Сергей Свой – Митридат. Падение Рима (страница 9)
Где-то в темноте переговаривались часовые.
Потом старик неожиданно спросил:
— Что такое Рим?
Андрей медленно поднял взгляд.
— Ты говорил о нем так, будто видел.
Опасный вопрос.
Очень опасный.
Но одновременно — неизбежный.
Он слишком много уже сказал.
Слишком много знал.
Артемидор был не дурак.
— Это город, который хочет стать миром, — наконец ответил Андрей.
Старик нахмурился.
— Афины тоже хотели.
— Афины хотели славы. Рим хочет власти.
— И ты его боишься?
Андрей долго молчал.
Перед глазами всплывали легионы.
Дороги.
Орлы.
Железная дисциплина.
Государство, которое умело проигрывать и все равно побеждать.
Самая страшная машина древности.
— Да, — честно сказал он. — Боюсь.
Артемидор неожиданно усмехнулся.
— Тогда ты первый разумный царь из всех, кого я встречал.
Ночь становилась холоднее.
Андрей уже собирался уйти в пещеру, когда один из всадников внезапно закричал снаружи:
— Всадники!
Лагерь мгновенно ожил.
Копья.
Щиты.
Факелы.
Люди вскочили почти в панике.
Андрей поднялся спокойно.
Слишком спокойно.
Он уже начал понимать главный закон войны:если командир боится — армия сломана.
На тропе появились трое.
Медленно.
Без оружия в руках.
Это было странно.
Очень странно.
Когда всадники приблизились, Андрей увидел длинные плащи, покрытые снегом, и бронзовые шлемы греческого типа.
Не убийцы.
Послы.
Средний всадник спешился и опустился на колено.
— Царевич Митридат?
— Да.
Человек поднял голову.
Лицо усталое. Умное. Лет сорок.
Не воин.
Скорее чиновник или дипломат.
— Меня зовут Диофант, — сказал он. — Я прибыл от друзей твоего отца.
Опять опасность.
В древнем мире “друзья” часто убивали быстрее врагов.
— Зачем?
Диофант несколько секунд молчал.
Потом тихо произнес:
— Потому что в Синопе уже говорят, что ты мертв.
Лагерь затих.
Даже ветер словно стал тише.
Андрей почувствовал, как внутри медленно поднимается холод.
Началось.
Настоящая борьба за трон уже началась.
И где-то далеко на западе, за морями и горами, Республика Рим пока еще даже не подозревала, что этой ночью ее будущий враг впервые выжил.