Сергей Туров – Иллюзия контроля (страница 10)

МКС больше не была просто картинкой. Она выглядела вектором. Целью.

— Земля вызывает Илью Жукова! — голос Алексея вернул его в реальность. — Приём, Жуков, ты там не прирос к окуляру?

Илья выпрямился, переводя дух.

— Это... это невероятно, Лёх.

Дело шло к завершению. Алексей показал им Туманность Андромеды — ближайшую галактику, которую зоркий глаз мог различить на небе и без приборов.

— Два с половиной миллиона световых лет, — сказал он. — Свет, который мы сейчас видим, отправился в путь, когда на Земле ещё не было людей. И до сих пор летит. Вот такая задержка передачи данных. Жуков, твой протокол отдыхает.

Алексей добавил, что дарит упрощенную систему позиционирования ребятам из астрономической лаборатории. Этот прототип по картам звездного неба чётко определял свои координаты в трёхмерном пространстве и что именно эта технология легла в основу их дипломного комплекса.

Алиса, глядя на угасающий костёр, рассказала, что планирует уйти из бара. Оказалось, она живет на «Щелчке», и ей предложили место в каком-то новом заведении за Звездным городком.

— Сама пока не знаю, что это, откроется только в конце августа, — пожала она плечами. — Но что-то мне говорит, что это будет необычно.

Парни не придали особого значения её словам — институт остался позади, а лето обещало быть долгим. Вечер пролетел незаметно. Отношения Ильи и Алисы созревали медленно, почти неощутимо и даже как то медленно для их возраста. В какой-то момент Илья поймал себя на романтической мысли: «Хорошо бы так было всегда. Костёр, звёзды и этот покой...»

Его внутренняя «биохимическая лаборатория» явно работала в штатном режиме. Никакой паники, только глубокое чувство правильности момента.

Приехал автобус. Уставшие, пропахшие дымом и бесконечным небом, они побрели к машине. Илья, засыпая на заднем сиденье, всё еще видел перед собой МКС — крошечный огонёк, несущийся сквозь вечность.

«Скоро, — подумал он. — Скоро начнется настоящая работа».

***

Прошло несколько дней. Тело требовало отдыха — и получило его сполна. Всю неделю Илья не мог толком собрать мысли в кучу: он расслабился настолько, что даже начал подозревать у себя «синдром постижения диплома». Он гулял по городу, спал до обеда и с подозрением косился на закрытый ноутбук. Тот, казалось, смотрел на него с немым укором.

Но постепенно разум возвращался в рабочий режим. Мысли приходили нестройными рядами, бормотали что-то про конкуренцию и протоколы, и в конце концов выстроились в подобие плана. Илья набрал номер Злобина.

— Валерий Фёдорович, есть ещё какая-то информация о конкурсе?

Злобин ответил почти мгновенно:

— Да, есть новости. Конкурс первого августа, то есть через две недели. Хотел сам тебе звонить. Можете завтра приехать ко мне с Алексеем в десять? Я думаю, вам двоим стоит это услышать последние новости, а дальше сами решите.

Илья быстро накидал сообщение Алексею: «Завтра у декана в 10:00. Будь».

Алексей отозвался через минуту: «Буду. Только если там снова про "великое будущее космонавтики", я сразу уйду в монастырь… инженерный. Где дают паяльники и крестят законом Ома и не заставляют мечтать о снах».

---

На следующий день они сидели в кабинете Злобина. Декан выглядел озабоченным — вид человека, который знает, что его ждёт шторм, и прикидывает шансы уцелеть.

— Итак, джентльмены, новости такие, — начал он. — Во-первых, вы участвуете со своим «Кузнечиком», кстати, что такое «Кузнечик» откуда такая кличка?

— Все просто, — улыбнулся Илья. — это цифровой радиоканал, который не боится РЭБ, ну есть и еще одна там история… но можно в другой раз о ней?

— Можно еще называть: «Тем-Самым-Коробком», — вставил Алексей. — Или «Причиной-Наших-Бессонных-Ночей». Все они заставляют нервно подергиваться от воспоминаний процесса создания.

Злобин усмехнулся:

— Как угодно. Так вот, участвует и группа Крылова от Шлягина. С тем самым прототипом системы связи, который они пытались спешно допилить.

Илья встрепенулся:

— Они что, успели собрать рабочую модель?

— По моим данным — нет, и вряд ли успеют выдать что-то внятное. Но я бы на вашем месте не расслаблялся. Как минимум, они пойдут со своей системой РЭБ — это диплом Крылова, и он в ней уверен и будет ее пропихивать везде.

— Отлично, — пробормотал Алексей. — То есть нас будут глушить профессионально и с эмоциями. Это как участвовать в гонке, где конкуренты вместо болида выставляют бригаду с гвоздями на дороге.

Илья нахмурился:

— Валерий Фёдорович, а как это всё будет работать? Где все это будет? Кто принимает решения?

