Сергей Циглер – Правильный вектор (страница 1)
Сергей Циглер
Правильный вектор
Глава
Всё началось не с какого-то банального восстания машин, всемирной войны или вируса, который пожирал плоть.
Нет. Человечество просто увлеклось.
Сначала появились соцсети, потом они научились угадывать желания быстрее, чем человек успевал их осознать. На смену им пришёл ИИ, который рисовал любые миры по одной лишь фразе. Следом за ними закономерно появились нейроинтерфейсы, стирающие грань между реальностью и фантазией. Каждый шаг казался каким-то чудом, новым витком в развитии цивилизации. Никто тогда даже и не подумал сказать «стоп».
Первыми в виртуальный мир ушли дети и подростки, а вслед за ними и взрослые. Вскоре люди даже не заметили, как перестали выходить на улицу. А ведь, действительно, зачем? В виртуальном мире солнце светило ровно столько, сколько нужно, и при этом не жгло и не слепило. Ветер дул только тогда, когда хотелось освежиться. Дождь шёл по расписанию, а снег падал крупными хлопьями, не оставляя после себя грязи и холода. Там всё было лучше. Всё было под контролем. Мир не был таким суровым и непредсказуемым, как настоящий. Люди заказывали еду с доставкой на дом, а роботы-курьеры привозили её, как и воду, лекарства и другие необходимые вещи прямо к дивану. Работа, учёба, отношения, дружба — всё постепенно ушло в виртуальную реальность.
И вот однажды... Инженеры и диспетчеры забросили электростанции, ведь в виртуальном мире городам они и не нужны. Врачи забыли, как ставить диагноз без подсказки ИИ, да и к тому же пациенты всё равно не выходили из своего дома. Учителя в последний раз отключили микрофоны на уроке — и больше их так и не включили. Главы государств заседали в своих цифровых резиденциях, подписывая указы для уже несуществующих министерств, пока в реальности каждая страна до единой рассыпалась в пыль.
Космонавты на орбитальной станции смотрели вниз на потухшие города. Они ждали команду с Земли — хотя бы одну. Но на земле уже никому не было дела до поддержания связи с ними и тем более для корректировки их орбиты.
Так день за днём станция всё падала. Месяц за месяцем. По сто метров в сутки. Сквозь разреженную атмосферу, которая становилась всё плотнее. И когда они опустились ниже критической отметки, станция вошла в плотные слои под неправильным углом. Корпус треснул. Обшивка перегрелась. Титан и сталь, не рассчитанные на такое неуправляемое приземление, разлетелись на сотни обломков.
Где-то в Тихом океане, если бы кто-то ещё был в состоянии за этим наблюдать, то они смогли бы заметить горящие обломки, которые напоминали бы падающие звёзды. Но никто уже не загадывал желания, глядя на падающую звезду. Это была последняя глобальная катастрофа, о которой возможно никто так и не узнал.
Многие, придя в себя, уже ничего не могли изменить. Их тела, ослабленные годами неподвижности, отказывались слушаться. Их разум, разучившийся терпеть голод, холод и боль, сдавался после первой же неудачной попытки встать с дивана. Они смотрели на серые стены своих домов, на мёртвые экраны своих так горячо любимых устройств, на всё то, что когда-то было их жизнью — и закрывали глаза навсегда.
Во всём мире осталась лишь небольшая горстка от того количества людей, которое не так давно населяло планету. Те, кто жил слишком далеко от городов. Те, кто был слишком стар, чтобы вообще начинать разбираться в сложных для них технологиях, или слишком молод для того, чтобы успеть забыть вкус настоящего ветра. И наконец те, кто изначально понимал куда катится этот мир, но как всегда их до самого последнего момента никто даже и не слушал. Пока не стало слишком поздно. Таких людей было меньше всего, но они хотя бы были.
Оставшиеся люди видели вокруг себя города, которые ещё вчера (для них — вчера) кипели жизнью, а сейчас стояли пустыми. Улицы, где вечно сигналили машины, уже успели зарасти травой.
Этот мир совсем недавно был для них райским уголком. Они могли в нём что-то изменить, оставить его таким или хотя бы просто поддерживать. Но они увлеклись.
Теперь этот мир стал для них самым главным врагом. Безжалостным, молчаливым и терпеливым.
Некоторые, придя в себя, просто лежали и смотрели в потолок. Их разум, привыкший к бесконечному потоку ярких картинок и видео, не выдерживал серой тишины.
Другие, наоборот, впадали в ярость. Они крушили мебель, били экраны, жгли книги — за то, что они не спасли их от собственной глупости. Потом они уходили на улицу в поисках еды, и в итоге не возвращались.
