Сергей Свой – Выстрел, спасший Империю. 2 том (страница 3)

— Дальность? — спросил Нечаев.

— Два километра двести метров. Скорострельность — до двадцати выстрелов в минуту. Мина весом три с половиной килограмма, осколочная, радиус поражения — тридцать метров.

— Вы из него стреляли?

— Испытания прошли успешно. — Шатилов достал из кармана носовой платок и вытер пот со лба. — Двести шестнадцать выстрелов без задержек. Мины летят точно, разрывы мощные. Эффект - фугасный. Главное — можно стрелять из-за укрытия, с закрытой позиции - лишь бы корректировщик был грамотный. Вражеская пулемётная точка — одна-две мины, и всё.

— Покажите.

Нечаев залез на вышку наблюдательного пункта. Шатилов отдал команду. Расчёт из трёх человек — командир, наводчик, заряжающий — разобрал миномёт, перенёс на новую позицию (всего за полторы минуты), установил, навёл. Командир поднял руку, выкрикнул:

— Огонь!

Миномёт выстрелил с глухим хлопком. Мина ушла вверх, описала крутую дугу и через несколько секунд разорвалась в двух верстах от позиции — точно в центре мишени, обведённой белым кругом. Дым, осколки, щепки.

— Ещё! — скомандовал Нечаев.

Ещё одна мина. Ещё. Скорострельность была впечатляющей — расчёт работал как автомат, без суеты, без паники.

— Хорошо, — сказал Нечаев. — Какова точность?

— Отклонение — не более двадцати метров на максимальной дальности. При накрытии цели достаточно двух-трёх мин. Противник не успевает укрыться.

— Сколько миномётов мы можем выпустить?

— Триста до конца года. Если загрузят заводы на полную мощность — до тысячи.

— Загрузят. — Нечаев повернулся к Лауницу. — Алексей Иванович, готовьте учения с боевой стрельбой. Я хочу видеть, как миномётная рота взаимодействует с пехотой и пулемётами.

— Будет сделано, генерал.

Когда испытания закончились, Нечаев собрал офицеров в штабной палатке.

— Господа, — сказал он, — то, что вы делаете, — это секрет государственной важности. Никто за пределами этого полигона не должен знать о миномётах. Ни жёны, ни любовницы, ни друзья. Японская разведка работает активно. Одно слово — и мы потеряем преимущество.

— Ваше превосходительство, верно говорят про возможную войну с Японией? — спросил молодой капитан.

— Война начнётся тогда, когда мы будем готовы. Или когда японцы решат, что они готовы. Моё дело — сделать так, чтобы они ошиблись.

— Мы готовы уже сейчас, — сказал Лауниц. — Дайте нам полк миномётов, и я разгромлю любую японскую армию.

— Полк вы получите, — Нечаев усмехнулся. — Но сначала я должен убедиться, что их умеют применять. Учения через месяц. Будьте готовы.

Офицеры разошлись. Нечаев остался с Давыдовым.

— Нужно усилить охрану полигона, — сказал он. — И проверить всех, кто работает с миномётами. Среди офицеров могут быть шпионы.

— Уже делаю, — ответил Давыдов. — Один есть подозрение. Капитан Мирзоян, командир миномётной батареи. Армянин, недавно вернулся из Европы, вёл там странные разговоры.

— Приглядите. Если подтвердится — убрать без шума.

Давыдов кивнул.

По возвращению в Петербург, в начале июня, Нечаев первым делом отправился в лабораторию, где работал Менделеев. Учёный работал в небольшом флигеле при Санкт-Петербургском университете, где ему выделили несколько помещений для секретных исследований.Дмитрий Иванович встретил его в засаленном лабораторном халате, с обычной для него улыбкой.-- Здравия желаю, господин генерал, - воскликнул улыбаясь он.-- Здравствуйте, здравствуйте, - ответил Нечаев. - Давайте показывайте, что у вас тут творится.-- А вот что у меня тут творится, посмотрите.И подвёл его к столу, на котором стояли. Обычные лабораторные химические колбы с жёлтыми кристаллами и порошками.-- Вот это чудо, смотрите. Это чудо называется тринитротолуол, просто так случайно его взорвать, типа как взрывается динамит, простым ударом, трением, огнём - невозможно. И кроме всего прочего, больше всего что мне в нём нравится, он в полтора раза мощнее пироксилина, и в 2 раза чёрного пороха.-- Вы это проверяли на практике? - Спросил он Нечаев.-- Конечно, проверял. Он абсолютно безопасен при работе с ним. Но если с ним неаккуратно работать, если демонстративно плевать на меры безопасности, он может быть очень опасен.-- Так, отлично. Сколько вы можете произвести его до конца года?-- Ну, если заводы, которые мне нужны для его производства перепрофилируют, то с тысячу пудов, я думаю, смогу сделать, если нет, то, извините, будет мизер.-- Хорошо, будут вам заводы, я уже распорядился насчёт Охтинского завода на выпуск вашего изобретения.-- И ещё, пожалуйста, - Менделеев прищурился, глядя на него. - Генерал, вы мне пообещали, что эта взрывчатка пойдёт только на оборону, а не на завоевание и на убийство.

— Обещаю, Дмитрий Иванович. Я солдат, а не завоеватель.

— Ладно. Верю.

Нечаев распрощался и вышел. Снаружи, под лучами июньского солнца, он почувствовал облегчение.

В июле тысяча девятьсот второго года Нечаев отправился на Дальний Восток, в Порт Артур.Жена Мария его пыталась отговорить от этой поездки.--- Серёжа, ну тебе же 50 лет, у тебя плечо болит, сердце пошаливает, а ты таскаешься по всей России в тряских вагонах.-- Надо, - ответил он. - Я должен увидеть Кондратенко, сам должен увидеть, что там происходит, доклад - это одно, а живой взгляд - это абсолютно другое.-- Ты как будто на войну собрался.-- Ну конечно, это и есть война, но только пока ещё без выстрелов, но, увы, скоро они должны прозвучать.Поезд шёл из Петербурга 11 суток. Нечаев ехал в отдельном купе, читал, писал, думал.За окнами проплывали леса, поля, города Пермь, Тюмень, Омск, Томск, Красноярск. ТрансСиб был ещё не достроен. Через некоторые участки шли обходные пути, паровозы заправляли дровами, а не углём, как в Центральной России.Наконец, на двадцатый день Нечаев увидел Порт Артур. 20 дней пути были позади. Город поражал контрастами. Европейские дома с черепичными крышами соседствовали с китайскими фанзами, русские офицеры в белых кителях прогуливались по набережной, рядом с ними семенили китайцы-носильщики в синих халатах, в гавани стояли наши корабли - громадные броненосцы, хищные крейсера, маленькие и юркие миноносцы. А над городом величественно возвышались сопки.

