Сергей Тихонов – Старая надежда (СИ) (страница 7)

Эми пожала плечами:

— Ничего конкретного. Просто беру альбомы из той серии, что подарили на день рождения, ну той, про художественные музеи, и делаю наброски с интересных репродукций.

— Говорят, рынок подделок рванул вверх как ракета. Экономика рухнула в подвал и все спасают деньги в истинных ценностях. Главное — найти связи в мафии, — выдал Джек с напускной серьёзностью.

— Брось, — Эми рассмеялась и тоже налила сока. — Мне до этого как пешком до Солнца. Но знаешь, когда я повторяю увиденный на чужой картине пейзаж, выражение лица, изгиб руки… я начинаю лучше понимать художника, — девушка постучала ногтём по столешнице, словно подбирала слова, — я как будто обучаюсь у мастера.

— Следуя за другими, не пройдёшь свой путь. Не помню автора цитаты, но что-то в этом есть.

— Возможно, — Эми отвела взгляд и спросила. — А почему ты не спишь? Тот же кошмар?

Джек поморщился, но отпираться не захотел. Это не те секреты, что стоит утаивать от Эми.

— Да, всё тот же морок. Человек из серебра. Смотрит. Но словно не видит тебя, а знает, что ты есть. Ждёт. Зовёт? Не знаю…

Он помедлил. Эх, если расскажет о планах, то Эми опять заспорит и убедит не совершать глупостей. Но без конца прятаться дома тоже не вариант:

— Думаю, мне надо вернуться в ту крипту и ещё раз всё осмотреть.

— Мы не можем! Отец просил нас держаться рядом.

— Но не приказывал сидеть дома! Лишь говорил, чтобы мы оставались вместе. Просто он не хочет собирать нас по отдельности из разных концов города на случай учебной эвакуации.

— А если она не учебная?

— Чушь! — Джек даже фыркнул от возмущения. — Никто не решится нанести удар по сильнейшему государству Земли!

— А если это мы нападём?

— Невозможно! — Джек с возмущением хлопнул по столу. — Мы всегда охраняли мир! Да, наши солдаты воевали в десятках «горячих точек», но только для спасения невинных и уничтожения тиранов.

Эми промолчала, и ему стало неловко.

— Извини, — он обошёл вокруг стола и обнял сестру. — Мне надо быть спокойнее. Политика — да к чёрту её! Ещё и эти сны…

— Ладно, не бери в голову, — вздохнула Эми. — Возможно, я просто накручиваю себя по пустякам.

— Так ты поедешь со мной в ту церковь?

— Да.

— Спасибо! — он сжал её ладони и повторил. — Спасибо. Я знал, что могу на тебя рассчитывать.

Она отвернулась:

— Я иду спать, завтра нас ждёт долгий день.

* * *

Джек переключил скорость, и крутить педали стало легче. Эми пыхтела сзади. Длительный подъем давался ей с трудом.

Джек выбрал тропинку в обход небольшой рощицы, что взбегала на вершину холма. Можно и напрямик, но забираться под тенистый полог меж серо-голубых буковых колонн не хотелось. Небо итак затянул тонкий саван, сквозь который едва сочился рассеянный свет восходящего солнца.

Настроение вполне соответствовало погоде. Он так и не выспался. Проворочался до рассвета, прокручивая в голове разрозненные детали навязчивых снов. Под конец они сплелись в липкую паутину и вылились в тягучий кошмар.

За завтраком, желая развеяться, Джек переключал каналы и лишь хмурился. Новости — одна лучше другой: бесконечные демонстрации безработной молодёжи в когда-то благополучных странах; голодные бунты, терзающие экзотические континенты; эпидемии, которым место только в исторической энциклопедии; десятки локальных войн, где бывшие союзники доказывали собственную глупость.

Казалось, мир превратился в автобус, что летел по склону к пропасти. Водитель ещё пытался рулить, но кто-то испортил тормоза и пассажиры, даже осознавая тщетность борьбы, всё равно грызлись за право спрыгнуть с подножки, не замечая разбившиеся тела тех, кто соскочил первым и теперь катится к тому же обрыву. Только медленнее.

