, и Рома резко пошёл вниз.
Наконец вдохнув полной грудью, он посмотрел вниз. Пятый, может шестой этаж. Стельки справятся. Главное – не напрягаться, дать ногам отработать мягко.
– Сырок, грэнч тебя…! – гаркнул Красс в переговорник. – Возвращаемся. Сырок вывалился.
– Принято, – ответила Креа, которая, как обычно, ехала чуть впереди.
– Оп-па, – выдохнул Рома, приземляясь мягко, почти по-кошачьи: на полусогнутые ноги и выброшенную вперёд руку, чтобы разделить нагрузку. Красиво вышло. Без падений.
Он вскочил и вприпрыжку рванул от точки падения, чтобы сверху не накрыло падающим спасательным желе. Не хватало ещё, чтобы единственная одежда вымокла в том киселе, в который пузырь превращался после работы.