Сергей Свой – Митридат. Падение Рима (страница 44)

Попала.

Слишком точно.

И это было опасно.

Потому что она начала понимать его быстрее остальных.

— И если даже я это вижу… — тихо продолжила Лаодика, — то римляне увидят тоже.

Андрей внезапно вспомнил взгляд Луция Корнелия.

Холодный.

Внимательный.

Да.

Уже увидели.

— Тогда почему не отдать меня им? — спросил он.

Лаодика посмотрела прямо в глаза.

И ответила неожиданно:

— Потому что ты мой сын.

Вот теперь стало по-настоящему сложно.

Потому что в ее голосе не было лжи.

Ни капли.

Она действительно одновременно:

любила его; боялась; хотела контролировать и была готова убить.

Античные династии вообще плохо разделяли любовь и власть.

Некоторое время они молчали.

Потом Лаодика тихо произнесла:

— Ты хочешь править?

Андрей усмехнулся.

— Поздновато задавать этот вопрос после попыток убийства.

— И все же.

Он задумался.

Потому что раньше ответ был бы простым.

Выжить.

Вернуться домой.

Найти способ изменить историю.

Но теперь…

Теперь внутри жил кто-то еще.

Кто-то древний.

Голодный.

Амбициозный.

— Да, — наконец сказал он.

Царица кивнула.

Будто услышала именно то, чего ожидала.

— Тогда запомни одну вещь.

Она наклонилась вперед.

И впервые за весь разговор в ее голосе появилась настоящая жесткость.

— Миром правят не армии.

Пауза.

— Миром правят люди, которые готовы сделать то, чего остальные боятся.

Андрей почувствовал холод.

Потому что это была правда.

Старая.

Неприятная.

Универсальная для всех эпох.

— И чему ты хочешь меня научить? — тихо спросил он.

Лаодика неожиданно улыбнулась.

Очень устало.

— Я хочу понять, не поздно ли тебя еще остановить.

Тишина.

А потом где-то за стеной внезапно закричали.

Резко.

Испуганно.

Сразу несколько голосов.

Лаодика мгновенно поднялась.

Андрей уже стоял тоже.

И в этот момент двери зала распахнулись.

Внутрь ворвался окровавленный стражник.

— Моя царица!

— Что?!