Услышав шаги сестры, он выключил телевизор. Хватит забивать голову тем, на что нельзя повлиять! Его мучает один и тот же сон? Отлично! Им и займёмся.

Уже на вершине холма по коже волной пронеслось непривычное покалывание, а на языке появился солоновато-кислый привкус, как если бы Джек лизнул контакты батарейки.

— Ничего не чувствуешь? — он обернулся к Эми. — Воздух словно наэлектризован.

— Нет, — сестра повертела головой, — Пасмурно, но на приближение грозы не похоже. Тебе плохо?

— Забудь. Я в норме.

— Джек?!

Он остановился у церковной ограды и похлопал её по плечу:

— Просто волнуюсь. Сейчас выясню, что на меня нашло.

Джек спрятал в кустах велосипеды и помог Эми перелезть через стену.

Во дворе ощущение пульсации только усилилось, а затем нарастало с каждым шагом на пути к храмовым вратам. Джек проскользнул в щель меж тяжёлых створок и налёг плечом. На удивление, двери поддались легко, словно за прошедшие дни кто-то отрегулировал петли и смазал их маслом.

Джек оставил проход открытым. Свежий воздух и немного света этим развалинам не повредят.

Он поморщился. Кожу щипало так, будто её растирали стальной щёткой. В голове раздался тонкий высокочастотный свист, как от перегруженного трансформатора. С каждым шагом к сердцу осквернённого храма тот становился лишь громче. Джека словно тянуло, но не вперёд или назад, не вверх или вниз, а куда-то… куда-то ещё.

Эми шла рядом, держала за руку и, похоже, ничего странного не ощущала.

— Так и знал, что не зря починил двери! — звучный голос заставил Джека вздрогнуть.

Он прищурился и в густых тенях у стены различил невысокую фигуру.

— Не бойтесь, — на свет вышел немолодой мужчина в потрёпанной одежде. Невдалеке лежал такой же тёртый рюкзак. — Я не причиню вреда.

Джек отпрянул на пару шагов. Эми держалась позади. Сестра потянула его к дверям.

Убежать? Пока не поздно? Нет, так быстро он не отступит.

Сглотнул, чтобы не выдать себя дрожью в голосе, и поинтересовался:

— Кто вы такой и что делаете в моей церкви?

Мужчина облизнул губы, а затем отошёл назад и вновь облокотился о стену. Он словно показывал, что не желает их пугать.

— Назовёшь меня бродягой — не обижусь, — незнакомец говорил как человек, который уверен в своей силе, но не демонстрирует её по пустякам. — Я не всегда был таким. Впрочем — это неважно. А что касается «твоей» церкви, то у вас не больше прав на неё чем у меня.

В голове звенело, но Джек не уступал:

— Мне надо здесь кое-что осмотреть, — не слишком соврал он. — Мы готовим школьный доклад.

Бродяга повёл рукой, словно предлагал им чувствовать себя как дома:

— Пожалуйста. Мне-то что, — и пробурчал под нос. — Школьный доклад, ага, летом…

Эми сжала Джеку ладонь и прошептала, вжавшись губами почти в самое ухо:

— Уходим! Мне он не нравится. Здесь слишком опасно.

Джек кивнул. Жалко отступать ни с чем, но нельзя рисковать, когда отвечаешь не только за себя, но и за сестру. Он сделал несколько шагов к выходу.

Невидимая сила закрутила его хуже торнадо. Высосала силы и бросила на пол как пустой мешок.

Эми закричала, но звуки едва доносились до ушей, будто просачивались сквозь толстый слой минеральной ваты.

Над Джеком возникло лицо бродяги. Тот казался встревоженным. Мужчина что-то спросил у Эми, а услышав ответ — поморщился и сунул ладонь за пазуху. Перед глазами мелькнула рука незнакомца.

Под задравшимся рукавом, на запястье, виднелась странная татуировка — перевёрнутый треугольник. Его вершина смотрела вниз.

Бродяга достал из внутреннего кармана небольшую фляжку. Отвинтил крышку и сцедил в неё прозрачную жидкость. Эми попыталась его остановить, но тот не обратил внимания, разжал Джеку зубы и что-то влил в рот.

На вкус — вода…