Сергей Токарев – Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы. Летне-осенние праздники (страница 15)
Гирляндами из зелени и цветов украшаются стены, наличники окон и двери домов. Парни стараются украсить дома своих возлюбленных. В гирлянды вплетают сухие вишни, «сан-хуанские» яблоки. В Каталонии яблоки — обязательная принадлежность сан-хуанских празднеств, особенно желтые (по цвету солнца) и алые (по цвету крови казненного Иоанна). В некоторых каталонских селах на Сан-Хуана готовят яблочные пироги или пирожные. Кое-где под окно девушки подвешивается корзина со сладостями{135}.
Есть поверье, что, если положить с вечера на подоконник горсть бобов или зерен кукурузы, они наутро превратятся в золотые монеты. В Арагоне бесцеремонные шутники кладут девушке, заслужившей их неприязнь, вместо бобов кости или помет животных, а под окном вместо цветов вешают дохлую кошку.
В Астурии юноши вкапывают перед домом своих невест дерево — ясень или дуб; по народному толкованию — чтобы привлечь благословение святого. Здесь, как и в майских обрядах, выступает семантическое единство «девушек» и «зелени». На площади нередко сажают «сан-хуанское» дерево, аналогичное «майскому» (в Сан-Педро-Манрике его так и называют «майо»). В Вера-де-Бидасоа (Наварра) в конце прошлого века вечером 23 июня перед зданием аюнтамьенто воздвигали сложную композицию, смысл которой теперь забыт: тополь или черешню, с человеческой фигурой на них; на ветках были развешаны кочаны капусты и прочая зелень, а под деревом ставили лодку. На следующий день вся конструкция убиралась{136}.
Но самое характерное поверье состоит в том, что трава, собранная в эту ночь в лесу, будто бы обладает особой целительной силой. Большое значение придается, например, клеверу, который так и называется «сан-хуанское растение» (planta Sanjuanera). В Галисии верят, что, если девушка на рассвете этого дня нарвет цветов клевера, она запасется целебным зельем на будущее. В северо-восточной Испании мужчины и женщины, взявшись за руки, пляшут вокруг праздничного костра, напевая:
Другое растение с магическими свойствами — чертополох. Баски Пиренеев употребляют цветы чертополоха как апотропей, вешая их над дверьми домов и воротами хлевов. Наваррский фольклорист X. М. Ирибаррен считает, что цветок чертополоха получил такое значение из-за внешнего сходства с солнцем. По народному поверью, ведьма начинает считать лепестки, а поскольку у чертополоха их множество, она не успевает управиться до восхода солнца, разгоняющего злые чары. В Каталонии подобным солнцу считается также один из видов чертополоха; сорванный на вершине горы цветок прибивают над входом в дом.
Оберегами от грозы и болезней служили и лавровые ветви и кресты из палок, которые женщины освящали в этот день в церкви (пос. Оис-де-Сант-эстебан, Наварра) и ставили на поле. В день св. Иоанна ежегодно освящались травы; прошлогодние травы-апотропеи сжигали, а золу их хранили и давали пить, разводя в воде, больным детям{138}.
Испанцам знакомо и поверье, распространенное по всей Европе, — о цветении папоротника в иванову ночь. Папоротник в эту ночь якобы одновременно и зацветает и дает семена. Кто сумеет их взять, станет богачом{139}.
Наконец, встречаются приемы, сочетающие магию огня, воды и растений. В Валенсии разводят костры из стеблей ежевики на св. Иоанна, а ежевика — это растение, расцвет которого символизирует приход весны. Астурийские девушки украшают источники ветками и цветами. В полночь они стараются вынуть из воды цветок — он может, по местному поверью, снимать чары, излечивать от болезней и приносить счастье. В Сан-Сальвадоре (Астурия) девушки из одного квартала стараются похитить из воды цветок, брошенный девушками другого квартала, а те — у них. В той же Астурии (пос. Браньясека, Сан-Мартин-де-Луинья, Аркальяна) бросают в ключевую воду розу и, вынув ее в полночь, хранят в бутылке с водой, чтобы лечить этой водой глаза{140}.
Ко дню св. Иоанна приурочены и разные народные приемы лечения с использованием проявляющейся в этот день волшебной силы деревьев. Особенную роль при этом играют люди, носящие имя святого; вероятно, целительное могущество покровителя этого дня, по народному поверью, проявляется через них.