Многие из тех, кто очнулся и смог встать на ноги, сохранив остатки человечности, первым делом пошли искать детей. Они находили их в квартирах — испуганных, голодных, иногда осиротевших. Они не понимали, что случилось. Они просто хотели есть и боялись темноты. Честно говоря, и сами взрослые, также как и дети, всё ещё не могли до конца понять, как так всё получилось.
Эти взрослые собирались вместе с детьми в группы. Тащили их в безопасные места. Учили добывать воду, разводить огонь, отличать съедобное от ядовитого. И рассказывали. Рассказывали, каким был мир. Как вкусно пах свежеиспеченный хлеб, как шумело море, как раньше жили люди, до того как появился виртуальный мир. Рассказывали, что пошло не так. Чего не стоило делать. Почему нельзя было менять реальность на более комфортный мир.
Дети слушали. Кивали. Запоминали. А потом вырастали и рассказывали своим детям. Так, по крупицам, среди руин сохранялась память и какие-то элементарные знания.
Другие выбрали иной путь. Они грабили магазины, сражались за последнюю банку тушёнки, даже убивали за теплое место у костра. Некоторые сбивались в банды. Они рыскали по пустым городам в поисках добычи и тех, кто слабее. Для них прошлое не имело значения. Было только сейчас. Желудок. Страх. Власть. Они не пытались ничего сохранить. Они просто брали.
И была третья горстка. Те, кто ещё до катастрофы видел, куда всё катится. Инженеры, которые до последнего пытались поддерживать существование человечества в том виде, в котором они его знали. Врачи, заметившие, как уходят мышцы, как слабеет зрение, и как человечество перестает быть человечеством как таковым. Да и просто люди, с критическим мышлением, или просто тревожники, которые привыкли заранее просчитывать варианты развития событий. Они старались оставаться по большей части в реальности — и в итоге оказались правы.
Таких было очень мало. Буквально десятки на миллион. Они бродили по руинам в одиночку, искали друг друга, обменивались обрывками оставшейся информации. Кто-то сохранил флешку с различными книгами и учебниками. Кто-то — сами учебники. Кто-то просто блокнот с записями:
Их цель была проста и безумна: сохранить знания человечества. Любой ценой. Лишь для того, чтобы, когда мир начнёт приходить в себя, не пришлось изобретать колесо заново. Они сохраняли на носители любую полезную информацию, до которой только могли дотянуться. Их высмеивали те, кто считал, что мир надо строить заново, а не восстанавливать то, что рухнуло.
Но они продолжали. Потому что понимали одну простую вещь: если исчезнет знание, человечество впадёт в новое средневековье.
Так шли годы, десятилетия и даже целые века. Мир всё ещё не оправился. Он застыл в странном равновесии. Банды грабили, общины прятались, были даже те, кто пытался что-то выращивать или разводить животных. Настоящих городов не осталось — только островки жизни среди мёртвых бетонных джунглей.
Через 223 года после глобальной катастрофы в 2037 году, случилось то, что изменило всё.
Один человек — никто тогда не знал, кто он — нашёл старую правительственную базу. Нетронутую. Герметичную. С сохранившимися запасами оружия, техники и, самое главное, со всё ещё исправным оборудованием и компьютерами. Работало практически всё, от самых необходимых генераторов, до не настолько важных 3D-принтеров.
И так совпало, что этот человек оказался из тех, кто предпочёл сохранять и передавать знания, накопленные человечеством за все время его существования. Для того, чтобы однажды вернуть мир к исходной точке, к пику его развития и не дать снова пойти ему по тому же самому пути. Так родилась организация, которую позже назвали «Вектор».
Целых восемь лет её основатель по большей части оставался в тени. Для большинства людей. Но не для тех, кто был в его организации, он привёл туда всех тех, кто разделял его точку зрения, тех, кто думал в том же направлении, что и он, тех с кем он мог намного быстрее достичь тех целей, к которым он так стремился.
Само собой, рядом с этой базой постепенно начали поселяться люди, из-за того, что это была военная база, там уже было построено много различных сооружений, так что особого труда для них это не составило. Да и основатель был только рад тому, что рядом начал появляться небольшой населённый пункт. Так как в его планах было желание увеличить количество людей, состоящих в его организации. Ведь среди этого практически разрушенного мира, первое что может помочь ему двигать развитие человечества в нужном направлении — сила. Как бы банально это ни звучало.
Для всех людей, проживающих поблизости, тот человек был голосом в динамиках — местной легендой, мифом. Он отбирал людей, давал им задания, строил новый мир на руинах старого и отправлял их на поиски любых источников знаний, которые ещё можно было найти. Медленно, но верно он двигался к своей цели.