Сергей Свой – Николай Второй сын Александра Второго (страница 81)
Сначала его товарищи не забеспокоились — мало ли что, мог задержаться, мог уйти на конспиративную квартиру. Но через день не пришел на связь никто из его группы. Еще через день — исчезли двое исполнителей, которые должны были закладывать взрывчатку под мостом в Нижнем.
К концу недели из пяти человек, готовивших покушение, в живых остался только один, самый молодой, который в последний момент уехал к родственникам в деревню и тем спасся. Но и его нашли через две недели — утонул в пруду, якобы случайно.
В Одессе исчезли трое. В Киеве — четверо. В Харькове — двое. Люди пропадали без следа, бесследно, как в воду канули. Ни тел, ни записок, ни свидетелей. Только глухая тишина.
Подполье запаниковало. Впервые за многие годы революционеры почувствовали себя не охотниками, а дичью.
Сцена 3. Разговор с братом
— Никса, — Саша ворвался ко мне в кабинет без стука, что было на него совсем не похоже. — Ты знаешь, что в Москве творится?
Я поднял глаза от бумаг.
— А что творится?
— Люди пропадают, вот что! — он сел в кресло напротив и уставился на меня в упор. — Наши люди. Из Третьего отделения докладывают: в разных городах исчезают лица, причастные к крамоле. Исчезают бесследно. Никто ничего не знает, никто ничего не видел. Полиция в тупике.
Я спокойно смотрел на брата.
— Может, они просто ушли в глубокое подполье? Такое бывает.
— Никса, не темни, — Саша понизил голос. — Ты думаешь, я дурак? Я знаю, что ты встречался с Пантелеем. Я знаю, что он тебе докладывал. И я знаю, что после этого начались исчезновения.
Я молчал. Саша ждал.
— Это ты, да? — спросил он наконец. — Ты их убираешь.
— Саша, — сказал я тихо, — сядь ровно и послушай.
Он сел, но глаз не отвел.
— У них был план, — сказал я. — Взорвать меня в Нижнем Новгороде. Под мостом заложили динамит. Пять человек готовили. Ты знаешь, что было бы потом?
— Знаю, — кивнул Саша. — Но...
— Никаких «но», — перебил я. — Дальше — больше. После меня — отец. Потом ты. Потом мои дети. Они не остановятся. Они хотят уничтожить нас всех. Уничтожить Россию. Развалить империю, пустить кровь, устроить хаос. Я не могу этого допустить.
— Но закон! — воскликнул Саша. — Суд! Мы же не варвары!
— Закон, — горько усмехнулся я. — Саша, милый, закон работает с теми, кто его признает. А эти люди не признают ничего. Им плевать на закон. Они будут убивать, пока их не остановят. Или пока они не убьют нас.
Брат молчал. Я видел, как в нем борются воспитание, вера в справедливость и понимание моей правоты.
— Ты уверен, что они виновны? — спросил он наконец.
— Абсолютно. Пантелей дал мне доказательства. Шифровки, имена, адреса, планы. Все это есть. Если хочешь, покажу.
Саша покачал головой.
— Не надо. Я тебе верю. Но... Никса, это страшно. Мы становимся похожи на них.
— Нет, — твердо сказал я. — Мы не убиваем детей. Не взрываем театры. Не стреляем в толпу. Мы убираем тех, кто точно, стопроцентно готовил смерть. Это война, Саша. Только война без мундиров.
Он долго сидел молча. Потом встал, подошел ко мне и положил руку на плечо.
— Я с тобой, Никса, — сказал он. — Что бы ни было. Но знай: это грех. Тяжелый грех.
— Знаю, — ответил я. — И беру его на себя.
---
Часть 3. Система