Сергей Свой – Николай Второй сын Александра Второго (страница 211)

20 октября 1917 года. Петербург. Зимний дворец.

Я сидел в своем кабинете и читал телеграмму от Макарова:

«Государь. Операция завершена полным успехом. Скапа-Флоу — 14 дредноутов потоплено. Портсмут, Плимут, Саутгемптон, Ливерпуль, Глазго — разрушены ракетными ударами и бомбардировками. Английский флот перестал существовать. Наши потери — 2 подводные лодки, 3 самолета. Личный состав — 47 человек. Макаров».

Я перечитал телеграмму дважды, трижды. Не верилось. Мы сделали это. Мы уничтожили британский флот. Мы сломали хребет самому сильному врагу России.

В дверь постучали. Вошел Пантелей, за ним — Саша.

— Государь, — голос Пантелея дрожал от волнения, — английский посол просит аудиенции. Говорит, от имени короля.

Я усмехнулся.

— Пусть подождет. Успеет. Саша, ты слышал?

— Слышал, отец. Это невероятно. Макаров — гений.

— Макаров — гений, — согласился я. — Но главное — мы победили. Англия пала. Теперь весь мир у наших ног.

Саша подошел, обнял меня.

— Ты сделал это, отец. Ты спас Россию.

— Мы сделали, сынок. Мы все. Ты, я, Макаров, Брусилов, Юденич, миллионы солдат, матросов, рабочих, крестьян. Вся Россия.

Мы стояли обнявшись, и я чувствовал, как слезы подступают к глазам. Сколько лет борьбы.

И теперь — победа. Полная, абсолютная, окончательная.

— Пантелей, — сказал я, — примем английского посла. Через час. А пока — свяжись с Макаровым. Пусть готовится к возвращению. И скажи Артемьеву — пусть продолжает работу. Ракеты нам еще пригодятся.

— Слушаюсь, государь.

Он вышел, а я повернулся к Саше.

— Ну что, сынок, готов править?

— Не скоро еще, отец. Ты еще молод.

— Я стар, Саша. По паспорту мне не очень то и много, по ощущениям — все сто. Но пока жив — буду работать. А ты учись. Смотри, запоминай. Тебе править после меня.

— Я не подведу, отец.

— Знаю. Ты мой сын.

---

Через час я принимал английского посла сэра Джорджа Бьюкенена.

Он вошел в мой кабинет бледный, растерянный, потерявший всю свою обычную надменность. Британец, который еще месяц назад смотрел на нас свысока, теперь униженно кланялся и мял в руках шляпу.

— Ваше Императорское Величество, — начал он на ломаном русском, — я уполномочен передать вам послание от Его Величества короля Георга V.

— Слушаю, сэр Джордж.

— Его Величество просит о перемирии. Англия готова прекратить военные действия и начать переговоры о мире на любых условиях, которые вы сочтете приемлемыми.

Я молчал, глядя на него. Бьюкенен нервничал все больше.

— Ваше Величество, мы понимаем, что проиграли. Мы готовы к любым уступкам. Только просим не применять ракеты против Лондона. Там мирные жители, женщины, дети...

— А в Портсмуте, сэр Джордж? А в Ливерпуле? А в Глазго? Там были только военные объекты? Ни одного мирного жителя не погибло?

Он опустил глаза.