Кондратенко приветствовал гостя на перроне, коротко с уважением пожал руку.-- Долго же вы добирались, генерал, как дорога?-- Нормально, дорога дальняя, Роман Иосифович, но я должен всё равно увидеть всё своими глазами. Поэтому - лучше сразу к делу.-- Что ж, пойдёмте, покажу.Нечаев сел в коляску рядом с Кондратенко, и они поехали по городу.-- У вас здесь как в муравейнике, - заметил Нечаев, показывая на строителей, таскавших мешки с цементом и куски арматуры.-- Да, 20 тысяч человек я поставил на работы, работают они круглосуточно. Китайцы, русские, корейцы, в общем, весь Порт-Артур. Всё мужское население. Бетона залили уже тысяч на 100 кубов, построили 3 форта, 6 береговых батарей, но до конца всё равно всё ещё далеко.-- А чего больше всего не хватает?-- А всего. Артиллерии крупнокалиберной дальнобойной, снарядов, пулемётов, колючей проволоки. Но главное не хватает нам времени, если, как вы говорите, японцы нападут завтра, мы продержимся месяца три четыре. Если дадут нам ещё год, даст Бог, всё будет завершено.-- У нас есть 2 года.-- Дай Бог, дай Бог.Они вышли из коляски на горе Высокой - это самая высокая точка Порт-Артура. С неё открывался вид на весь город, на всю гавань, на море. Нечаев стоял, смотрел и размышлял: вот здесь на этой горе, в его прошлой реальности, японцы поставят дальнобойные осадные орудия и будут методически уничтожать русский флот. И русскую крепость. Здесь же погибнет Кондратенко, разорванный снарядом. И после этого падёт Порт-Артур...----- Генерал, - сказал Кондратенко, перехватив его взгляд, - вы смотрите так, как будто видите призраков.-- Да, вижу, - ответил Николаев. - Призраков будущего, которого мы не должны допустить.-- Расскажете мне?-- Извините, нет. Но поверьте, если мы не удержим эту гору, то Порт-Артур падёт, поэтому сделайте её, пожалуйста, неприступной.Кондратенко кивнул.-- Уже делаю, там, внизу, закладываем бетонные укрепления. 2 яруса нижний для гарнизона, верхний для дальнобойной артиллерии, плюс пулемётные гнёзда на флангах.-- А связь, что у вас со связью с городом?-- Связь у нас прямой телефонный кабель, дублированный проводом по другому склону, ну если и этот перебьют, то голубиная почта, ну что ж, теперь не в первой.Нечаев усмехнулся, голубиная почта это хитрость, достойная древних, на условиях осады, когда телеграф и телефон выходят из строя, птицы всегда выручали.-- Голубей заводите побольше, - посоветовал Нечаев, они не бомбы, но пользу могут принести.-- Уже есть, почта в городе голубиная, две сотни птиц, тренируем.Они спустились в город. Там Кондратенко показал арсенал, где штабелями лежали здоровенные снаряды, их было много. Но Нечаев, зная по первой реальности обороны Порт-Артура, что этих запасов хватит всего лишь на полгода, попросил показать ещё склады, если имеются.-- А что там? - Спросил Нечаев, указывая на железные двери под бетонным сводом.-- О, там особый склад, - тихо сказал Кондратенко, - там мины для миномётов. И тротил, который прислали по вашему распоряжению, но мы его бережём как зеницу ока, так что не переживайте.-- И сколько там?-- Ну пока тысяча мин, ещё пять тысяч по железной дороге везут, уже сообщили.Нечаев кивнул.-- Ну, этого мало, конечно, сказал он.-------------------------------------------------------------------------Кондратенко прищурился: - А вы верите сами, что миномёты эти помогут?-- Да, я видел, что они могут в других войнах, - ответил Нечаев, - только, пожалуйста, не спрашивайте в каких, просто поверьте мне. Это орудие для уничтожения живой силы в окопах, в укрытиях, за стенами, японцы не готовы к такому. У них нет ни миномётов, ни защиты от них, это для них будет сюрприз, очень большой сюрприз и неприятный.-- А обучение? - Спросил Кондратенко - Мои солдаты не умеют стрелять из этих труб.-- Научите. У вас есть время до весны тысяча девятьсот четвёртого года. - Нечаев помолчал. - Там ничего сложного нет, у вас целых два года. Но каждый день на счету.Кондратенко не ответил, он смотрел на море, где показались на горизонте дымы, наверное, опять японские разведчики.-- Генерал, - сказал он, - если японцы нападут, я не сдам крепость, хоть год, хоть два, но я должен знать, флот придёт на помощь или бросит нас?-- Флот придёт - твёрдо сказал Нечаев, - Макаров не бросит. Я не брошу, и император не бросит. Но если японцы заблокируют порт Артур с моря, прорываться к вам будет трудно, поэтому вы должны держаться до тех пор, пока мы не подтянем сухопутную армию. А это время. Хотя бы полгода.-- Полгода продержимся, - твёрдо сказал Кондратенко, - а дальше, как бог даст.Они обменялись рукопожатием.Макаров и флот.