Сергей Тихонов – Старая надежда (СИ) (страница 5)
Эми скрестила руки на груди. Её глаза буравили Джека как сверло камень. Она нечасто позволяла себе это. Но сегодня он сам напросился!
Секунд через пять Джек сдался:
— Вот только не гляди на меня так! Начинаю чувствовать себя полным мудаком.
Эми видела, что брату стало не по себе. Он отвернулся, а затем сам налил остывший кофе.
— Мне и правда не хочется думать об этом.
Джек сделал глоток. Он поглядывал в окно так, словно летнее солнце могло разбавить неприятные воспоминания:
— Это сон. Я стою в темноте. Вокруг не ночь, а просто отсутствие света. Я иду вперёд. Рядом кто-то есть. Оборачиваюсь. Передо мной человек в длинном белом одеянии. Тот, кого мы видели в церкви. Он сияет холодным серебром, как снег в полнолуние. Просто стоит и смотрит, будто оценивает. Внезапно я оказываюсь в своей постели. Думаю, что это просто сон, поднимаю глаза и вижу его. Он стоит у окна. Все мои чувства абсолютно реальны, готов поклясться — я не сплю. Вскакиваю с кровати, и что-то происходит. Словно я засыпаю и в тот же миг просыпаюсь, но его уже нет. Комната пуста.
Джек немного помолчал, а потом добавил:
— Думал, что глаз не сомкну, но я вырубился, лишь только залез под одеяло. А утром встал совсем разбитым.
За секунду до того как брат развернулся к ней Эми стёрла с лица ошеломлённое выражение.
— Бред, правда?! — хмыкнул Джек. — Теперь-то я понимаю, что всё это ерунда. Говорю же: если бы подобная чепуха приснилась только мне — я бы беспокоился. А когда нам обоим пригрезилось чёрте что — это просто реакция подсознания на вчерашнее приключение.
— Ты словно психоаналитик, — пошутила она, натягивая маску ироничного тинэйджера.
Эми отвернулась и начала убирать со стола, как и обещала маме. Джек подошёл, на секунду обнял её и сказал:
— Рад, что ты всё именно так восприняла. Не люблю, когда девчонки распускают нюни и с ними приходится нянчиться, успокаивать… — брат помолчал, словно хотел предложить нечто опасное, но никак не решался: — Знаешь, нам стоит ещё раз съездить в ту церковь.
— Зачем? — Эми спокойно взглянула ему в глаза, хотя в её голове молотом стучало: «Нет! Нет! Нет!»
— Просто… У меня чувство, словно там ждёт какое-то незавершённое дело. Согласна?
— Нуу… — она со скоростью света перебирала варианты отложить, а лучше вообще избежать возвращения в пр
Сразу же в голове вспыхнуло и элегантное решение, которое не даст Джеку бродить по старой церкви в одиночестве. Дженни Голдсмит, конечно же.
Хотя, если по честному, вариант так себе. Не то чтобы Эми имела зуб на подругу, но та была слишком… «взрослой» для своего возраста и интерес брата к подобной девушке радости не прибавлял. Встречайся Дженни с другими парнями — нет проблем, кому какое дело, но Джек…
К сожалению, ничего иного, способного переключить мысли брата, в голову не приходило.
— Кстати, мы могли бы встретиться там ближе к вечеру, на фуд-корте. Вместе поесть мороженого.
— Ты гений, сестрёнка! — глаза Джека загорелись, и Эми представила, как он планирует свидание. — Сегодня в кинотеатре состоится несколько премьер! Мы с Питом завалимся в молл, словно невзначай пересечёмся с вами и сходим на хороший фильм вместе!
Лучше бы, конечно, без Питера, но выбирать не приходилось.
Эми улыбнулась брату, и тот умчался к себе, готовиться, хотя до вечера оставался целый день. Или половина — она взглянула на часы и покачала головой. Самое время звонить Дженни.
* * *
Нашествием покупателей «Грайвич Молл» похвастаться не мог, но, как отметила Эми, её подруга и на безрыбье притягивала к себе заинтересованные взгляды. Рослая и подтянутая — хоть сейчас на разворот мужского журнала в рекламу дорогого пива, затянутая в шорты и короткую рубашку, Дженни увлекала её за собой и подобно цунами опустошала ближайшие магазины. Удерживая ворох разноцветных пакетов, она походила на ледокол, ведущий в кильватере Эми, которая ограничилась покупкой недорогой юбки и итальянской блузки.
После двухчасового шоппинга девушки сгрузили добычу в «ауди» матери Дженни, а затем устроились за столиком кафе, чтобы передохнуть перед налётом на магазины второго этажа.
Эми сразу заметила Джека и Питера. Она указала на них с напускным удивлением, прерывая щебет подружки о парнях, туфлях и предстоящей поездке на Корфу, которую пообещал Дженни её отец в качестве награды за хорошее окончание учебного года.
— Смотри-ка, а им что здесь нужно?!
Дженни взглянула в сторону ребят. Заметив Джека, она примерила самую милую улыбку и помахала рукой:
— Привет, мальчики!