Интересен способ лечения детской грыжи и рахита, распространенный в Наварре и Арагоне. В ночь под праздник несколько людей с именем Хуан (в пос. Ларраин — два человека, в Ульсаме — три) несут больного ребенка к развилистому дереву (дубу или абрикосу), и ровно в полночь один из них передает ребенка через развилку ствола другому, говоря: «Возьми, Хуан»; тот отдает третьему (или возвращает, если их двое) со словами: «Бери, Хуан»; третий вручает ребенка первому, говоря: «Получи, Хуан». Обряд повторяется трижды. В Аэскоа (Наварра) рубашку ребенка оставляют после лечения в развилке дерева.
В португальской провинции Алентежу в такую ночь мужчина и женщина — Жуан и Мария — точно так же передают друг другу через расщеп в столбе больного грыжей ребенка, сопровождая передачу словами: «Мария, во славу св. Марии и св. Жуана, возьми этого ребенка сломанным и отдай мне здоровым»; она, возвращая ребенка, повторяет фразу, меняя в ней только имя адресата. Впоследствии Жуан и Мария считаются таким образом покумившимися.
В баскской деревне Лобера-де-Онселья аналогичный обряд принял несколько иную форму. Там собирают сразу несколько больных детей; вечером их приводят в близлежащую обитель, посвященную Иоанну Крестителю, где ровно в полночь священник читает молитву Salve, повторяемую детским хором. В соседнем лесу раскалывают несколько — по числу детей — молодых дубков, детей раздевают догола и протаскивают через расщеп. Делают это два человека, с именами Хуан и Педро (день св. Петра через несколько дней — 29 июня — и в сущности сливается по всем признакам с праздником св. Иоанна). Оба при этом крестятся и сопровождают обряд следующими словами: «Бери его, Хуан». — «Давай мне его, Педро». — «Я даю тебе его больным». — «Я возвращаю тебе его здоровым». Затем расщепленное дерево крепко связывают и трещину замазывают глиной{141}.
Наконец, день св. Иоанна ознаменован различными гаданиями. Гадают главным образом девушки и почти исключительно на одну тему — замужества. Стараются узнать не столько имя будущего мужа (для этого, в частности, есть считающийся очень надежным способ — девушка выплескивает из окна воду, и имя того, кого она окатит, будет носить ее будущий муж. Другой способ, известный и в России: утром, выйдя из дому, спросить у первого встречного имя, род занятий, профессию и состояние нареченного. Чтобы узнать его занятие, каталонская девушка, например, ночью выливала в миску с водой яичный белок, приговаривая:
По форме, которую за ночь примет белок, угадывалась профессия суженого: если что-нибудь, похожее на корабль, то суженый моряк, подобие инструмента говорило о специальности, и т. п. Вероятно, для крепости заговора Иоанн Креститель отождествлялся с Иоанном Богословом — гадающим важна была не евангелическая точность, а лишняя помощь в чародействе. Кроме призыва к святому в ритуал гадания входило еще одно христианское наслоение — следовало прочитать «Отче наш».
В Португалии, кроме того, знали и другие гадания с водой: в миску вливали расплавленный воск, бросали свернутые бумажки с мужскими именами; на первой развернувшейся в воде бумажке должно быть имя суженого.
Каталонские невесты пользовались также гаданием на бобах: три боба — один гладкий, другой неровный, третий волосатый — бросали на ночь под кровать; в полночь наугад вытаскивали один из бобов. Если попадался гладкий, то жених ожидался богатый, неровный предвещал жениха средней зажиточности, а волосатый — бедняка{142}.
Упоминавшееся соединение сил двух стихий — огненной и растительной — стараются использовать девушки в Португалии и Каталонии в целях любовной магии. В полночь надо подпалить на огне бутоны полевой гвоздики; если к утру на стебле расцветет новый бутон, — девушку ждет удача в любви.
Но гадание бывает не только одиночное. Нередко юноша и девушка пробуют «выяснить отношения» путем гадания. Кто из двух больше любит, португальские молодые крестьяне в деревне Кова-ди-Карруш определяют так: в ночь под св. Иоанна парень вырубает в лесу два одинаковых куска дерева; один кусок называется «влюбленный» (conversado), другой — «влюбленная» (conversada). Тот кусок, который к утру сохранится свежее, свидетельствует о большей любви. Правда, эти действия сопровождались комментариями, подсказывающими иной, хоть и менее надежный способ. Юноша пел (запись 1878 г.):
А девушка отвечала: