Сергей Свой – Николай Второй сын Александра Второго (страница 5)
— Спасибо, Борис Николаевич, — сказал я. — Я обязательно прочту.
Чичерин внимательно посмотрел на меня поверх очков.
— Выглядите вы хорошо, ваше высочество. Болезнь вас, кажется, не слишком тронула.
— Я чувствую себя прекрасно, — соврал я. Чувствовал я себя так, будто меня переехало поездом, но врать было необходимо. — Скоро приступлю к занятиям.
— Не торопитесь, — Чичерин улыбнулся. — Здоровье важнее. Особенно ваше здоровье, ваше высочество.
Он поклонился и вышел. А я остался лежать, глядя на список литературы и понимая, что мне придётся не просто учиться — мне придётся учиться так, как я не учился никогда в жизни. Потому что от того, насколько убедительно я сыграю роль наследника престола, зависит если не всё, то очень многое.
За окном уже смеркалось. Весенний Петербург дышал сыростью и талым снегом. Где-то вдалеке заливались колокола — к вечерне.
Я закрыл глаза и попытался представить себе свою новую жизнь. Пятнадцать лет. Впереди — вся история. И от меня зависит, какой она будет.
---
На четвёртый день я встал.
Осторожно спустил ноги с кровати, посидел, привыкая к вертикальному положению. Голова закружилась, но не сильно — организм, кажется, восстанавливался быстрее, чем я ожидал.
Ольга, которая дежурила в кресле, тут же вскочила.
— Ваше высочество, вам нельзя! Доктор сказал...
— Доктор сказал, что можно понемногу, — перебил я. — Вот я и пробую. Помоги дойти до окна.
Она подхватила меня под руку — осторожно, будто я был хрустальным. Я сделал несколько шагов. Ноги слушались, но казались чужими, ватными. Дошли. Я опёрся руками о подоконник и выглянул на улицу.
Зимний дворец я видел только на картинках и в кино. Теперь я смотрел на него изнутри — на Дворцовую площадь, на Александровскую колонну, на арку Главного штаба. Всё было точно так же, как на фотографиях девятнадцатого века, но — живое. Люди ходили, экипажи ехали, солнце садилось за крыши, окрашивая небо в розовый.
— Красиво, — сказал я тихо.
— Да, ваше высочество, — отозвалась Ольга.
— Ольга, — я повернулся к ней. — А что ты обо мне знаешь? Ну, кроме того, что я наследник?
Она смутилась.
— Не понимаю вопроса, ваше высочество.
— Какой я, по-твоему? Добрый? Злой? Весёлый? Грустный?
Она помолчала, собираясь с мыслями.
— Вы... вы хороший, ваше высочество. Добрый. Все слуги вас любят. Вы всегда спасибо скажете, никогда не накричите зря. И брата своего любите очень. И учитесь хорошо. Все говорят — умный вы, надежда России.
Надежда России. Я усмехнулся. Вот так титул — надежда России. Пятнадцатилетний мальчик, которого вся страна ждёт как будущего царя.
— А ты сама откуда? — спросил я.
— Из-под Твери, ваше высочество. Крестьянка я, отец во дворец служить определил. Повезло мне.
Повезло. Ей повезло стать горничной наследника. А через семь лет ей не повезёт — она будет сидеть у постели умирающего, а потом уйдёт в монастырь и проживёт там долгую, никому не известную жизнь.
Если я ничего не изменю.
— Ольга, — сказал я. — Хочешь, я тебе секрет открою?
Она испуганно посмотрела на меня.
— Не надо, ваше высочество. Не положено мне секреты знать.