Злобин придвинул к ним лист бумаги:

— У меня есть адрес... Записывайте. Какая-то база под Наро-Фоминском, я даже не знаю точно — то ли бывший пионерлагерь, то ли закрытая воинская часть. Есть контакт человека, который вас встретит — Андрей зовут, но он сам, похоже, знает только половину правды. Прибыть вы должны за день до начала. Ночевка и еда — там. Мероприятие полностью закрытое. Проверка на входе строгая. За оборудованием приедут за два дня до старта — его проверят без вас. Телефоны заберут.

— Телефоны заберут? — переспросил Алексей. — То есть мы будем отрезаны от цивилизации? Без интернета? Без новостей? Без мемов про котиков, которые спасают мир?

— Без всего, — подтвердил Злобин. — Это вам не санаторий.

— Звучит как начало фильма ужасов, — заметил Алексей. — «И никого из них больше не видели...»

Илья переглянулся с другом и снова обратился к декану:

— А кто конкуренты, кроме Крылова?

Злобин откинулся в кресле:

— Коллеги из МФТИ выставляют команду. Но они теоретики, сильны в математических моделях. МАИшники тоже будут — у них сильная база по движкам и механике, там Алексею придётся с ними пободаться, возможны пересечения по стабилизации. Шлягин темнит, не всё говорит... Но самое неприятное — по слухам, туда поедет десант из Роскосмоса. А вот у этих и практика, и база — всё по-взрослому.

— Роскосмос? — Алексей хмыкнул. — Ну, если они начнут доказывать, почему их система лучше, я просто включу нашу. Практика всегда бьёт теорию. Особенно если практика хорошо пропаяна.

— Будет ангар, — продолжил Злобин. — Вас разведут по разным секторам с отдельными входами. В центре будет собственно всё испытательное поле. Меня там не будет, посторонних — тоже.

— Очень всё сложно для обычного конкурса как-то. У меня такое чувство, что всё это для «галочки» делается, а победитель уже назначен из «своих». - вслух подумал Илья.

— Нет, — отрезал Злобин. — Там за одну «дружескую» рекомендацию комиссии могут срок дать. Ищут реально рабочую технологию, а не чьих-то племянников.

— То есть нас могут не просто оценить, но и закрыть? — уточнил Алексей. — «Товарищ студент, ваши навыки слишком опасны для гражданской жизни...»

— Петров, не шути лучше, — серьезно сказал Злобин. — Там люди уже давно не шутят.

Илья усмехнулся:

— Понятно, что как обычно — ничего не понятно. Пойдём готовиться к «чему-то», чтоб побороть «какого-то». А теоретическая часть будет? Физика? Матан?

— Скорее всего нет, им нужен результат в железе.

— Слава богу, — выдохнул Алексей. — А то я уже начал вспоминать, что такое интеграл по контуру, и у меня разболелась голова.

— А что будет, если мы не пройдём? — спросил Илья.

Злобин впервые за весь разговор улыбнулся:

— Да ничего не будет, Илья. У меня на столе уже лежит запрос из Роскосмоса... Хотят забрать вашу группу целиком. Им всё понравилось еще в Алабино. Так что без работы не останетесь.

— То есть мы уже трудоустроены? — Алексей поднял бровь. — Тогда можно я скажу маме? Она наконец перестанет спрашивать, когда я найду «нормальную работу».

Они попрощались, пожали руки и вышли в коридор. Солнце проникало сквозь высокие окна института, окрашивая старый паркет в тёплые тона. Лето было в разгаре, а впереди ждал «конкурс в непонятном месте с непонятными противниками».

— Ну что, Жуков, — Алексей хлопнул друга по плечу. — У нас две недели. Давай не умрём от скуки до первого августа.

— Постараюсь, — ответил Илья. — Но что-то мне подсказывает, что скучно не будет.

Илья в последний раз оглянулся на здание института. Здесь заканчивалась одна глава его жизни — и начиналась другая. Совсем другая.

Глава 3

Автобус замер у шлагбаума, пристроившись в хвост небольшой очереди. Из машин впереди уже выгружались участники — люди с небольшими спортивными сумками, оглядывающиеся по сторонам. Они кучковались у проходной, зажав в руках паспорта.

На входе их встречали парни — совсем молодые, почти ровесники студентов, но с тем специфическим, отрешенным взглядом профессионалов, какой бывает только у людей в погонах, привыкших часами выявлять подозрительное поведение посетителей. Проверка была быстрой: паспорт, холодный взгляд в лицо, короткий кивок в сторону КПП. И новичков тут же направляли вглубь территории.

Те кто ехал с Ильей в одном автобусе разделилась на две группы: «шлягинские» сбились в отдельную стайку, наши — в свою. Паспортный контроль прошли без заминок. Сумки просветили интроскопом , а телефоны пришлось сдать — их методично раскладывали по пластиковым лоткам. На выходе из здания КПП нас уже ждали.