Сергей Свой – Митридат. Падение Рима (страница 8)
А он не собирался.
Сзади осторожно подошел Артемидор.
Старик долго молчал.
Потом тихо произнес:
— Кто ты?
Вопрос прозвучал почти шепотом.
Но в нем был настоящий страх.
Андрей медленно повернулся.
Ответ уже вертелся на языке.
Полковник Воронов.
Чужак.
Мертвец.
Попаданец.
Но внезапно он понял, что это неправда.
Потому что часть его действительно умерла там, в снегу другой эпохи.
А здесь, среди дыма и крови, рождалось что-то новое.
Он посмотрел на горящий склон и спокойно сказал:
— Я — Митридат.
И впервые не солгал.
После боя лагерь уже не был прежним.
Люди смотрели на него иначе.
Теперь в их взглядах смешались три вещи:
страх; надежда; суеверие.
И это было опасно.
Очень опасно.
Андрей понимал: власть, основанная только на страхе, нестабильна. Но в древнем мире страх был языком политики.
Особенно — страх перед человеком, которого будто хранят сами боги.
Тела убитых сложили у скал.
Семеро нападавших.
Двое понтийцев.
Слишком мало для настоящего штурма.
Значит, это была проверка.
Разведка боем.
Кто-то хотел увидеть:
жив ли царевич; насколько он слаб; сколько у него людей.
И теперь этот кто-то получил очень неожиданный ответ.
Андрей сидел у огня, разглядывая бронзовый кинжал одного из убийц.
Работа хорошая.
Не местная.
Каппадокия? Армения?
Нет… ближе к греческим городам побережья.
На рукояти — едва заметный знак в виде полумесяца.
Он напряг память Митридата.
И почти сразу внутри всплыло имя.
Савмак.
Начальник дворцовой стражи царицы Лаодики.
Тогда все хуже, чем казалось.
Если мать послала Савмака — она уже не просто устраняет соперника.
Она начала войну.
— Ты снова изменился, — тихо сказал Артемидор.
Старик сел напротив.
Андрей устало потер переносицу.
— В каком смысле?
— Раньше ты боялся крови.
Он посмотрел на свои руки.
Под ногтями еще остались темные пятна.
Кровь.
Чужая.
И почему-то это почти не тревожило.
Вот что пугало по-настоящему.
— Человек привыкает ко всему, — тихо сказал он.
Артемидор покачал головой.
— Нет. Не ко всему.
Некоторое время они молчали.
Ветер трепал огонь.