Брат выглядел спокойно, уверенно, будто и не готовился полдня к этой встрече. Вот только рядом с ним маячила проблема…
— Привет, Эми, — Питер опустился на стул и придвинулся ближе чем следовало, — а мы в кино собирались…
Эх, сама виновата. Но лучше терпеть ухаживания Питера, чем волноваться за Джека. Ведь брат наверняка бы один полез в «ту самую» церковь.
Теперь главное, чтобы не повторилась история как с тем мальчиком, который приударил за ней ещё в Уокиген. Намёков тот не понимал, как и прямого отказа, так что несколько месяцев парень отчаянно страдал, отравляя жизнь и ей и себе. Переезд в Грайвич стал своего рода избавлением.
Эми включилась в живое обсуждение программы кинотеатра, а сама лихорадочно придумывала способы усадить в зале между собой и Питером кого-нибудь ещё. Не то чтобы он казался несимпатичным или глупым — совсем наоборот, но отсутствовал в нём… внутренний стержень. Умение очаровать её силой духа, а не внешностью и деньгами родителей. Не хватало в Питере способности покорять уверенностью в своих идеалах и готовностью их отстаивать невзирая ни на что. Даже на её мнение, хотя она никогда бы и никому в подобном не призналась.
Жаль, но в мире практически не осталось настоящих мужчин. Не считая её отца и Джека, вот только они — совсем другое дело.
Наконец парни сошлись на том, что поведут девушек на премьеру блокбастера, где горстка выживших после ядерного апокалипсиса противостоит нашествию зомби. Эми, незаметно для ребят, закатила глаза, а Дженни подмигнула ей, но тут же с очаровательной улыбкой заявила, что следила за этим фильмом с анонса первого трейлера.
— Парни, вы только гляньте какая встреча! — из-за спины раздался высокий противный голос и Эми обернулась.
Рядом с ближайшим столиком высился тот старшеклассник с фиолетовыми волосами, который вчера насмехался над ними в кафе на окраине города. Парень слегка покачивался. Расширенные зрачки недобро смотрели в её сторону.
Эми передёрнуло. И как он в таком виде мимо охраны прошёл?! Не иначе как принял что-то в одной из туалетных комнат.
Чуть дальше переминались с ноги на ногу его приятели. Видимо, «фиолетовый» приотстал и решил напроситься на ссору.
— Идём, Штык, — низкорослый темнокожий парень, раздражённо махнул рукой. — Кончай цепляться к малышне. Нас девки ждут.
— Чё торопишь, Гном! Может мне эта нравится, — с причмокиванием, изображающим поцелуй, «фиолетовый» кивнул Эми: — Привет, красотка! Хочешь оттянуться с нормальными ребятами?!
Посетители кафе начали поглядывать в их сторону.
— Пожалуйста, уходите, — попросила она и отвернулась.
— Ты чё, игноришь меня… — панк грязно выругался и прошёлся по ближневосточному происхождению Эми: — Брезгуешь настоящими американцами? Да мой отец погиб под Тикритом, истребляя подобный тебе мусор, а ты сидишь в нашей стране и смеешь посылать меня?!
Джек встал.
— Проваливай, — приказал он, но скрытая угроза, прозвучавшая в голосе, только распалила «фиолетового».
— А то что? — протянул тот.
Джек не отвечал, лишь молча смотрел на противника.
Краем глаза Эми заметила, как люди за дальними столиками встают и пробираются к выходу.
Может кто-нибудь позовёт охрану?
— Штык, заканчивай, — рослый латинос хлопнул товарища по плечу. — Идём, здесь не место…
Панк стряхнул его руку.
— А где место? — он медленно направился к Джеку. — Скоро нормальным людям места нигде не будет. Мой отец погиб и чё?! Всем плевать. Прислали орден и хорош. Мать вчера уволили с военной базы, взяли на её место приезжую девку. И чё?! Всем похрен! Страна разваливается, на работу не берут, одни военные жиреют. Слыхал я про эту семейку, про их отца-карьериста… Небось, уже и место в бункере заготовил и на себя, и на эту сучку, и на их мамашу-шлюху…
Эми не успела заметить, как вскочила, одним шагом преодолела разделявшее их расстояние и, вложив всю инерцию, дала пощёчину такой силы, что звук выстрелил, как удар линейки по парте.
«Фиолетовый» отшатнулся, прикоснулся к налившейся красным щеке и прорычал:
— Ах ты тварь!
Парень замахивается, его глаза прикованы к Эми. Он не замечает Джека до тех пор, пока тот с разбега, будто таран, не врезается плечом ему в грудь. Удар таков, что панк отлетает, сбивает пустой столик, и растягивается на полу. Он судорожно, как рыба, брошенная на дно лодки, открывает рот, скребёт рубашку. Похоже, брат попал в солнечное сплетение. Джек кидается к врагу, упирается коленом в грудь и наносит удар за ударом.
Джек бьёт резко. Эми едва замечает, как движутся его руки. Выучка отца. Летят капли крови. Эми на мгновение закрывает глаза, не в силах смотреть на лицо старшеклассника, рассечённое кулаками брата.