Сергей Токарев – Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы. Летне-осенние праздники (страница 77)
Албанские горцы-христиане осеняли себя крестным знамением при первых лучах восходящего солнца, приветствуя появление древнего божества символом позднейшей религии. Совершая обряд оплакивания покойника, его помещали так, чтобы лицо его было обращено к солнцу. По мере передвижения солнца по небосклону положение покойника меняли, снова и снова поворачивая его к солнцу{872}.
Обряды, связанные с культом солнца, нашли свое характерное выражение в празднике середины лета.
Встретив солнце, толпа растекалась по пастушеским станам, разбитым на высокогорных альпийских лугах пастухами, которые еще в день св. Георгия отправились со стадами овец на летние пастбища. Паломники обедали на станах, добавляя к принесенным из дома припасам свежее молоко и сыр. Затем обменивались взаимными пожеланиями благополучия и отправлялись в обратный путь, распевая песни и затевая пляски.
После праздника середины лета начинали заготовлять корм для зимнего стойлового содержания скота: нарубали ветви дуба и бука. В то же время происходила уборка кукурузы (из кукурузной муки выпекали пресный хлеб — главную пищу албанских крестьян, особенно горцев). Этими работами были заняты с конца июля до начала сентября.
Надо полагать, что именно в связи с окончанием главных сельскохозяйственных работ находятся обряды, совершавшиеся в течение августа в каждом районе страны в своем определенном месте. В этих обрядах можно проследить пережитки еще одного древнейшего культа в религии албанцев — культа духов — хозяев местности.
Согласно народным преданиям северной Албании в горах и рощах, на перевалах или вблизи горных ключей живут прекрасные и могущественные волшебницы —
Албанский эпос хранит множество прекрасных легенд о богатырях, которым в трудную минуту пришли на помощь хозяйки гор и рощ{874}. К занам родных гор взывает о помощи женщина, уроженка северного высокогорья, выданная замуж в далекий город Шкодру, и волшебницы из отчего края помогают ей за то, что она чтит обычаи предков{875}.
Вера в сверхъестественные существа — хозяев природы заставляла людей относиться с суеверным почтением к местам, чем-либо особенно примечательным: к вершинам гор, оголенным ветрами большим камням, огромным дубам, уединенным горным источникам и т. п. Все эти места казались обиталищами мифических существ.
Древние языческие традиции держались среди албанского народа крепко. Жители сельских мест, особенно горцы, еще в начале XX в. с неизмеримо бо´льшим интересом и усердием справляли местные праздники, не говоря уже о таких значительных, как день лета (Георгиев день), или день «середины лета», чем главные праздники христианской и мусульманской религии — пасху и байрам.
Традиция, перешедшая от предыдущих поколений, велит жителям каждой округи идти всем вместе в определенный день на вершину горы и там жарить на вертеле барана («делать курбан») и съедать его сообща. Такое празднество неизменно завершалось песнями, танцами, всеобщим весельем. Нет сомнения, что мы имеем дело с пережитками древних жертвоприношений духам — хозяевам местности, совершавшихся по окончании главных сельскохозяйственных работ в особо почитаемых местах. На священных вершинах накапливалось множество рогов принесенных в жертву баранов.
Народ сам пытался найти объяснение, почему для празднества были выбраны именно эти места и эти даты. По мере того как тускнели и стирались древнейшие представления о духах — хозяевах природы, люди были склонны толковать привычные обряды как церемонии в честь христианских, а позже мусульманских святых. Новые религии не уничтожали традиционные обряды, происходило лишь замещение персонажей, которым эти обряды посвящались. Поэтому в августовских праздниках принимали одинаковое участие христиане и мусульмане.
Вот несколько примеров таких местных праздников.
В первой половине августа на северо-востоке албанского ареала происходил праздник на вершине горы Паштрика, где делали курбан (жарили жертвенного барана). Для совместного празднования собирались мусульмане из области Хаси и католики из окрестностей Гьяковы (современная Джяковица, в Югославии). Истоки этого праздника забыты. В народе, по воспоминаниям людей старшего поколения, его связывают то с троицей (Sancta Trinitas), то с праздником преображения господня — 6 августа (Shnderim i Atit, диалектальные формы shndertati или shndritati). Очень похожий традиционный праздник, сопровождавшийся поеданием жертвенного барана, песнями, танцами, происходил 15 августа в местности Дукагьини (северная Албания). Название этого праздника не сохранилось.
10–15 августа на самой высокой вершине в горах Люмы совершался праздник под названием «воскрешение» (gjalliqes). Ныне смысл этого праздника совсем утерян. Помнят только, что он выражался в почитании источника (ключа), который назывался «источник богини» (kroni i Zojës).
Выбор в качестве праздничной даты 15 августа можно смело связать с христианским праздником успения богородицы. Следует напомнить, что православие развивалось в албанских землях под прямым влиянием греков, а среди них почитание божьей матери особенно развито. Возможно, в старые времена в той или иной местности находился храм, посвященный деве Марии, о нем уже забыли, а день ее памяти остался как традиционный праздник этой местности. В Мати (северная Албания), например в с. Базья, день св. Марии отмечали совместно и католики и мусульмане. Как уже упоминалось, в албанском фольклоре духи-хозяева местности представлялись в женских образах. Так языческий и христианский персонажи слились воедино.
После распространения ислама жители сел, расположенных окрест Томори, продолжали 15 августа ходить на вершины и делать там курбан. Но смысл этого восхождения уже изменился: оно превратилось в паломничество к могиле мусульманского святого Баба Абаз Али. Известны многие другие горные вершины (например, в местностях Мати, Круя, Курвелеш), где в определенные дни августа совершались жертвоприношения и куда сходились люди мусульманского вероисповедания для совместного веселого времяпрепровождения{876}.
Итак, в Албании летом и осенью совершались обряды ярко выраженного производственного характера, завершавшие главные хозяйственные заботы. А наиболее важные обряды календарного цикла приходились на зимний, весенний и самое начало летнего периода — с 24 декабря по 24 июня.
Была еще одна группа обрядов, совершавшихся в летний сезон, хотя и не приуроченных к определенным датам, — магические приемы вызывания дождя.
Албанские крестьяне, как и земледельцы в любой стране, зорко следили за явлениями природы, подмечали, когда обильные дожди наносят вред урожаю, а когда они необходимы:
Зато летняя засуха — сущее несчастье: «в засушливый год и град хорош» («në mot të tatë është i mirë dhe breshëri»), гласит народная поговорка{878}.
Обряд, имевший целью вызывать дождь, практиковался во всем албанском регионе и назывался
В текстах песен-заклинаний, которые пели участницы процессии, не допускались импровизации, так как самой словесной формуле придавали особый колдовский смысл. Другими словами, обряд включал вербальную (словесную) магию.